Я слышала, что кто-то зашел в камеру и снял с меня ошейник, голова сломанной куклой упала на грудь, я не могла её поднять, тело не слушалось, сняли оковы с рук.
- Нельзя нападать на хозяина, - я чуть приоткрыла глаза, это был Синн, он нес меня на руках, я сейчас не то, что идти, стоять не смогу.
- А так поступать с невинными можно? - прохрипела я шепотом, в основном просто шевелила губами.
- Участь невинных, - усмехнулся эльф, - они всегда умирают за чужие понятия добра и зла.
Я уже почти год нахожусь в этом аду, иных слов у меня нет. Брата с сестрой разрешают видеть раз в месяц и то через эту преграду, вчера мы просто молча, стояли, прислонив, друг к другу ладони, как будто нет между нами никаких преград, в такие моменты слезы бегут сами по себе, их невозможно остановить, как и невозможно успокоить рвущуюся на части душу.
В течении всего этого времени я тренировалась, постоянно, без перерыва. То неделями пропадала в лесу вместе с Ариком, Асандр так же продолжал воспитывать во мне дух и выносливость. Появились ещё два учителя, с одним я изучала расы, живущие в этом мире, их слабые и сильные стороны, их историю, историю правящих семей, их лица, их пристрастия, их страхи. Он сказал, что скоро начнем изучать строение тел, на какие точки нажать, что бы обездвижить и как можно убить простым листком бумаги. Одно он уже показал, настоящие тело, мертвое, но настоящее. Меня сразу же вырвало, когда он стал его разрезать, но не продолжал до тех пор, пока я не открыла глаза и не смотрела на все что он делает, а после последовало очередное наказание, за то, что я с первого раза не подчинилась и отказалась смотреть на расчленение трупа, как всегда наказывал меня Элейт.
Со вторым учителем я занималась стрельбой, из всех видов оружия, но главное арбалет, я его могу собрать и разобрать закрытыми глазами, даже стрелы для него я делаю сама, учитель говорит, что у каждого мастера должно быть именное оружие. Изначально было очень сложно попасть даже в недвижимую цель, но теперь и на большой скорости с зигзагами для меня попасть не проблема. Тут и не такому научишься, когда в тебя летит стрела, и ты должна её отбить или из арбалета или с помощью клинка, я уже и не помню сколько раз в моё тело входило остриё металла, но это не так больно, как достать его из него. Шрамов на мне нет, тут отличный целитель, только он помогает тогда, когда ты уже падаешь от боли в темноту, я каждый раз мечтаю из неё не вернуться.
- Пошли, - за моей спиной стоял Элейт, я положила досье, которое учила, оно касалось одной из правящих династий Мариграда.
Этим путем я ещё не ходила, поэтому запоминала дорогу, меня учат запоминать малейшие детали, они могут спасти жизнь, бывало, что ослепляли глаза и я должна была вернуться назад, вслепую, ориентируясь только на свои знания.
Мы вышли на балкон, с этой стороны замка я никогда не была. Моё сердце сжалось, как только я увидела знакомую, хрупкую фигурку сестры. Женя играла во дворе с щенком, ей было весело, она обнимала и целовала его, а щенок дурачась убегал от неё, пытаясь укусить свой же хвостик.
- Смотри, - Элейт шептал мне на ухо, когда он так делал, по моей кожи пробегала волна страха. Он убрал мне волосы, оголяя шею, склонил свою голову и поцеловал мочку уха, я просто стояла.
- Зачем ты привел меня сюда, - мой голос был спокойный, но внутри все сжималось.
- Всё очень просто, - он обнял меня правой рукой, в левой руке у него материализовался мой арбалет, я чуть дернулась, - возьми его, - я взяла, - а теперь убей щенка.
Вначале мне показалось, что я ослышалась, мой мозг не хотел воспринимать эту информацию.
- Что? - я чуть дернулась, когда до меня наконец то дошел смысл сказанного.
- Убей его, сейчас.
- Но это же просто щенок.
- Вот именно, ты должна будешь убивать разумных существ, для начала потренируйся на животных.
- С чего ты взял, что он не разумен, - прошипела я, на глаза навернулись слезы, размазывая картинку, понимание того, что этот момент неизбежен, не помогало трезво мыслить, да как вообще можно мыслить, я должна убить щенка своей сестры, на её же глазах, меня стало трясти мелкой дрожью, к горлу подступил комок тошноты, - я не смогу, не смогу лишить жизни невинное создание, я вообще не смогу никого убить.
- Я тебе помогу, - оскалился Элейт, - посмотри на крышу, - я подняла глаза, там стоял одни из членов клана с арбалетом, нацеленным на Женю, Элейт поднял вверх руку с раскрытой ладонью и согнул один палец, - когда я согну оставшиеся четыре пальца, то в сердце твоей сестренки войдет стрела, - он согнул второй палец.
У меня тряслись руки, сердце разбивало на части, я ненавидела его, за то что он делал и за то что я сейчас сделаю, я подняла арбалет, нацелившись на щенка, который безобидно прыгал, Элейт согнул третий палец, краем глаза я заметила, как клановец так же нацелился на сестру, сердце забилось...и разлетелось на мелкие осколки, которые уже никто не сможет собрать воедино.
- Прости, - прошептала я и на выдохе выстрелила в щенка, который через мгновения пискнул, когда вошедшая стрела в его шею, откинула его на метр. Женя хлопая глазами тихонько подошла к нему и сев на колени, потрогала мертвое животное, поняв, что он не живой, она прижала его к своей груди, пачкаясь кровью и горько заплакала, а я так и стояла, даже не опустив арбалет, меня как будто парализовало, казалось, что моя душа поднялась в небо и все это происходит не со мной.
- Молодец девочка, - Элейт поцеловал меня в щеку, языком слизывая дорожку слез и испарился, меня, будто выдернуло из забытья, дрожащими руками уронила оружие, упав на колени, я схватилась за перила балкона, я хотела кричать, но не могла, голоса не было, только беззвучное рыдание, отчаявшегося человека сотрясало всё моё тело, с каждым немым криком с каждой слезой я все больше ненавидела Элейта, ненавидела клан, ненавидела всех кто за этим стоит. Сквозь слезы, отчаяния и ненависти я заставляла себя смотреть на то, как горько плачет моя сестра, как меня заставили причинить ей эту боль, как заставили убить. С каждым ударом сердце остывало, покрываясь коркой льда, я чувствовала, как каждая клеточка обрастала инеем, при каждом новом осколке причиняя невыносимую боль, но я терпела, я все запомню, запомню и эту боль, запомню все что было и всё что будет и за каждую пытку, за каждую слезу, они мне ответят и тогда я никого не пощажу, я буду к ним так же добра, как и они ко мне. Мое сердце ударилось в последний раз и резкая боль пробила меня насквозь, теряя сознание, я видела, что Женя так же падает во тьму.
