Нападавшие были встречены плотным огнем боевого охранения. Двумя парами Ми-24 и Ми-8 был нанесен удар по скоплениям боевиков и их технике. Хаттабовцы, понеся потери, отошли вглубь Чечни.
Бой длился более часа и возобновился вновь после полуторачасового затишья. В ходе боя тяжелое ранение получил старший лейтенант Эльдар Берсиров (скончался от полученных ран и был похоронен на родине, в столице Адыгеи Майкопе). Легкие ранения получили рядовые Евгений Кузьмин, Александр Липатов и Дмитрий Хворостов.
Этой же ночью нападению подверглась соседняя застава в районе Кизляра. Здесь бой длился около двадцати минут. Прицельным огнем двух БТРов огневые точки боевиков были подавлены. Потерь среди личного состава не было.
7 июля в 2 часа ночи обстрел Гребенской заставы возобновился. В результате нападения получили огнестрельные ранения четверо военнослужащих.
Постепенно обстановка накалялась. Вот далеко не полная хроника тех дней:
— 14 июля недалеко от н.п. Краснооктябрьское Кизлярского района был обстрелян дозор РОВД из 6 человек. Произошла перестрелка, длившаяся 5–6 минут. В тот же день у железнодорожного моста через р. Прорву в Кизлярском районе был обстрелян милицейский дозор. Пострадавших среди милиционеров нет. В обоих случаях обстрел велся с территории Чечни.
— В ночь на 15 июля у того же Краснооктябрьского разведдозор наткнулся на две группы вооруженных людей. Произошел бой, в ходе которого двое боевиков были убиты. Под утро состоялось новое нападение боевиков на заставу. В бою обе стороны применяли гранатометы. Никто из военнослужащих не пострадал.
— Следующей ночью около Краснооктябрьского группа боевиков из 10 человек, вооруженных стрелковым оружием, наткнулась на засаду заставы ВВ. Произошла перестрелка. Один военнослужащий получил ранение.
— 17 июля произошел инцидент на КПП «Герзельский мост». Молодая женщина-чеченка, переходившая границу в сторону Дагестана, погибла от разрыва гранаты Ф-1, которая была при ней. Больше никто не пострадал. В печати сообщалось, что «остается не ясным, для чего женщина имела при себе гранату и по какой причине она сработала».
— 18 июля г. в 15.50. на заставе «Гребенской мост» после выполнения работ группа саперов при возвращении вдоль канала в пункт дислокации была обстреляна с территории ЧР из подствольных гранатометов и минометов. Осколками одной из мин были поражены трое военнослужащих: майор Владимир Бакулин, младший сержант Александр Васильев и рядовой Андрей Кузиванов. Состояние одного из них было оценено как тяжелое.
— 18 же июля у села Первомайское Хасавюртовского района была обстреляна из гранатомета застава Внутренних войск, в результате чего погиб сержант Валерий Грибков.
— 19 июля около 2 часов ночи обстреляна застава Внутренних войск в районе станицы Галюгаевская (Ставропольский край). Нападавшими применялись минометы и стрелковое оружие. Минометный расчет боевиков был уничтожен ударами с воздуха, нанесенными парой вертолетов Ми-8. В ходе боя погиб старший сержант Григорий Васильяди. Ранения получили ефрейтор Уйразал Баймурзин и рядовой Евгений Редько, контузии — рядовые Альберт Калимжан и Василий Суворов. Все пострадавшие эвакуированы в госпиталь вертолетом.
В ту же ночь трижды подвергалась нападению застава ВВ МВД России в районе Копайского гидроузла на территории Дагестана. Все атаки боевиков были отбиты с участием минометной батареи полка Внутренних войск. Среди военнослужащих потерь нет.
— 23 июля 1999 г. в 2.15 со стороны ЧР был открыт огонь из стрелкового оружия по заставе? 2. В результате обстрела трое военнослужащих получили ранения различной степени тяжести.
— 27 июля утром недалеко от Буйнакска подорвался на самодельной мине с дистанционным управлением ЗИЛ-131 с бойцами 136-й армейской бригады. Убито три человека, двое ранены. Среди погибших и раненых бойцов были дагестанцы-контрактники. Судя по всему, диверсанты рассчитывали на то, что машина после взрыва, потеряв управление, обрушится в пропасть. К счастью, сержант, сидевший рядом с убитым шофером и получивший серьезную контузию, выровнял движение машины и тем самым спас бойцов, сидевших в кузове. Было замечено, что инцидент записывался на видеокамеру неизвестными из черной «Волги». Розыски, как водятся, ни к чему не привели. В подрыве машины не без обоснования подозревали карамахинских ваххабитов.
