Я всегда был человеком рассудочным. Если что-то входило в противоречие со здравым смыслом, я просто отбрасывал это. Однако привычки привычками, а жизнь лучше не стала. Мне нравится определение безумия, которое дает Эйнштейн. «Безумие, — говорит он, — делать одно и то же и ждать другого результата». Если я хочу перемен, нужно попробовать пойти другим путем. Иначе моя жизнь никогда не изменится, до самой смерти.
Какое-то внутреннее чутье подсказывало мне, что должен быть и другой путь. Я только что закончил читать первую в своей жизни книгу по философии — раньше такие вещи меня не привлекали. Не знаю, что толкнуло меня раскрыть ее, но я сделал это. Наверное, сильная боль, которая заставляла искать утешения повсюду. Правду говорят, что погружаясь во тьму, мы часто обретаем желание дойти до самой сути. Пока жизнь легка, мы словно бы скользим по поверхности, не очень-то задумываясь о природе вещей, но стоит подняться ветру, как все меняется — мы погружаемся в размышления о том, почему случилось так, как случилось. Трудности настраивают человека на философский лад. Во времена испытаний мы ищем ответа на более значительные вопросы, которые ставит перед нами жизнь: почему мы страдаем, почему рушатся самые продуманные планы и что же управляет нашей жизнью — капризная рука судьбы или могущественный указующий перст выбора.
В той книге, которую я прочел, автор рассуждал о том, что разум, в отличие от чувства, ограничен. Разум может сыграть с вами злую шутку, заставить жить прошлым или волноваться о том, чему не суждено никогда случиться. Разум тяготеет к внешним атрибутам могущества — к обладанию деньгами, положением в обществе, собственностью, скорее, к материальному, чем к духовному. Однако такое могущество быстротечно, ведь стоит лишиться денег, положения и собственности, как вы тут же теряете силу. Если вы считаете, что эти вещи составляют основу вашей личности, то их утрата повлечет за собой проблему самоидентификации. Таким образом, единственной истинной силой является сила нашего духа, та, что идет изнутри.
В той книге было сказано, что душу не увлекают эти мелкие сиюминутные заботы, что душа живет настоящим, потому что знает, что истинная жизнь это настоящее. Душу волнует полнота жизни, любовь, сострадание, служение другим. Она знает, что все люди связаны между собой какими-то незримыми узами, что все мы дети одной семьи и нет большего счастья, чем способствовать развитию своего брата или сестры в более совершенную личность. «Откажись от капли, стань морем», — говорил мудрый суфийский поэт Руми. Эта истина известна душе. Нет спора, разум, наделенный способностью мыслить и анализировать, — превосходный инструмент, который следует использовать в помощь душе, чтобы, например, составлять планы, учиться или думать. Но все это должно делаться в согласии с душой и под ее руководством. Разум и чувство должны заключить союз, если человек хочет, чтобы жизнь его была прекрасна, так говорила мне книга. Разум и чувство должны находиться в гармонии. Если жить только умом, то никак не почувствуешь дыхания и ритма жизни, если же руководствоваться только чувством, то можно превратиться в подобие одержимого любовной лихорадкой, не способного к здравому суждению и самоконтролю. Нужная пропорция разума и чувства — тонкая штука, и требуется немало времени, усилий и размышлений, для того, чтобы достичь желаемого равновесия.
Эван терпеливо ждал моего ответа, а я вдруг почувствовал желание испробовать что-то новое. На секунду я прислушался к тому, что творилось внутри меня, и решил выйти за границы разума и довериться чувствам. Я согласился пойти и взял приглашения. Эван обнял меня: «Мы все тебя любим, ты же знаешь».
Я был совершенно спокоен, но эти полные доброты слова старого товарища пробудили во мне настоящие чувства. Глаза наполнились влагой. Я не только оплакивал свою несчастную жизнь, безусловная любовь другого человека вызвала эти слезы.
— Спасибо тебе, Эван, — ответил я. — Ты хороший человек. Я очень тебя ценю.
— Доверься мне, Дар. Этот семинар многое изменит. Кто знает, кого ты там встретишь?
Да, в тот момент я даже не подозревал, что впереди меня ждала встреча с человеком, который откроет мне путь в новую жизнь.
Глава 2. Ученик встречает учителя
Мы будем скитаться мысльюИ в конце скитаний придемТуда, откуда мы вышли,И увидим свой край впервые.
