- Если кто-то обидит, сразу нам говори. Мы ему перья из хвоста повыдёргиваем!
И девушка счастливо улыбалась, чувствуя себя под защитой.
Оборотница выбрала профессию не повелению души. Её родители жили бедно, и когда мама оставила работу из-за рождения второго ребёнка, средств стало ощутимо не хватать. Была жёсткая экономия на всём, кроме малыша. Именно тогда Сидни начала охотиться в окрестных лесах. Только так она могла нормально поесть. Как говорится, голод – лучший учитель. И довольно скоро оборотница стала хорошей охотницей. Но помимо еды у неё были и другие потребности. Повзрослев, Сидни начала интересоваться мальчиками и хотела нравиться им. Девушка с красивыми зелёными глазами притягивала взгляды многих ребят, а вот погулять её не звали. Кому охота позориться перед друзьями, появившись с подружкой в стрёмных, ношеных шмотках? Родители редко баловали Сидни обновками, одежда была в основном из комиссионного магазина. Что чувствовала девушка, когда её одноклассницы наряжались в новые, красивые платья, никого не интересовало. Когда закончилось обучение в школе и встал вопрос, что делать дальше, отец предложил пойти работать на местную фабрику. И Сидни едва не впала в отчаяние, понимая, что повторяет судьбу родителей. Она мечтала о другом! Мечтала вырваться из этой жалкой жизни, где каждый шелек на счету, где она не могла позволить себе красивую одежду. А ей хотелось быть привлекательной, и чтобы у неё были СВОИ вещи!
Военный факультет в «Пернатой» академии стал спасением для юной совы. Бесплатные обучение, проживание, питание, одежда в конце концов! Тогда Сидни впервые в жизни порадовалась, что родилась именно совой. Ведь в армии совы и филины ценились на вес золота. И она подала документы. Благодаря регулярным охотам, у оборотницы была отличная физическая подготовка. Экзамены она тоже сдала хорошо и не сомневалась, что будет зачислена.
В назначенный день Сидни уходила из своего городка легко, даже радостно, с верой в лучшее будущее.
.
- Почему у тебя мужское имя? – однажды спросила Белль.
Сова удивлённо посмотрела на неё.
- Это не так. Имя Сидни носят и женщины.
- Но мужчины чаще, - не сдавалась орлица.
Оборотница пожала плечами.
- В нашей местности я не раз встречала девочек с таким именем.
Белль отстала, тряхнула светлыми волосами и подставила лицо солнечным лучам. Сидни сидела рядом, задумчиво перебирая букет из полевых цветов.
- Моя семья живёт довольно скромно, - наконец сказала она. – Родители планировали только одного ребёнка. И, когда мама забеременела, то надеялись, что родится мальчик, а появилась я. Наверное, поэтому... – девушка неуверенно улыбнулась. – Наверное, так мои родители собирались назвать сына.
Орлица искоса глянула на приятельницу.
- Ты не спрашивала у них?
Сова пожала плечами:
- Спрашивала, конечно. Мама сказала, что ей всегда нравилось это имя.
Белль хмыкнула:
- Логично. Не назовёшь же птенца противным именем!
- А ты? Почему Белль?
Орлица скривилась:
- В честь любимой маминой певицы.
Сова задумалась, перебирая в памяти звёзд эстрады. Белль догадалась о её мыслях и покачала головой.
- Не пытайся! Это была оперная дива!
Женщина приготовилась к шуткам и смеху, но Сидни даже не улыбнулась.
- Не каждый решится назвать ребёнка в честь кумира. Наверное, эта певица была очень талантливая? … Я бы послушала.
- Любишь оперу?
- Не особо, - призналась девушка. – Но осенью, когда целыми днями идёт дождь, я иногда слушаю Джулию Андерс. «Прощание с Эдмундом».
Оборотница вернулась к своим цветам. Белль какое-то время наблюдала за ней, потом легла на траву и закрыла глаза, чувствуя спокойствие и умиротворение. С совой было легко молчать, и тишина не угнетала, а наоборот, казалась правильной. Но такие разговоры по душам у девушек случались редко. Днём орлица патрулировала территорию, а ночью улетала Сидни.
…
- Осень!
Стивен медленно оглядел ещё зелёные луга, голубое небо с пушистыми облаками, но восхищения в его глазах не было, скорее тревога. Оборотень посмотрел на Сидни и пояснил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Скоро Перелёт. Время, когда браконьеры выйдут на охоту, - голубой взгляд буквально заледенел. - В массовый перелёт вожакам трудно отследить численность стай. Проверить, все ли прилетели. Охотникам достаточно пяти-десяти минут, чтобы поймать молодняк и увести в Иглу, - орёл отвернулся и сказал уже для всех: – Мы переходим на усиленный режим патрулирования.
