- Твоя пукалка теперь не нужна, - говорит сержант. - Вон у нас... автоматы, каждый испугается. Это лучше, чем пистолет. Давай разделимся. Ты с салажонком и Борькой в одной смене будете, а я с Сашкой в другой.
- Мне все равно.
- Вот и хорошо. Мы сейчас с Сашкой даванем, а вы первую смену крутите. Борька, ты слыхал?
- Слышал.
- Тогда лады.
Сержант отходит от меня, валится на нары и с наслаждением расстегивает воротничок.
Только к вечеру подвезли новый тепловоз, но тронулись под утро. Я как раз тревожно спал и тут лязгнули колеса и теплушка дернулась.
- Стрелок, ты спишь?
- Нет. Уже проснулся.
- Бутылка с тебя, как договаривались.
- Ладно, бери.
Оживились солдаты и дружно потянулись к маленькому столику. Сержант откупорил бутылку и стал разливать по кружкам.
- Стрелок, а ты то будешь?
- Нет.
- Как хочешь, нам больше достанется.
Они стали пить и понеслись байки и анекдоты. Я думал о своем: о Юрке который очень хотел стать человеком, о шальном Ваське и тут меня дернуло. Ребята выдули бутылку и старик Сашка, не спрашивая разрешения, пошел к ящику с вином. Он выдернул новую бутылку.
- Положи на место.
- Жалко что ли?
- Я сказал положи. Не твое, не трож.
- Чего ты его слушаешь, - подает голос Борька. - Неси сюда.
- Я сказал последний раз, положи на место.
Сашка заколебался, но тут приподнялся Борька подойдя к нему вырвал из его рук бутылку.
- Чего его слушать, морду набьем и все.
И тут я сорвался, выдернул никчемный пистолет и, пригнув с нар, сильным ударом огрел нахала в лицо. Тот рухнул как подкошенный. Сашка схватил меня за шею, но я подсел и сбросил его на пол через себя. Он стал подниматься, но ударом сапога в лицо, я отбросил его к столику. Сержант и салажонок Мишка безмятежно смотрели на драку. Сашка чуть приподнялся и, обхватив лицо ладонями, завыл.
- Что же ты сделал, гад?
Между пальцами показалась струйка крови. Борька лежал на полу затихший, совсем без движения.
- Это тебе урок на всю жизнь, не бери чужое.
- Ребята, посмотрите, что он мне сделал? - стонет Сашка, оторвав руки и показывая лицо сержанту.
Тот бегло осматривает.
- Щека заживет, бровь содрана, а нос... Ничего, походишь с опухшей рожей, все пройдет. Иди вымой физию, мы тебя заклеим пластырем, а вот что там с Борькой. Эй, салажонок, посмотри, что с ним. Только бы не сдох.
Мишка опускается рядом с Борькой. Я тем временем, запихиваю пистолет в кобуру, подбираю с пола бутылку и засовываю ее в ящик.
- Живой он, - докладывает салажонок. - только без памяти. На лбу здоровенная шишка и содрана кожа.
- Ну и хорошо. Займись теперь Сашкой, заклей ему рожу. Я вот достал бинт, вату и пластырь...
Борьку отлили водой, затащили на нары и теперь он бес конца стонал и ругался. Одним словом, попойка не удалась.
Днем мы выскочили на запасные пути большой станции и встали.
- Что делать то, стрелок? -спрашивает сержант.
- Надо обойти вагоны, осмотреть пломбы.
- А если тронемся?
- Заскочишь на сцепление между вагонами и едешь до другой станции.
- Слушай, сходи с салагой. Эти двое, - он кивает на нары, где измученные болью "старики" наконец то задремали беспокойным сном, - пока не боеспособны.
- Ладно. Миша, бери оружие, пошли.
Салажонок растеряно смотрит на меня.
- Как оружие? И с рожком...?
- Да. Зарядить по полной форме.
Но тут нас дернуло и мы медленно поползли от станции.
- Ну вот, - облегченно вздыхает сержант, - и ходить не надо.
- Рано радуешься. Посмотри, нас отцепили от эшелона и с пульманом гонят на другую ветку.
- Это зачем?
- Пульман оставят здесь, а нас вернут обратно.
Сержант высунулся в дверь.
- Ох ты, правда.
Опять нас состыковали с основным эшелоном и мы с Мишей соскочили на насыпь, пошли проверять пломбы.
Когда вернулись обратно, сержант сидел рядом с Сашкой и о чем то переговаривался. Рожа у "старика" вся в заплатах и действительно здорово распухла.
- Помиритесь, черти, - говорит мне сержант, - подумаешь, не поделили бутылку, не бабу же. Сашка, хороший мужик, только вот на подтяг этого пошел...
- Извини, приятель. Нехорошо вышло, - соглашаюсь я.
- Ладно, - морщится от боли Сашка.
- Хочешь, разопьем бутылку. Скрепим мир...
Сашка переглядывается с сержантом.
- Давай.
