Напряженность наступившей тишины отразилась на лицах всех присутствующих. Марк, понимая, что все ждут его ответа, поспешил заключить:
— Я еду на рассвете. Только я и Автолик. Пойду собираться.
Но вместо того, чтобы отправиться собирать вещи, Марк вышел во двор. И не успел он отойти и трех шагов, как за ним вышла хранительница.
— Спасибо, что поддержала меня, — сказал Марк. — Твой голос стал решающим.
— На что и рассчитывала, — кивнула она, явно довольная своей маленькой победой над Калиганом. — Только не вздумай теперь менять свое решение и не ехать в Мелис.
— Этому не бывать, — он восторженно вскинул голову, тут же испугавшись, что может неосторожно выдать главную причину своей поездки в Мелис — очень-очень личную.
— Ты настроен решительно, — хранительница наклонила голову, хитро поглядев через прищуренные веки. — Неужели Светлая арена тебя так влечет?
Марк ощутил свое бешенно колотящееся сердце: ему снова с ужасом пригрезилось, что хранительница что-то знает о Меллине.
— Меня многим привлекает Мелис, — уклончиво ответил он, спеша отклонить разговор в сторону. — Что тебе привезти?
Она глянула на него с недопониманием, и Марк успокоился: никакого намека на Меллину в ее взгляде не было.
— Ну, я хотел спросить… если у меня появятся деньги, что тебе привезти из Мелиса?
— Очень мило, — расплылась в улыбке хранительница. Марк не без удовольствия заметил, что щеки ее чуть-чуть покраснели.
— Так что же?
— Пояс метательных кинжалов, — быстро выговорила хранительница, и девичья улыбка на ее лице приобрела воинственный оттенок. — Те, что мне подарил Автолик остались в телах сельвархов.
Марк кивнул и, польщенный ее изменившимся отношением к нему, впервые решился положить ей руку на плечо.
— Обещаю.
* * *
Патрули воинов Армии Свободы, проходящие вдоль прилегающего к поселку Лунного леса, придавали уверенности — Марк почти не беспокоился за оставшихся друзей. Но в это утро патрули заставили его поволноваться. Ему пришлось прятаться, выжидать и всячески прятаться от зорких глаз лучников. В такую рань воины могли заподозрить неладное, проследить за ним и обнаружить лесное убежище Автолика. Прокравшись в лес незамеченным, Марк нашел вольного стрелка в оговоренном месте, у простенького шалаша из ветвей какого-то крупнолистного дерева. Тот был готов к походу: кожаный вещевой мешок висел через плечо, а из-за спины его торчали перекрещенные лук с колчаном и меч в чехле.
— Хочу уточнить один момент, Автолик, — сказал Марк, ощущая отголоски сомнений в своем решении. — Для чего мы едем на Светлую арену?
Автолик не удивился вопросу, видимо, отвечать на него ему приходилось не раз.
— Есть две цели: общая и личная. Первая — открыть людям другой взгляд на мир. А вторая… я уже когда-то говорил тебе, что хочу совершить свой подвиг. Вообще-то, общая и личная цели переплетены, я бы не хотел, чтобы они существовали отдельно друг от друга, понимаешь?
— Понимаю. Теперь и мне нужно определиться с личной целью.
К полудню Марк и Автолик достигли Великого торгового тракта, где присоединились к купеческому каравану из Южного оплота. Купцы здесь были самых разных возрастов и сословий. Молодые и старые, одетые скромно и красующиеся яркими золочеными одеждами. Одни везли свой товар в больших крытых повозках, другие — в маленьких тележках. Товар был самый разнообразный: различная посуда, ковры, ткани, ювелирные изделия, вина, благовонные масла, экзотические фрукты, домашняя утварь и множество всякой другой всячины. Говор купцов был очень быстр и неразборчив; вечно суетливые, они спешили обговорить свои дела, словно им было мало семи дней пути. По обрывкам фраз Марк понял, что большинство купцов любят торговать в Южном оплоте. Тамошние горожане честны, а на базарах царит порядок, тогда как в Мелисе и Морфелоне купцы часто страдают от воров и мошенников.
Странным показалось Марку то, что купцы нередко вспоминали Амархтон как крупнейший торговый город Каллирои. По тем мрачным описаниям Падшего города, которые он слышал раньше, сложилось впечатление, что там живет одна нечисть, а оказалось — это самый густонаселенный город. Марк не преминул спросить об этом Автолика.
— Амархтон по-прежнему остается богатым городом, но это богатство — с темной стороны, — объяснил Автолик. — Там процветают самые изощренные грехи человечества. Город обогащает нечестивых купцов, торгующих черно-магическими книгами, амулетами, зельями, эликсирами и прочей мерзостью. Заправляет в Амархтоне собрание магов, именуемое Темным Кругом, за которым стоит сам Темный Владыка Хадамарт.
— И горожане согласны с таким правлением?
— Почти все считают, что правители города — маги Темного Круга, но те — лишь исполнители темной воли Хадамарта. Я был недавно у стен Падшего города, проезжал через Выжженные земли и Селения проклятых, был в Меликерте — портовом городе Южного моря, тоже когда-то порабощенном нечистью. Хадамарт спешно собирает армию, его жрецы приносят огромные жертвы божеству греха Амартеосу, смерти — Танатосу и вечной гибели — Гадесу. Темный Владыка готовится к великой битве.
— Кто он такой? Архидаймон?
— Согласно древним преданиям, против человеческой расы восстали в непрестанной войне даймоны, архидаймоны и теоиты. Теоиты являются князьями тьмы, называемыми также властелинами поднебесья. По своей природе они — нечто вроде могучих духов, обладающих темной энергией, которая движет полчища подчиненных им даймонов. Теоиты редко воплощаются в материальные тела — для этого нужны большие жертвы, и к тому же, ни одно тело не сможет служить теоиту долго. Сами теоиты чувствуют себя слишком скованными в материальном теле, потому воплощаются только по крайней необходимости. Хадамарт — один из теоитов. Его власть укреплена благодаря культу Амартеоса, божества греха. Хадамарту служат только особо приближенные жрецы, но далеко не каждый из них может увидеть его лично. Хадамарт скрывается от людей и не ищет поклонения себе. Для него важно, чтобы все горожане поклонялись тем или иным способом Амартеосу, так как в этом божестве заключается главный источник силы властелинов, подобных Хадамарту.
— Не слишком ли громко мы называем врагов — «властелины»?
Автолик усмехнулся так, словно они обсуждали иерархию муравьев, а не могущественных врагов человечества.
— Они всего лишь властелины поднебесья. А с нами — Властелин Небес.
За небольшую плату Автолик арендовал у погонщика двух верблюдов, и дальше друзья двинулись верхом. Для Марка эта езда оказалась куда большим испытанием, чем на лошади. Верблюд был упрямым и непослушным; постоянно раскачиваясь между двумя горбами, Марк боялся свалиться вниз. Автолик же уверенно сидел на своем двугорбом и даже помогал Марку, держа поводья его верблюда. Этот поход стал для Седьмого миротворца мучительным испытанием, зато на привалах он чувствовал себя счастливейшим человеком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
