Читаем без скачивания Мохаммед Али: бой века - Пол Морган

Но в начале карьеры Кассиусу пришлось хлебнуть… Он часто сталкивался с тем, что белые считали его чем-то вроде клоуна: могли свистеть, когда он выходил на ринг (свист тоже разный бывает), а иногда и швыряли в него чем-то: огрызками яблок, смятыми кульками, да мало еще чем. Хоть немного успокоить улюлюкающую толпу было не так-то просто. И только когда соперник освистанного «ниггера» не мог подняться на счет «десять» – чистый нокаут, – в зале повисала мертвая тишина. В этой тишине Кассиус слышал стук собственного сердца, в котором уж точно не было никаких шумов.

Глава 3

Великий не значит умнейший

В этой главе речь снова пойдет о самом уязвимом месте легендарного боксера: образовании. Как мы помним, школу Кассиус Клей закончил только потому, что директор решил извлечь свою выгоду: не одаренный интеллектуально, зато подающий надежды в спорте ученик мог принести славу его школе. Вероятно, мистер Уилсон уже видел «почетный уголок», где будут размещены грамоты и кубки. «У нас учился сам Кассиус Клей…» – он тогда еще не знал, что Кассиус Клей станет Мохаммедом Али, да и сам Кассиус этого не знал. Безнадежно отстающему по всем предметам подростку вообще хотелось забить на эту школу – зачем она ему нужна? И если бы не нытье мамы: «Будешь неучем, пойдешь сортиры мыть», он бы давно забрал документы. То есть документы ему бы никто не отдал – он несовершеннолетний, а вот прогуливать – это запросто. Он и прогуливал, правда, время от времени, чтобы не дразнить гусей. Но пропустить тренировку – об этом и речи не было. Самое главное – мотивация. Мотивации учиться у Кассиуса не было (сортиры – это не серьезно), а вот посещать спортзал – еще какая. Юноша видел себя звездой спорта, но уж никак не конторским служащим, работающим от звонка до звонка.

Образованность… Что обычно люди вкладывают в это понятие? Сейчас вы начнете перечислять: языки, хокку в подлиннике, знание естественных законов развития, но в первую очередь, вероятно, надо было бы назвать грамотность. Грамотность – это не только знание правил орфографии и пунктуации, но и умение грамотно излагать свои мысли. Если человек более-менее сносно излагает свои мысли, если слово «экзистенция» напишет без ошибки, да еще расскажет вам, что это такое, мы сочтем его образованным.

Хороший антипример – английский миллиардер Ричард Брэнсон. Основатель корпорации Virgin Group, включающей в себя около четырехсот компаний различного профиля, школу так и не закончил, высшего образования не получил и про экзистенцию вряд ли расскажет вам что-нибудь вразумительное. В 14 лет Брэнсон с трудом мог читать и писать. Учителя считали его лентяем, и он чуть ли не ежедневно получал свою порцию порки (в английских школах телесные наказания были отменены только в 1987 году). Но на него порка не действовала – он продолжал плохо учиться. Зато свой первый бизнес он открыл, когда ему было лет тринадцать – продавал волнистых попугайчиков. Или котят?

«Почему они должны заставлять меня надеть форму и отправиться за 10000 миль от дома и бросать бомбы и пули на смуглых людей, в то время как к так называемому негритянскому населению в Луисвилле относятся как к собакам?»

В шестнадцать он переехал из Бакингемшира в Лондон и основал журнал Student. Вероятно, было в нем что-то такое, в этом парне-недоучке, что с его журналом бесплатно сотрудничал даже Джон Леннон. Но все же, почему он плохо учился? Школьный врач говорил, что это из-за проблем со зрением, и даже выписал Брэнсону очки, но оценки от этого не стали выше. Потом, уже позже, заговорили о дислексии (см. предыдущую главу). Больные дислексией в прямом смысле этого слова «смотрят в книгу, а видят фигу» – буквы и цифры для них лишены смысла, и такого человека практически невозможно научить читать и писать. Но вообще-то, когда Брэнсон был школьником, о таком заболевании и слыхом не слыхивали. Проще было свалить все на лень, а не искать корень проблемы. И вот гляди ты, читать-писать не умел, а журнал основал!

По словам самого миллиардера, этот его недостаток – полнейшая безграмотность – здорово мешал ему в жизни, и он все-таки преодолел его. Каждый день выводил что-то в блокнотах. Хорошей перьевой ручкой, не «шариком». Он и сейчас, перешагнув шестой десяток, продолжает записывать свои мысли и идеи в блокнот, игнорируя навороченные гаджеты. И даже книгу написал. Отличное у этой книги название: «К черту всё! Берись и делай!» – не название, а просто руководство к действию для тех, кто не хочет быть аутсайдером. Брэнсон – не хотел. Ручка, обычный бумажный блокнот и упорство помогли ему победить генетическое заболевание. Но только представьте, сколько ему пришлось наслушаться о своих умственных способностях!