Я достаю Васькино вино и мы вчетвером распили бутылку в одно мгновенье. Борька лежит на нарах и непонятно в этот момент, спит он или претворяется.
В дверь заглядывает голова молодого парня.
- Ребятки подбросьте до следующей станции.
До чего знакомый голос. Сержант только разинул рот, чтобы что то сказать, как я перебил.
- Нет.
Парень внимательно оглядывает меня.
- Я тысячу рублей дам.
Стоп. Точно его голос. Того типа, который предлагал старшому деньги за перевоз, два дня тому назад.
- Сказал, нет.
- Две тысячи дам... Каждому по тысяче.
Пискнул салажонок, замотал головой Сашка. Я оторвался от места и подошел к двери.
- Я ведь тебя узнал.
- Ты о чем?
- Там... на станции, ты нам предлагал такие же суммы. Забыл, гад?
- Это был не я...
Он оторвался от теплушки и бросился бежать.
- Стой, я буду стрелять.
Но этот типчик, уже завернул за хвост соседнего товарняка.
- Кто это был? - спросил сержант.
- Наводчик.
- Как это?
- А так. Такой за деньги влезет, а потом сонным глотки перережет. Мы его сейчас не пустили, так он нас пересчитал, сколько оружия, в какой мы форме...
- Зачем?
- Сам не знаю, но не нравиться мне все это. В тот раз он так же все высмотрел, а на разъезде нам дали по морде.
- Не хочешь ли ты сказать, что... на нас опять могут напасть...
- Могут.
- Но зачем?
- Чего то у них не получилось... Они, по моему, не нашли, что хотели... В пульмане не было миллионов долларов, там должно быть что то другое. Это другое они искали по всему эшелону не нашли.
- Значит, в каком то из вагонов может прятаться сокровище?
- Может быть. Так что надо быть очень внимательными.
Все замолчали, салажонок поежился.
Едем сутки. Пока все спокойно. Борька пришел себя и только огромная шишка на лбу напоминала всем о неприятной драке. Со мной он не разговаривает, стал молчалив и только валялся на нарах, но послушно уходил на просмотр вагонов. Сашку салажонок перевязал и теперь его рожа стала почище, не стало окровавленных пятен. До Омска, по моим подсчетам, остались сутки.
Эти сутки пролетели мгновенно. Омск встретил нас сумрачным небом, попахивало дождем. Нас поставили среди многочисленных грузовых составов. Сержант с солдатами стали собираться.
- Стрелок, мы пойдем...
- А как же я то?
- Не знаю. У нас предписания только до сюда.
- Зайдите на станцию, узнайте, смена же мне должна быть.
- Зайдем. Пока, стрелок.
Я прощаюсь со всеми, кроме Борьки. "Старик" демонстративно отвернулся и спрыгнул на гравий. Они ушли. Теперь остался один.
Прошло шесть часов. Ко мне несколько раз подкатывались торговцы, предлагая за большие деньги провести свой товар. Стал накрапывать дождик и всякие ходоки исчезли. Смены до сих пор нет. К теплушке в дождевике с рюкзаком за спиной подходит девушка и растерянно смотрит на меня.
- Простите, вы не из Владивостока?
- От туда.
- Я вот третий день хожу, ищу состав из Владивостока, там должен был ехать мой дядя, передать мне посылку.
Я насторожился.
- Вас звать, не Таня?
- Таня, - обрадовалась она, - а вы откуда знаете?
- Я видел вашего дядю, эту посылку он передал нам.
- Ой, слава богу. А то я третий день на вокзале сплю, боялась пропустить поезд.
- Так как вашего дядю звать?
- Гришей. Ой, не так, Григорий Александрович.
- Он в таком...тяжелом вагоне ехал...
- Точно, пульман называется.
Вдруг мой состав дернулся и медленно стал разгонятся. Таня торопливо идет рядом.
- Ай, что это? Выбросите мне посылку.
- Мне не успеть. Надо ее найти. Дайте руку. На следующей станции сойдете. Я вам денег на обратную дорогу дам.
Таня послушно протягивает руку и я ее, в нарушении всех инструкций, затаскиваю в теплушку. Она сдергивает плащ и я вижу красивую, высокую девушку с копной светлых волос.
- А вы охранник?
- Да.
- Один?
- Нас было четверо, но трое отстали на дороге.
- Как отстали, разве так бывает, сразу трое...?
- Но их то нет, значит бывает.
- Это же безобразие. Вот так, у нас везде и возникает воровство. Совсем безответственные пошли люди, здесь наверно столько имущества, а они.... А почему в вашем составе нет вагона дяди Гриши?
- Его на одном переезде отсоединили от нас.
- Вон оно что. А вообще то, я тоже еду в Москву. Хотела получить от вас посылку и тут же пересесть на пассажирский поезд...
- Почему же именно надо было приезжать в Омск за посылкой?
- А я здесь была на каникулах у бабушки. Она только живет в деревне в километрах семидесяти от города.
- Так ты школьница? Что то не похоже.
