Он стал единственным легальным большевистским журналом вплоть до 1917 года. Его редактирование было поручено хорошо знавшему страховое дело и статистику Н. И. Подвойскому. Туда же пришла работать Нина Августовна.
К тому времени наладилась связь с В. И. Лениным, удалось восстановить партийные комитеты. В конце 1915 года вновь стало функционировать Русское Бюро ЦК, в финансовую комиссию которого вошел Николай Ильич.
Несколько раз на квартире Подвойских производились обыски. Но для полиции они оказывались безрезультатными. Однако 16 ноября 1916 года охранка предприняла крупную акцию — за одну ночь арестовала более 90 большевиков-руководителей. В их числе в пятый раз, теперь уже по обвинению «в организации Бюро ЦК и сотрудничестве в заграничном «Социал-демократе», арестован был и Н. И. Подвойский. В ордере было предписано: «арестовать независимо от результатов обыска».
…День за днем, недели, месяцы меряет Николай Ильич нетерпеливыми шагами одиночку в «Крестах». Наконец в конце февраля 1917 года состоялся суд, приговоривший его к ссылке в Сибирь. Перед отправкой дали три дня на прощание с близкими. Но именно в эти дни грянула Февральская революция. Не помышляя о возвращении в «Кресты», Николай Ильич вместе с большевиком Г. В. Елиным вывел на улицы солдат бронедивизиона. Они захватили дворец Кшесинской, который превратился в штаб большевистской партии.
Н. И. Подвойский сразу же был введен в состав восстановленного Петербургского Комитета РСДРП, стал членом его исполнительной комиссии, а также членом Исполкома Петроградского Совета. Помощником секретаря ПК была назначена Нина Августовна.
В марте для работы в войсках гарнизона была образована Военная организация при Петербургском Комитете РСДРП во главе с Н. И. Подвойским. В ее бюро входили: В. И. Невский, солдаты К. А. Мехоношин и Г. В. Елин, подпоручики П. В. Дашкевич и А. И. Ильин-Женевский и другие.
Военная организация, или «Военка», как ее стали называть, приступила к созданию партийных организаций в войсках, к налаживанию их работы среди солдат. Часть солдатских комитетов оказалась под влиянием эсеров и меньшевиков. Они всячески препятствовали большевистской агитации. В те дни появление большевика-агитатора в казарме часто было связано с риском быть избитым. И вряд ли молодые работники «Военки» справились бы со своей задачей, вспоминал потом Н. И. Подвойский, если бы не возвращение В. И. Ленина из эмиграции.
…Ранним утром 3 апреля перед дежурившим во дворце Кшесинской Н. И. Подвойским появилась встревоженная младшая сестра В. И. Ленина.
— Что случилось, Мария Ильинична?
— Вечером приезжает Владимир Ильич. Вот телеграмма из Торнео. Никого из ЦК нет. Что делать?
Подвойский усадил ее, успокоил, налил чаю. А сам в это время лихорадочно думал: сегодня второй день пасхи, заводы стоят, солдаты отпущены в город, учреждения закрыты… Как оповестить руководителей партии, партийные организации, как собрать рабочих и солдат для встречи? Неожиданно пришла мысль: надо использовать технику лавинообразного распространения слухов.
В тот день дворец охраняли большевистски настроенные солдаты мастерских бронедивизиона. Тут же был их вожак — член «Военки» Г. В. Елин. Николай Ильич вызвал его:
— Георгий Васильевич! Давай сюда твоих большевиков. Кто на постах, подмени беспартийными. Потом объясню. Быстро!
Елин непонимающе пожал богатырскими плечами и ушел.
— Мария Ильинична! Какие адреса членов ЦК, ПК, правдистов вы помните? Диктуйте.
Николай Ильич записал несколько адресов, добавил от себя. Пришли солдаты-большевики из охраны. Николай Ильич сказал каждому адрес, заставил повторить, чтобы не забыли.
— Пойдете по адресу. Скажите, что от Подвойского. Сообщите, что вечером приезжает товарищ Ленин. От моего имени попросите тут же оповестить членов ЦК, ПК, редакции «Правды», адреса которых данному товарищу известны. А те передадут дальше. Сами же пусть приходят во дворец Кшесинской.
Солдаты ушли. Заулыбался черноусый Елин, облегченно вздохнула Мария Ильинична.
— Не волнуйтесь, — сказал, провожая ее, Николай Ильич. — Часа через полтора все будут здесь.
А в голове его уже зрел план встречи вождя: во-первых, выставить почетный караул из солдат и моряков, во-вторых, построить у Финляндского вокзала революционно настроенные полки, причем в сопровождении хотя бы одного броневика. Его должен вывести Елин. В прошлом рязанский крестьянин, потом рабочий, ныне вожак большевиков бронедивизиона, Елин знал, что за самовольный вывод броневика грозит военно-полевой суд, но колебался недолго. Он сразу понял политическое значение задуманной Подвойским демонстрации.
Днем работники ЦК, ПК, «Военки» оповестили партийные организации заводов, войсковых частей. Активисты ПК и «Военки» пронесли по улицам транспаранты с сообщением о приезде В. И. Ленина и призывом к рабочим и солдатам собраться на заводах и в полках. О приезде Владимира Ильича вскоре узнал весь город.
…Когда В. И. Ленин ступил на перрон Финляндского вокзала, отряд матросов по команде взял «на караул», военно-морской оркестр грянул «Марсельезу». Начальник караула, печатая шаг, подошел к В. И. Ленину и отдал рапорт. В. И. Ленин обратился к присутствующим с краткой речью, которую закончил историческим призывом: «Да здравствует социалистическая революция!» На освещенной прожекторами привокзальной площади в стройных колоннах его ожидали тысячи рабочих, красногвардейцев, матросов, солдат, тут же стояли два броневика. На одном из них, ставшим передвижной трибуной, он доехал до дворца Кшесинской. За рулем броневика сидел солдат М. С. Оганьян, а справа и слева, держась за крылья, шли Н. И. Подвойский и Г. В. Елин.
С приездом В. И. Ленина партия взяла курс на социалистическую революцию. Перед Военной организацией встала задача преодолеть эсеро-меньшевистские, оборонческие настроения среди солдат гарнизона. В беседах с Н. И. Подвойским В. И. Ленин посоветовал перестроить агитационную работу в войсках — отказаться от больших собраний, митингов, послать в полки сотни агитаторов и в беседах с небольшими группами солдат разъяснять четыре самых близких им вопроса: о мире, о земле, о власти, о рабочем контроле. По мнению В. И. Ленина, лучше всего для выполнения этой работы подходили моряки, сыгравшие большую роль в Февральской революции.
«Военка» вызвала из Кронштадта несколько сот моряков. Они собрались в большом, облицованном белым мрамором зале дворца Кшесинской. Их распределили по полкам, для большей безопасности — группами.
— Не начинайте с митингов, — инструктировал их Н. И. Подвойский, — работайте с маленькими группами, отрывайте их от эсеро-меньшевистских солдатских комитетов. Митингом можно завершить работу. Не уходите, пока полк не станет большевистским. Ешьте, спите с солдатами… и агитируйте!
Действительно, вспоминал потом Н. И. Подвойский, некоторые агитаторы не выходили из казарм по 5–7 дней. Потом приходили в «Военку» и докладывали: такой-то полк идет за большевиками. Двухнедельный поход агитаторов в полки закончился успешно.
В апреле — мае Военная
