Читаем без скачивания Тайна обезьяньей головоломки - Кэролайн Кин

— Отлично, отлично, — приговаривал сеньор Понте.

Карла вместе с матерью склонилась над тарелкой, разглядывая в лупу Нэнси едва различимые буквы и значки головоломки. Нэнси, Бесс и Джорджи с интересом слушали рассказ сеньора Понте об истории этой тарелки.

— Несколько поколений нашей семьи не знали, куда она девалась, — говорил сеньор Понте, — а потом необъяснимым образом её обнаружили после смерти моего деда среди его вещей. Но к этому времени тарелка была уже в — таком состоянии, что оказалось невозможно разобрать надпись на ней.

— Как вам кажется, — спросила Нэнси, — эта надпись могла быть прочитана кем-то в старину, задолго до вас?

— Сомневаюсь, — ответил он, — иначе бы эта история получила известность. Единственное, что нам известно, — к одному из наших предков явился молодой индеец-инка и передал ему вот эту тарелку. По-испански индеец не говорил, поэтому от него никто ничего не мог узнать. Насколько мне известно, он говорил только на кечуа — языке инков.

Сеньора Понте позвали к телефону, он извинился и вышел.

— Какая удивительная история! — вздохнула Бесс.

Все согласились с ней.

Карла предложила своим гостьям осмотреть дом. Девушки переходили из комнаты в комнату, любуясь множеством произведений искусства, которыми владело семейство Понте. Среди них были и картины старых испанских мастеров, и старинная резная мебель.

— Не дом, а музей! — заметила Джорджи.

Наконец они возвратились в гостиную. Карла опять взялась за лупу и неожиданно воскликнула:

— Я, кажется, разобрала ещё часть головоломки!

ЛЮБОПЫТНЫЙ ПРИКАЗЧИК

Все сразу сгрудились вокруг Карлы, которая вела пальцем вдоль вертикальной строчки:

— Вот смотрите: к-о-л-а. «Кола» по-испански значит «хвост»!

Нэнси так и расплылась в улыбке:

— Значит, два слова по вертикали в этом кроссворде читаются «моно» и «кола», обезьяний хвост!

— Верно, — согласился сеньор Понте, — но какой в этом смысл?

Ответа на этот вопрос никто не мог дать, хотя все думали именно о том же.

— Возможно, — предположила Бесс, — сеньор Агилар по какой-то причине не мог вырезать хвост и ограничился тем, что изобразил его словесно?

— Можно принять как гипотезу, — поддержал её отец Карлы.

— А может быть, у этой породы обезьян какие-то особые хвосты, — сказала Джорджи. — Надо бы найти книгу и проверить. У вас случайно нет книги про обезьян?

— Мне кажется, есть, — ответила сеньора Понте, — но, насколько я знаю, у всех обезьян длинные хвосты. Исключение составляют только человекообразные и бабуины.

— Нэнси, — обратился к девушке сеньор Понте, — мы ещё не слышали ваше мнение. Что вы думаете по этому поводу?

Юная сыщица заговорила медленно:

— Раз на тарелке написано «обезьяний хвост», а сам хвост обрублен, то мне кажется, что именно здесь и надо искать ключ к тайне.

— Ты хочешь сказать, что если мы поймём смысл этого самого хвоста, то придём к указанию на то, где именно наш предок Агилар спрятал нечто весьма ценное? — спросила Карла.

— Да, я так думаю, — ответила Нэнси. — Ещё я думаю, что порода дерева, из которого сделана тарелка, может тоже иметь отношение к тайне. Сеньор Понте, вы не знаете, из какого дерева она сделана?

Отец Карлы покачал головой:

— По правде говоря, я не удосужился даже поинтересоваться этим.

— А у кого мы могли бы выяснить это?

— В Лиме лучший специалист по этим делам — это некто сеньор Хорхе Велес. Он владелец магазина и мастерской, в которой, помимо прочих вещей, делают превосходные деревянные подносы, тарелки, чаши, салатницы, салатные ложки и вилки. Он, конечно, сумеет определить породу дерева, из которого сделана тарелка, И вообще, вам будет просто интересно побывать в этом магазинчике.

— Может быть, вам захочется купить там сувениры и подарки для родных, — добавила мать Карлы.

Нэнси хотелось сразу же отправиться по указанному адресу, но сеньора Понте сказала, что вряд ли магазин открыт в это время — по четвергам сеньор Велес бывал там между четырьмя и семью.

Тарелка была тщательно завёрнута в бумагу, и вся компания около четырёх часов уселась в спортивную машину Карлы. Карла лихо водила машину и умело пробиралась по забитому транспортом деловому центру города. Скоро они были у здания, где размещался магазин сеньора Велеса.

