Читаем без скачивания Восточный ковер - Ильхам Рагимов

– Это возможно, если мы будем спокойно взирать на происходящее и сами дадим им повод нас атаковать. Гиена может утащить у спящего льва его добычу, – Сталин отложил трубку. – Что еще говорит Смирнов?

– Он также сообщает о том, что англичане проявляют интерес к новым нефтяным месторождениям на юге страны, в Белуджистане, несмотря на то, что у них уже есть там совместные концессии, – продолжал Молотов. – Англичан можно распознать на глаз. Их очень много в самом Тегеране и среди них также по данным разведки есть много геологов-нефтяников.

– Англичанам всегда всего мало – им новые скважины подавай, – проворчал «хозяин». – А что американцы? Их не так много, как англичан?

– Их меньше, товарищ Сталин, но они тоже присутствуют. Куда без них.

– Мозгов у них меньше. Англия – это мозги, а Америка – мускулы. Когда Рузвельт почует запах денег, он даст легкого пинка под зад этому жирному борову, – при этих словах Сталин громко затрясся от смеха, вызвав легкую улыбку своих подчиненных. – Представляю, как паралитик дает под зад толстяку. В висячем положении с коляски. А коляску будут держать Бирнс и верный Гопкинс-Жопкинс.

Сталин с неработающей левой рукой не мог при удобном случае, в узком кругу, не «пройтись» по поводу физических недостатков глав ведущих мировых держав, о которых еще не мог с уверенностью сказать, союзники они ему или противники. Если бы Рузвельт услышал комментарии Сталина, он мог бы с достоинством оценить черный юмор генсека, так как больше всего на свете ненавидел малейшие проявления жалости к своему физическому состоянию. «Без соплей!» – рычал Рузвельт, если замечал хоть малейший плаксивый взгляд, навеянный последствиями детского полиомиелита. Также можно было заменить букву «Г» на «Ж», и тогда главный помощник Рузвельта Гарри Гопкинс превращался в то, что вызывало у Сталина приступы истерического смеха.

– Что у тебя? – перестав смеяться, Сталин обратился к Багирову.

– Все ваши поручения, Иосиф Виссарионович, выполняются в срок и надлежащим образом, – начал Багиров. – А именно товарищами из ЦК КП(б) Азербайджана и Комиссариата внутренних дел республики отбираются люди, которые поэтапно будут отправлены в Иран для осуществления спецзаданий самого различного спектра. Люди проходят тщательный отбор, с ними ведется обстоятельная беседа о целях и задачах советского правительства в ближневосточном регионе. Учитывая специфику Ирана и особое внимание к нему со стороны разведывательных структур других стран, отбираются в основном азербайджанцы. Они не будут иметь языковых проблем с южными азербайджанцами, а также схожи этнически с другими народами, населяющими Иран. Это затруднит работу разведслужб противников в определении количества наших граждан, работающих на территории Ирана и их цели, – четко, без спешки докладывал Багиров. – Также по вашему поручению, Иосиф Виссарионович, предварительно определены группы и их руководители, которые будут осуществлять задания партии и правительства в Южном Азербайджане и самом Тегеране. Здесь личные дела каждого из этих руководителей, представленные вашему вниманию, – Багиров по одному вытаскивал скрепленные бумажные листы с фотографией в верхнем правом углу. – ЦК КП(б) республики предлагает Сулейману Рагимову возглавить пропагандистскую группу.

– Испытанный боец? – «хозяин» внимательно изучал личное дело представленных ему лиц.

– Так точно. Проверяли не раз.

– На пост руководителя хозяйственно-административной группы предлагается направить Мейбуллу Амирасланова. Агасалима Атакишиева – в группу специальных операций, Мустафа Гулиев может руководить санитарно-медицинской группой. Также необходим редактор армейской газеты, которую планируется выпускать на азербайджанском языке. – Багиров говорил без запинки, несмотря на волнение. Решалась не только его судьба, но и судьба целого народа. – Как вы верно заметили, Иосиф Виссарионович, если Западная Украина и Западная Белоруссия были присоединены к Советскому Союзу в 1939 году, почему этого не может произойти с Южным Азербайджаном теперь? Для этого необходима хорошая агитация. Газета, которую мы будем выпускать в Тебризе, будет служить именно этой цели. Товарищи из Южного Азербайджана будут знать о преимуществах социалистического строя, о достижениях Советского Союза и его союзных республик, тем самым в народных массах укрепится желание воссоединения Южного и Советского Азербайджана. Для этой цели предлагаем на должность редактора выдвинуть товарища Мирзу Ибрагимова. Писатель. Хороший мастер слова, так же, как и Сулейман Рагимов.