Т. С. Элиот (Четыре квартета. Литтл Гиддинг. V)Тем же вечером я сидел в зале среди пяти тысяч слушателей, искавших ответы на самые важные вопросы, которые ставит перед человеком жизнь. Динамики оглушали роком, лучи прожекторов освещали темное, похожее на пещеру помещение. Воздух пульсировал энергией. Затем появился лектор. Он был хорош собой, красноречив и обладал магнетическим даром. Речь его была яркой, он полностью завладел вниманием восхищенной аудитории и удерживал его почти два часа, в течение которых каждый из нас пережил своеобразное катание на эмоциональных американских горках, он заставил нас смеяться, плакать и задуматься, почему мы живем так и как сделать жизнь лучше. Он рассказывал о своем становлении в семье без отца. О схватке с болезнью, о том, как благодаря раку он понял ценность простых вещей, которыми люди обычно пренебрегают. Его проницательные и остроумные суждения: «единственное, чего можно ожидать от жизни — неожиданностей» и «хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах» заставляли нас рассмеяться. Мне очень понравилась его скромность. Он сказал, что он никакой не гуру, а всего лишь ученик самой жизни и с улыбкой добавил, что в свою утреннюю молитву он всегда включает следующую просьбу: «Господи, помоги мне не разочаровать мою собаку».
«Ваши раны должны послужить обретению мудрости», — повторял он весь семинар. «Препятствия, с которыми вы сталкиваетесь на своем пути, могут послужить вам трамплином, стоит только захотеть. Не упускайте замечательную возможность, которую предоставляют вам трудности и трагедии. То, что разрывает ваше сердце, может сделать вашу жизнь гораздо лучше».
К концу выступления в зале не было никого, кто бы ни поддался магии его речи. Мы впитывали каждое слово в полнейшей тишине. Он закончил так: «Стыдно признать, но большинство людей понимают, как следует жить, только тогда, когда приходит время умирать. Большинство людей проводят лучшие годы жизни, сидя перед телевизором в одиночестве. Большинство людей умирает в двадцать, хотя хоронят их в восемьдесят. Я прошу вас, не позвольте этому случится с вами».
Громовая овация расколола тишину, и лектор ушел за кулисы. Я молча сидел в своем кресле, задаваясь различными вопросами: «Почему меня преследует ощущение бессмысленности существования?» Деньги, которые я заработал, успехи, все это ничто, я все равно чувствую, что жизнь пуста. Я задумался о том, была ли стезя, которую я избрал, тем, что предназначалось мне судьбой, или мне был предначертан другой жизненный путь. Я спрашивал себя, найду ли я истинную любовь, и существует ли настоящая задушевная дружба. Меня забавляла мысль, что все эти вопросы начали возникать, стоило лишь посидеть часок-другой молча и никуда не торопясь.
Погружаясь глубже в свои мысли, я обнаружил там и другие вопросы: от меня ли зависел ход моей жизни, или идет так, как задумала какая-то высшая сила. Если выбор пути зависел от меня, что же удерживало меня от шагов, которые изменили бы жизнь к лучшему? И правда ли, меня ждет лучшая доля, или это всего лишь мое стремление выдавать желаемое за действительное? И еще я думал, было ли то, что произошло между мной и Рейчел, частью партитуры, написанной рукой невидимого сочинителя, или все это не более чем результат моего личного выбора: работа на первом месте, забота в первую очередь о своих интересах и стремление делать то, что хотелось мне, вместо того, чтобы сочувствовать, сопереживать и уделять внимание семье. Я закрыл глаза, размышляя об этих важных вопросах. А потом я сделал то, чего никогда раньше не делал — я стал молиться, чтобы Господь дал мне ответы.
Через несколько минут я услышал голос — кто-то звал меня по имени. Я огляделся, но, к своему удивлению, никого из моих знакомых рядом не оказалось. После того, что я пережил прошлой ночью, я начал уже подумывать, не схожу ли я с ума. Всего лишь сутки назад луч белого света пронзил мое тело, и я получил послание: «Твоя жизнь — сокровище, ты и сам не знаешь, на что ты способен», — а теперь в полупустом зале, побывав на потрясающем мотивационном семинаре, я слышу, как кто-то зовет меня по имени. Я опять прикрыл глаза — всего лишь для того, чтобы еще раз услышать свое имя. Я не мешкал и немедленно оглянулся, но так и не увидел знакомого лица. Но на сей раз я увидел странный, хотя и не оставляющий сомнений знак: на стуле рядом со мной лежал шершавый белый конверт, на котором стояло мое имя, изящно написанное красными чернилами. Конверт был запечатан. Я разодрал печать и прочел следующее: «Хватит жить во лжи, Дар. Будь честен с собой, и твоя судьба постучит в твою дверь. Жду за кулисами. Да, кстати, хорошая рубашка, мне нравится полоска — очень стильно».