Луин выплюнул травинку:
- Да мы из него и не выходили!
Пол предостерегающе глянул на сокола.
- Не начинай! Сам знаешь, какой геморрой нас ждёт, - он посмотрел на притихшую сову. – Сид, ты как?
Та лишь кивнула, показывая, что в порядке. И Мейси первым направился по дорожке.
- Тогда пошли обедать.
В столовой Эгертон сел на свободное место рядом с Сидни. Та тут же напряглась словно натянутая струна. Еда стала поперёк горла. Пока мужчины с аппетитом обедали и переговаривались, девушка не проронила ни слова. Только ярко алели щёки.
- Сидни, всё в порядке? Ты не заболела? – Стивен с тревогой глянул на девушку рядом.
- Нет! - она затрясла головой. – Чай… горячий!
С другой стороны шикнул Луин.
- Ага! Кипяток просто!
Эгертон перевёл подозрительный взгляд на сокола, нахмурился, но ничего не сказал и вернулся к обеду. А у Сидни трепетали ресницы от каждого случайного касания.
Уже не для кого в группе не было секретом, что сова влюблена в их бравого командира. Хотя ни словом, ни жестом она не выдавала себя, не преследовала и не вешалась на орла, заявляя о своих чувствах. Сидни просто была рядом, старательно выполняла приказы и незаметно заботилась о его комфорте. Стоило командиру присоединиться к совместному отдыху своей группы – и, словно по волшебству, на столе появлялось имбирное печенье, а на телевизоре включался любимый канал. И морщинка между бровями Стивена сама собой разглаживалась. Авилак улыбался, не догадываясь, что девичье сердечко сейчас заходится от восторга. Со стороны Сидни это было тихое светлое обожание.
Тем временем Стивен закончил обед и посмотрел на Пола, который считался его правой рукой.
- Зайди ко мне вечером. Надо кое-что обсудить.
И мужчина быстрым шагом направился к выходу, догоняя командира второй группы. Вилка выпала из ослабевших пальцев Сидни. Все за столом обменялись понимающими взглядами, но сделали вид, что ничего не заметили, а Белль стала рассказывать какой-то забавный случай.
Вообще вот так собраться вместе авилакам удавалось только по утрам за завтраком. Это было время, когда они могли обменяться новостями и обсудить задачи на день. Обычно оборотни встречались около казарм и шли в столовую, а там уже к ним присоединялся Эгертон. Но однажды Сидни предложила позвать командира и сама постучала в его дверь. Орёл удивлённо глянул на девушку.
- Доброе утро! – поздоровалась она. - Мы идём в столовую на завтрак. Может быть, вы с нами?
Сначала мужчина хотел отказаться: ещё не прошло положенное время после тренировки - но потом передумал. Сидни редко проявляла инициативу, и Эгертон не хотел обламывать её.
- Завтрак – это хорошо! Пойдём! – и он решительно шагнул вперёд.
.
А через неделю начался Перелёт. Для авилаков это было особое время. Как инициация для ведьм и магов, как вхождение волков-переярков во взрослую стаю! Это был поворотный момент в судьбе каждого птенца. От Перелёта зависело, останешься ты на задворках жизни или вырвешься вперёд. Молодые авилаки испытывали свои крылья, учились чувствовать воздух. Осознавали, как это - лететь вместе и ощущать воздушную волну, поднятую крыльями впереди летящих! Это не был перелёт на несколько тысяч километров, как у диких сородичей, когда птицы спасались от холодной зимы и голодной смерти. Но порядка восьми-девяти сотен авилаки пролетали. На это сил хватало. Должно было хватить, иначе… По дороге молодые оборотни приобретали бесценный опыт. Учились вместе лететь, отдыхать, добывать пищу, охранять друг друга во время ночёвок. Перелёт во многом был объединяющим фактором и проверкой… Отсевом, отбраковкой слабых. Тех, кто будет внизу иерархической лестницы оборотней, - омег. Жестоко? Да, но это помогало авилакам выжить. Сильные были впереди стаи, руководили, защищали, решали важные задачи. Слабые обслуживали их. И птичий молодняк, несмотря на страх, ждал Перелёт. Для них это был шанс заявить о себе.