– Кто будет возглавлять все перечисленные группы?

– Учитывая всю сложность поставленной задачи, руководителем всей миссии должен быть человек опытный, прекрасно знающий партийную и оперативную работу. Полагаю, что с такой задачей может справиться товарищ Азиз Мамедкерим оглу Алиев.

– Третий секретарь ЦК КП(б) Азербайджана? – Сталин изучал личное дело Азиза Алиева.

– Так точно, товарищ Сталин, – отвечал Багиров. – Азиз Алиев проверенный товарищ, имеет прекрасную партийную характеристику.

– Сколько примерно людей необходимо мобилизовать для отправки в Иран?

– По нашим подсчетам, около 3000–3500 гражданских лиц, которые будут разделены на бригады. В бригады будут входить партийные работники, сотрудники госбезопасности, милиции, работники типографий и издательств, прокурорские и судейские работники, а также железнодорожники и геологи-нефтяники. Тем самым наши товарищи помогут наладить в Южном Азербайджане исполнительную, законодательную, судебную системы власти, а также будут вовлечены в строительство железных и шоссейных дорог, которые свяжут города Южного Азербайджана, что будет способствовать оперативным контактам между нашими людьми по всему участку дислокации Красной Армии.

Сталин доверял своему сатрапу. Мир Джафар Багиров был подобием своего кремлевского хозяина, только ограниченный пределами одной союзной республики. Уже потом о его жестокости и кровожадности будут слагать легенды и рассказывать множество историй неустановленной, точнее, неустановимой достоверности, а историки испишут горы бумаг в поисках ответа на вопрос, был ли Багиров кровавым палачом или же просто играл по предложенным правилам, по мере сил защищая интересы собственного народа. И сойдутся лишь в одном: Багирова, при всей его беспощадности, нельзя было обвинить в презрении к своей Родине, которой часто грешат личности, напичканные либеральной водицей. Он понимал цели и задачи страны, он знал правила игры и поступал так, как, по его мнению, должен был поступать. В конце концов Мир Джафар Багиров был человеком своего времени, увы, далеко не «вегетарианского», и это было трагедией первого секретаря ЦК КП(б) Азербайджана, приведшей его годами позже туда, куда он сам хладнокровно посылал многих – к расстрельной стене.

Но все это будет уже потом. А пока…

Сталин небрежно подвинул личные дела потенциальных руководителей «иранской миссии» в сторону Молотова.

– Отдадим Поскребышеву. Пусть еще раз проверит тщательно все кандидатуры и доложит мне. Поскребышев буквоед, ничего не упустит.

Это была еще одна игра «хозяина». Проверка на бдительность. Все, кто подлежал отправке, были давным-давно тщательно проверены и перепроверены.

Потом Сталин снова обратился к Багирову.

– Ты получил карту? – Сталин имел в виду географическую карту предполагаемого места переброски советских войск на территорию Иранского Азербайджана.

– Получил, товарищ Сталин. Разрешите подойти, – Багиров вытащил из папки сложенную вчетверо карту и развернул ее. – Пятое управление Красной Армии подготовило все до мельчайших деталей. Изучен каждый метр границы и глубина рек. Вот здесь, на участке слияния Араза с Гарасу и горами Гараджаг, можно применить все виды войск, включая тяжелую бронетехнику. Здесь труднопроходимые участки. – Багиров указывал на горные вершины от Карадага до Астары. – Все окружено зарослями и лесами. За исключением горных перевалов, на этом участке невозможно даже использовать пехоту. Также нашими людьми изучается и подготавливается схема городов, где будут дислоцированы советские войска. Через месяц окончательные схемы городов с названиями улиц, торговыми кварталами, жилыми домами и даже адресами многих генералов иранской армии будут представлены вам.

Сталин несколько минут смотрел на географическую карту и молчал. Наверное, он уже четко представлял в этот момент кадры переброски советских войск в соседнюю страну, но вряд ли мог предвидеть, сколько потрясений и споров вызовет оккупация Ирана Советским Союзом. Первый вопрос, обсуждаемый ООН, и фултоновская речь Черчилля, ставшая предтечей «холодной войны», будут результатом споров великих держав именно из-за событий вокруг Южного Азербайджана. Но до этого еще предстояло преодолеть множество преград, включая совместную борьбу против нацистской Германии, у которой тоже был свой интерес в Иране, где США и Великобритания будут главными союзниками Сталина.