— 29 июля в районе Копаевского гидроузла банда боевиков численностью до 20 человек обстреляла заставу Внутренних войск.
Как видно, после 6 июля боевики перешли от серьезных нападений на заставы к мелким укусам. Эта тактика давала свои плоды, изматывая бойцов, заставляя их держаться в постоянном напряжении. Тем не менее, каких-то серьезных последствий обстрелы застав не имели.
Бой на автобане
28 июля произошел бой недалеко от Кизляра, на участке, где автотрасса Ростов-Баку пересекает чеченскую территорию на промежутке в 800 метров. Дело в том, что чеченские власти установили на этом (чеченском) участке магистральной автотрассы свой «государственный» погранично-таможенный пост и начали останавливать все проезжающие автомобили, проводить досмотр и взимать налоги. Но интересно не это, а то, что участок трассы был передан Масхадову вместе с куском дагестанской земли только в 1998 году. Под передачу подвели какой-то акт о демаркации границы. И после этого чеченцы установили на трассе «таможенный» пост.
Восток — дело тонкое.
Все было хорошо, но вскоре отношения испортились. За несколько дней до описываемых событий дагестанские власти перекрыли чеченский участок бетонными сваями и начали строить объездную дорогу по своей территории, через Кизляр. Но потом Москва (или кто-то в Москве) решила, что проще будет этот участок отобрать. «Мы дали, — мы и заберем».
Такова прелюдия конфликта. В 4 утра 28 июля начался бой, который продолжался более часа. В бою был убит российский солдат. Танки раздолбали коробку погранично-таможенного поста чеченцев, при этом погиб один чеченец. Эти действия российских военных были расценены официальным Грозным как провокация. Масхадов заявил протест. В последующие дни, 29, 30 и 31июля, отлученные от кормушки чеченцы несколько раз обстреливали позиции наших войск около Кизляра.
Вспоминает генерал-полковник Вячеслав Овчинников:
Мы вынуждены были подтянуть туда артиллерию, силами разведки были уточнены координаты тех районов, откуда исходила угроза, были подготовлены плановые огни артиллерии. Нам удавалось накрывать бандитские группы уже на дальних подступах. Разведку мы вели как воздушную, так и войсковую, с помощью оптических средств, путем опроса жителей, через сотрудников милиции Дагестана, в частности через кизлярский городской и районный отделы.
Очень хорошо там зарекомендовала себя 34-я бригада внутренних войск.
Один из таможенных постов Чечни захватил часть федеральной автодороги. Было принято решение провести небольшую операцию, чтобы этот участок федеральной дороги взять под свой контроль и восстановить там нормальное движение. Это существенно сократило бы путь для автотранспорта и не позволило бы боевикам брать «пошлину» с проезжающих. Свои действия мы тщательно отрепетировали и очень красиво сработали.
Наши войска выдвинулись на участок федеральной дороги, что проходил частично по Чечне, частично — по Дагестану, и войсковые наряды стали обеспечивать проезд по ней. Чеченские «таможенники» решили отвоевать участок дороги, поскольку лишились солидных денег — они ведь собирали «пошлину» со всех проезжавших по российской (!) дороге. Когда чеченцы пошли на штурм, я предупредил наших: «Все задокументируйте». Так и было сделано. Когда бандиты полезли, наши их предупредили. Те, естественно, не послушались. Я своим сказал: «Дайте возможность им начать».
Бандитов отхреначили — разнесли все их укрепления, танки наши поставили на прямую наводку. Дали понять — если начнут, то получат не только на нашей территории, но и на своей. Артиллерию мы уже подтянули. Она и била по рубежам, чтобы на глубине до пяти километров ничего не шевелилось. И так по всему периметру Чечни.
Тем самым мы хотели «отдавить» границу, сделать такую правовую зону, куда бы никто с оружием не входил.
Масхадов высказал протест, направил какие-то документы в адрес правительства, руководителя госсовета Дагестана с угрозами, что если не будут убраны федеральные войска с территории Чечни и не отдадут дорогу (повторяю, они там стригли хорошие деньги), то между Дагестаном и Чечней могут возникнуть непредвиденные осложнения.
Сделав такое заявление, он напугал Магомедали Магомедова. Тот позвонил Рушайло, который был назначен министром.
Министр меня спрашивает: «Ты что там творишь?» — «Ничего не творю». — «Почему несанкционированные действия?» — «Мы просто ответили на нападение. После преследования бандитов мои войска не стали отходить, а заняли выгодные позиции на высотах.
