на который потом пересел…
Застонал. Память возвращалась с болью.
Арраэх приоткрыл веки, но в полумраке ничего не смог рассмотреть. Напрягся и очень медленно присел.
Голова кружилась, вонь раздирала горло. Кое-как восстановив зрение, правитель посмотрел перед собой и… шокировано замер.
Он… умер, и это потусторонний мир низших духов (так шутили у зоннёнов)?
Не комната — лачуга. Темная, грязная… вонючая.
Стены сложены из брёвен и завешаны тряпьём, непонятным оружием. В углу полыхает самый настоящий доисторический очаг. Единственное окно, размером с книгу, источает тусклый солнечный свет.
Опустив голову вниз, Арраэх шокировано осознал, что совершенно обнажён. Мужское достоинство едва прикрыто грязной засаленной шкурой, а всё тело — о ужас — обмазано жирной вязкой субстанцией, которая, похоже, и издает ту самую вонь, от которой волосы встают дыбом.
Кстати, волосы!
Рука Арраэха потянулась к голове и нащупала короткий ежик волос вместо золотой гривы.
Оторопь. Шок. Полное отрицание реальности происходящего…
Всё виденное сейчас не вмещалось в его разум и вызывало большие сомнения в собственной адекватности. Может это… ментальная проекция? Но там всё не ощущается настолько реальным!
Арраэх попытался сконцентрироваться, чтобы войти в свое ментальное поле, но… ничего не вышло. Словно все его способности… исчезли!
Бред! Это же просто невозможно!!!
Попытался встать, но тело почти не слушалось. Все конечности дрожали, каждое движение вызывало усиление головокружения и тошноты.
Он выполз из-под шкур на четвереньках, и, если бы не уверенность, что это всё не более, чем сон, он почувствовал бы жуткое унижение. Голый, остриженный, слабый и ползущий на коленях правитель самой великой и могущественной расы в этой части вселенной просто НЕ МОГ СУЩЕСТВОВАТЬ в реальной жизни!!!
Пол, на который попали его колени и ладони, был настолько грязным, засыпанным щебнем и мусором, что местами кожа начала кровоточить, поэтому Арраэх сделал над собой титаническое усилие и, добравшись к стене, начал медленно возвращать своему телу вертикальное положение.
Ноги дрожали, почти не держали его, но зоннён смог встать и тяжело выдохнул.
Сердце колотилось, как сумасшедшее, да и всего его потряхивало, как умирающего, и он снова подумал о том, что это не может быть правдой.
Однако в тот же миг память неумолимо обрушила на него все подробности случившейся катастрофы: покушение жизнь при помощи яда, чтобы он не смог телепортироваться, поломка шлюпа, чтобы он потерял управление, падение на неизвестную планету и жар жуткого взрыва, ставшего для него последним воспоминанием.
Лицо правителя вытянулось.
Это не сон! Вся эта дичь, происходящая сейчас, до безумия реальна!
В этот момент, как на зло, открылась дверь лачуги, и в нее вломилось странное полуголое существо, которое при ближайшем рассмотрении больше всего походило на женщину…
__________
*Мироан — планета, которую сейчас населяли зоннёны…
Глава 7. Великий в оковах...
В полумраке было трудно рассмотреть лицо этой женщины, но телом она напоминала обычную иширку. Нет, не совсем обычную. Она была довольно высокой, крепкой и мускулистой. Из одежды на ней был только кожаный корсет, прикрывающий довольно большую грудь, и также короткая юбка, состоящая из кожаных полос, спускающихся от пояса до середины бедра.
Длинные черные волосы аборигенки свободно лежали на плечах, поблескивая вплетенными в них камешками и бусинами.
Женщина замерла, напряженно рассматривая бледного Арраэха, а потом сделала резковатый шаг вперед.
Осветившееся солнечным светом лицо оказалось… очень молодым. Черные, как смоль, глаза напоминали крупные горошины, поблёскивающие из-под длинных завитых ресниц. А вот тонкие бледные губы аборигенки были плотно сжаты, выдавая ее жесткость и напряжение.
Девушка потянулась к поясу, на котором висели резные ножны с рукояткой ножа, и Арраэх понял, что она видит в нём угрозу.
Будь правитель в обычном состоянии, ему не составило бы труда просто исчезнуть с её глаз при помощи телепортации и поспешить на поиски своего шлюпа, но… яд, похоже, так ослабил его организм, что о перемещении через пространство сейчас вообще не шло речи: даже физические возможности зоннёна на данный момент были просто ничтожными.
Запоздало вспомнил он и о своей абсолютной наготе, но закрываться не стал. Его чувство собственного достоинства не позволяло показывать слабость перед женщиной, поэтому Арраэх постарался выпрямиться и посмотрел на аборигенку своим привычным высокомерным взглядом.
— Ше айган? — что-то произнесла она, словно игнорируя его вызывающее выражение лица. — Мишула?
Зоннён её не понял, но лишь машинально выгнул свою… опаленную бровь.
Аборигенка догадалась, что он не знает языка, и удивленно расширила глаза. Однако удивление быстро сменилось напряжением, и она жестом приказала ему вернуться на лежанку из шкур.
Арраэх не сдвинулся с места.
Ещё никто не смел ему приказывать в такой форме. Тем более какая-то дикарка с неизвестной планеты. И хотя сила пока оставила его, достоинства своего он ещё не потерял…
— Ва́йна!!! — проговорила девушка, усилив сталь в голосе, но зоннён посмотрел на неё, как на презренное насекомое, и едва заметно скривился.
И тогда она молниеносно рванула вперед, обрушивая на щёку непокорному пленнику жёсткую пощёчину.
Арраэха отбросило в сторону, как соринку. Он кубарем покатился по полу, царапая своё многострадальное тело до крови, но ускоренная регенерация тканей уже проснулась в нём, поэтому кровь останавливалась почти мгновенно, оставляя после себя лишь небольшие красные полосы.
— Ва́йна! — почти зарычала аборигенка, а потом, не дождавшись, пока пленник встанет на ноги, рывком потянула его вверх за локоть и толкнула в сторону лежанки.
Не успел Арраэх осознать происходящего до конца, как оказался буквально брошен на вонючие шкуры и застонал от пронзившей его тело боли. Девушка же схватила грубую верёвку и связала его запястья, недовольно бурча что-то нечленораздельное и не удосужившись прикрыть оголенное тело зоннёна хотя бы в стратегическом месте…
Та же участь постигла и лодыжки правителя.
Закончив связывать его, аборигенка отошла в сторону, а потом и вовсе выскочила из лачуги, оставив после себя запах конского пота и костра.
Арраэх несколько минут пытался прийти в себя и… не мог.
Внутри всё раздиралось от глубочайшего чувства унижения и гнева. Нет, не просто гнева, а ярости!
Несмотря на то, что его мать была всего лишь наложницей, воспитывала его настоящая правительница, и он всю свою юность провел во дворце. Даже после гибели родной планеты Дииморы* статус Арраэха никогда не менялся: сперва он был регентом собственного брата Руэля**, а после и вовсе стал верховным Правителем всех зоннёнов…
Он был особенным. Был сильным. Всегда.
Кто бы ни вступал с ним в борьбу, тот проигрывал. Никакие ухищрения