Еще один антипример – Олег Тиньков, успешный банкир, основатель «Тинькофф. Кредитные системы». Несмотря на то что фамилия этого человека часто мелькает в списках Forbes, в Интернете над ним смеются. Читают его публикации в социальных сетях и подсчитывают ошибки: грамматические, синтаксические… Тиньков реагирует философски: «Ну да, да, я не умею писать, зато я заработал многомиллионное состояние». Собственно, аргумент исчерпывающий (как и у Али: «Зато я – великий боксер»), но вот образованные умники с трехрублевой зарплатой кусают и кусают Тинькова. Он заводится, отвечает обидчикам и снова допускает ошибки в написании слов. Дислексией он не страдает, дело, скорее, в спортивном прошлом – Тиньков занимался велогонками. И времени учиться у него особенно не было: тренировки и сборы отнимали достаточно много времени. Однако незнание правил русского языка никак не повлияло на то, что в бизнесе этот человек достиг серьезных высот.

Очень редко под образованностью мы понимаем нечто более глубокое, чем умение сносно выражать свои мысли. И многие из нас снобистски морщат нос, когда видят допущенные ошибки. Не серьезные ошибки, от которых зависит жизнь человека или может рухнуть дом, а вот эти дурацкие «жы-шы» (хотя такую ошибку уж точно никто не допустит). Ох, как хочется показать, что мы-то ого-го какими знаниями обладаем, а вот этот – он совсем неуч. И чем более известна персона, тем приятнее кивать на ее несовершенство. Но так ли это важно на самом деле, помогает ли орфография устроиться в жизни? Кому-то – да. Например, тем, кто занимается лингвистикой. Но другим… Мохаммед Али научился более-менее сносно читать, когда ему перевалило за сорок. И да, он часто просил своих друзей помочь разобраться с документами, в которых часто встречались незнакомые слова. Ну и что? А вы, к примеру, знаете, что такое аннуитант? Или это кто такой? Вот то-то же! Не зазорно это – чего-то не знать. Но когда человек плохо разбирается в том, чем занимается, – это уже совсем другое дело.

«Бокс – это множество белых мужчин, наблюдающих, как двое чернокожих избивают друг друга».

Мохаммед Али в боксе разбирался лучше всех. И он был не просто громилой, который размахивает кулаками, а хорошим психологом. Бой он начинал задолго до выхода на ринг. Как? А так – он деморализовывал противника при помощи публикаций в СМИ, а потом уже дело техники – победа по очкам, нокдаун или нокаут. В СМИ он старался выставить себя в наилучшем свете, просил журналистов написать, сколько побед на его счету и как он легко расправится с таким-то и таким-то. Возможно, такая тактика кому-то покажется «грязной», но она работала. Тут еще надо добавить, что накануне поединка соперник Али получал пакет с вырезками и свежие газеты. Был бы умным, не читал, но любопытство – это все-таки порок. А бывало и так, что близкие начинали вздыхать: «На, посмотри». В итоге боксер выходил на ринг в подавленном настроении, а если у кого и возникало желание поставить на место «этого черного ублюдка», то и оно не срабатывало. Спортивная злость – да, отличная штука, но в данном случае злость была другой – замешенной на обиде. В результате кровь закипала, техника начинала хромать, удары наносились как попало, как в обычной драке, и поединок заканчивался полным провалом. А Мохаммеда Али снова провозглашали лучшим. Да тут еще «желтая» пресса стала писать, что он провидец – может наперед предсказать исход любого боя. Ну разве такое можно стерпеть? Вот поэтому и стали искать у него уязвимые места. А кто ищет, тот всегда найдет, – интеллект. Вернее, его полное отсутствие. Гениальный на ринге – кто бы спорил, – Али едва ли мог связать пару слов в интервью. Вот это и подметили злопыхатели. А репортеры, которым только деньги плати, с удовольствием цитировали неудачные фразы, высмеивали его, дописывали то, чего не было. Разумеется, спортсмена это раздражало, разумеется, стрелы летели в цель, но… отскакивали. Выходя на ринг, Мохаммед Али от всего абстрагировался, для него существовал только квадрат со сторонами «минимум пять метров и максимум шесть метров, установленный на помосте, высота которого от основания составляет от 90 до 120 сантиметров», – это про ринг. Ну и, конечно, соперник, которого надо было победить. А уж что там происходит за пределами ринга – это все потом.