Все пропало. Черные тучи вновь окутали все вокруг. Они становились прозрачнее, слабее.
Он открыл глаза и обмер — он над водопадом. Два человека держали его над собой, громко выкрикивая нечто вроде молитвы, он — жертва. Еще мгновение и его тело понеслось вниз.
В отчаянии он выгнулся, принимая вертикальное положение, чтобы правильно войти в воду, однако тут было слишком мелко. Всплеск… Удар…
Темный колодец вновь поглотил его. Последним он слышал ироничный смех. Или показалось?…
Межвременье
— Он силен, упорен. Вполне годится…
Голос разума растекался в темноте, проносился эхом, отражаясь от невидимых стен.
Оно впервые чувствовало отчетливо одного человека. Весь мир сфокусировался в нем одном. И теперь ничто не могло отвлечь его внимания.
— Молодец! — сказало Оно. — Продолжай…
Продолжай, продолжай — проносилось эхом.
Впервые в его словах чувствовалась радость и надежда. Надежда на смертного.
Влад
Серые стены его камеры были влажными и холодными. Из темных прожилок камня сочилась вода, и значило это то, что тюрьма находилась глубоко под землей. Здесь не было ни коек, ни стульев, ни чего прочего. Сколько Влад тут пробыл, он не знал, да и не хотел. Больше всего его сейчас занимала головная боль, которая казалось, разорвет его голову на миллион крошечных частичек. Физик прислонился к прохладной стене и с некоторым облегчением вздохнул — ему стало легче.
Единственное место пригодное ко сну это небольшая подстилка из мокрого сена в углу, на которой красовался чей-то череп. Влад скрутился в комочек, и подумал о том, как сейчас было бы хорошо поспать у себя в квартире, на мягкой кровати.
Где Андрей он тоже не знал. Скорее всего, где-нибудь в другой камере, так же лежит на мокром сене, проклиная все, на чем свет стоит. И в первую очередь его — Влада, оставившего свой ночной пост. А ведь все могло быть совсем по иному, они осторожно изучили бы этот город, и вернулись бы обратно с бесценными материалами по физике и истории. Им вручили бы премии, их имена не сходили бы с первых страниц научных газет, и пр. Ах, как было бы хорошо!
Но в чем дело? Так, раскисать нельзя. Это последнее.
Нужно собраться и поразмыслить. Так, что мы можем предпринять? Побег? Естественно, но не своевременно. Вначале необходимо узнать, где эти аборигены держат Андрея. И главное жив ли он. В голове ученого, мечтателя и практика тотчас оформился план.
4
Андрей
Пробуждение навалилось словно лавина. Ободряюще холодная, но и непомерно тяжелая.
Андрей открыл глаза и тотчас зажмурился — яркий солнечный свет, пробивавшийся сквозь сочную листву, был нестерпим. Лежа на земле, он попытался пошевелить каждой частью своего тела, и с огорчением почувствовал жуткую боль в плече. Конечно! Когда Андрей падал с вершины водопада, он заметил что тот слишком мелкий и попытался убрать голову, чтобы удар о дно пришелся не в нее.
Ученый облизал губы и улыбнулся, правда улыбка эта со стороны могла показаться предсмертным оскалом, но не это главное — он был жив и доволен собой. Второй раз он победил в состязании со смертью, и второй раз оставил ее с носом. Он гордился собой.
Солнечное тепло приводило историка в чувства. Он перевернулся на правый бок и поднялся, стиснув зубы от боли. Теперь Андрей мог оглядеться. Вокруг него были густые непроходимые джунгли. Где-то вдалеке шумел водопад. Видимо он потерял сознание, и его отнесло течением так далеко. Благо крокодилы то ли сытые были, то ли не заметили его бесчувственное тело. Андрей посмотрел на неровное русло реки — вода была гладкой, лишь изредка вздрагивала, когда костяной гребень рептилии разрывал спокойную серебристую гладь. Мысли все еще были в тумане, но даже сейчас Андрей понимал, что нужно вернуться обратно. В этой дикой части острова ему в одиночку не выжить. Дикие звери, отсутствие пищи рано или поздно его прикончит, это было ясно как Божий день. Не ясно только одно: как именно взобраться на отвесную каменную стену водопада без веревки, да еще с такой раной. Но все это было второстепенно, сейчас необходимо пробраться туда, а там поглядим.
Ему становилось все хуже. Плечо болело так, словно на него вылили ведро расплавленного свинца, и боль переходила на шею и голову. Каждый шаг давался все труднее. Перед глазами плыло. Андрей подошел к реке и, став на колени, окунул голову в воду. Ему стало легче, и он продолжил свой путь. Ноги переставали подчиняться, и пришлось ему кое-как выломать себе нечто вроде посоха, и, опираясь на него продолжать путь.
Андрей шел несколько часов, и путь этот был дорогой сквозь ад. Шум падающей воды становился громче, и ученый как мог, прибавил шагу.
Силы покидали его, и историк уже готовил себя к выходу на арену смерти, где ее хозяйка проведет очередной матч реванш, сражаясь с еще большим азартом за душу необычайно стойкого человека. Ученый ступил несколько шагов и упал на землю, проваливаясь в небытие. И вырвать его от туда не могли даже послышавшиеся голоса людей неподалеку.
Андрей лежал, вслушиваясь в темноту собственных закрытых глаз. То, что происходило, было просто невероятно — он слышал испанский говор. Или это все галлюцинация и он по-прежнему лежал в лесу на мокрой земле? Ученый попытался открыть глаза, но сил на это у него просто не было — они все уходили на восстановление.
Как он смог определить на слух, это был лагерь конкистадоров. Да конечно! Значит сейчас война. Это плохо.
С их языком у ученого было плохо, он не просто хромал на обе ноги, их вообще оторвало, поэтому, услышав где-то неподалеку английскую речь, очень обрадовался.
— Как думаешь, он выживет? — спросил первый голос.
— Он крепок, — сказал второй. — Конечно, у него много переломов, к тому же от их осколков повреждены мышцы, но повторюсь: он невероятно живуч. За три дня в нашем лагере он очень быстро поправился, хоть и валяется без сознания…
Три дня… Три дня он вот так провалялся без сознания. Три долгих дня, которые мог бы потратить на поиски своего друга. Как жаль.
Второй человек еще долго расхваливал возможности организма ученого, но Андрей больше их не слушал. Все что ему было нужно, он узнал. Видимо при падении он сломал ключицу, и несколько иных костей находящихся в контакте с этой. После такой травмы не меньше месяца потребуется, чтобы восстановиться.
Андрей дождался, когда к нему подойдет лекарь, и хриплым голосом попросил:
— Пить…
— А наш больной! — воскликнул врач. — Пожалуйста, пей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