— Какой интересный старинный дом в испанском стиле, — заметила Бесс, разглядывая затейливое обрамление входа.

В магазине двое мужчин расставляли по стеклянным полкам красивые полированные вазы. Один из них, на вид лет пятидесяти, и оказался владельцем магазина. У него были правильные черты лица, подчёркнутые аккуратными усиками и остроконечной бородкой. Волнистые волосы, зачёсанные назад, спускались довольно низко на шею.

Девушки представились, сеньор поклонился и проговорил:

— К вашим услугам, молодые дамы!

Второго человека он представил как Луиса Льосу, своего приказчика. Тому было на вид лет тридцать: мрачноватый, сутуловатый, смуглый, с волосатыми руками, с глазами, которые не выдерживали прямого взгляда. И сеньор Белее, и Луис Льоса говорили по-английски.

Нэнси распаковала тарелку и показала её сеньору Велесу.

— Можете ли вы сказать нам, из какого дерева сделана эта вещь? — спросила она.

Сеньор Белее очень внимательно осмотрел тарелку, даже отколупнул от края крохотный кусочек, посмотрел его на свет и наконец сказал:

— Вещь весьма старинная и весьма необычная. Она вырезана из дерева аррайянес, которое произрастает только в одном месте на земном шаре.

— У нас в Перу? — спросила Карла. Сеньор Белее покачал головой:

— В Аргентине. На краю полуострова есть роща аррайянес. Это довольно далеко.

— В Аргентине! — Нэнси была разочарована.

Она-то надеялась, что дерево какой-то местной породы и что место, где оно произрастает, может оказаться одним из ключей к раскрытию тайны. Теперь её планы рассыпались прахом.

— А в какой части Аргентины растут эти деревья? — допытывалась Карла.

Владелец магазина назвал озеро Нагель-Гуапи и полуостров, вдающийся в него.

— Если вам когда-нибудь случится побывать в тех местах, — добавил он, — вы должны непременно осмотреть рощу аррайянес. Деревья считаются реликтовыми и единственными на свете. Они даже выглядят очень необычно. Сейчас там государственный заповедник и деревья тщательно охраняются. Оттуда и щепочки нельзя вынести. Но я полагаю, что это было не так в те времена, когда вырезали вашу тарелку.

Карла принялась рассказывать сеньору Велесу историю тарелки и её таинственное происхождение. Нэнси обратила внимание на то, что приказчик Луис Льоса приблизился почти вплотную к прилавку, на котором лежала тарелка. В руке у него был раскрытый блокнот, и он явно старался «делать зарисовку вещи. В нём было что-то подозрительное, поэтому, когда он перевернул тарелку на ту сторону, где располагался кроссворд, Нэнси убрала её с прилавка.

— Это не ваша вещь! — твёрдо сказала она.

Луис Льоса бросил на девушку откровенно ненавидящий взгляд. Джорджи тоже заметила, что происходит, и мгновенным движением выхватила блокнот из рук Льосы. Вырвав страничку с зарисовкой, Джорджи с невинным видом положила блокнот на прилавок.

Льоса метнул и в неё ненавидящий взгляд, что-то пробормотал по-испански себе под нос, сунул блокнот в карман и убрался в заднюю комнату.

Наступило неловкое молчание, которое прервал сеньор Белес:

— Мой приказчик подчас проявляет излишнее любопытство, — сказал он извиняющимся тоном.

Нэнси, сконфуженная возникшей ситуацией, поспешила сменить тему беседы.

— Скажите, а в Соединённые Штаты вы экспортируете ваши изделия? — спросила она.

— Да, — ответил владелец магазина. — И довольно много. Главным образом в Нью-Йорк.

На всякий случай Нэнси осведомилась, не случалось ли сеньору Велесу выполнять заказы некоего мистера Гарри Уоллеса.

— Нет, что-то я такого имени не припоминаю, — сказал сеньор Велес, — но я могу проверить.

Он отпер ящик письменного стола, достал толстую тетрадь и открыл на странице, помеченной «У».

— Нет, — подтвердил он наконец, — Уоллес у меня не значится.

Девушки занялись прелестными поделками ручной работы на полках и, кое-что купив, вышли из магазина.

Вернувшись домой, Карла повесила тарелку на стену — где она висела и раньше, до того, как её вывезли в Ривер-Хайтс.

— Я с самого детства любила эту обезьянку! — сказала Карла и спросила подруг, не желают ли они продолжить осмотр городских достопримечательностей.

— Если ты хочешь узнать, не устали ли мы, — так нет, ничуть не устали, — заверила Карлу Бесс.

Все страстно желали продолжить экскурсию по Лиме, а Нэнси добавила: