Спорт:
10. Место боя — ровная удобная площадка с обозначенными границами.
Самозащита:
10. Любое место, в т.ч. неровное, захламленное, скользкое, топкое, без границ.
Спорт:
11. В зале тепло, сухо, светло.
Самозащита:
11. В любую погоду, при любом освещении, в т.ч. в темноте.
Спорт:
12. В удобной легкой одежде и обуви.
Самозащита:
12. В обычной одежде и обуви, часто неудобной для драки.
Спорт:
13. Протекторы (перчатки, накладки, футы, бандаж, капа, шлем).
Самозащита:
13. Без протекторов.
Сказанное здесь о непригодности спортивных единоборств для самозащиты не означает отказа от участия в соревнованиях. Ведь если вы не можете уверенно противостоять всего одному-единственному противнику в поединке по правилам, то чего ждать от вас в жестокой драке без правил с несколькими врагами? Важно только не «зацикливаться» ни на одном из видов спорта. Участие в соревнованиях должно быть для вас лишь способом психологического и тактического тренинга.
Уличная драка — это бой без правил с использованием самых коварных уловок, самых жестоких приемов. Смешно ожидать от людей «благородства» тогда, когда они нападают или защищаются на улице, особенно если угроза для жизни велика. Поэтому на улице нужна совершенно иная тактика действий, нежели на ринге или на татами. Что же касается техники, то она должна быть, с одной стороны, весьма действенной, а с другой — очень простой.
Выученные однажды приемы самозащиты должны «работать» и через пять — десять — пятнадцать лет. Именно по этой причине неприемлема сложная техника типа ударов ногами в прыжке или по верхнему уровню. Мало того, что ее эффективность сомнительна, она к тому же попросту непрактична. Большинство людей продолжает занятия боевыми искусствами недолго и не может годами поддерживать физическую форму на высоком уровне. Они нуждаются в обретении таких навыков самозащиты, которые останутся при них на всю жизнь, как умение плавать, кататься на коньках, ездить на велосипеде. Так что не надо путать практичное с театральным.
Снова процитирую H.H. Ознобишина. Касаясь подготовки к реальному бою, он в своей замечательной книге говорил: «Неправильный подбор приемов и оторванность их от требований действительной жизни — вот в чем заключается зло, с которым приходится бороться на пути к созданию новой системы самозащиты».[2]
Какие приемы, в таком случае, следует считать «правильными»? И что означает соответствие их требованиям жизни? Ознобишин ответил на эти вопросы вполне определенно. Он писал: «Для серьезных людей, работающих в области криминалистики, самозащита явилась серьезным делом. Особые консультанты и научные сотрудники специальных отделов департамента тайной полиции провели ряд изысканий в области самозащиты. Были перерыты архивы наиболее крупных национальных библиотек и найден ряд ценных древних рукописей… Был собран огромный материал, явившийся следствием наблюдений над рукопашным боем в обыденной жизни. Уголовная хроника и статистика ночных нападений, поножовщин и просто драк и скандалов, обильный материал для которых дали крупные городские центры, послужили предметом тщательного изучения экспертами».[3]
В результате в разных странах Европы удалось создать ряд систем самозащиты из элементов различных видов единоборств. Так, специалисты НКВД в начале 30-х годов включали в свою систему технику кулачных ударов английского бокса, ударов ступнями, локтями и коленями из французского бокса «сават», бросково-болевые и удушающие приемы джиу-джитсу и кэтча, работу с тростью и финским ножом. Важно не происхождение техники, а принцип сочетания разнородных технических элементов. Например, в наши дни можно использовать арсеналы таких стилей как дуаньда и чаньтун, арнис и пенчак-силат, хапкидо и сават, боевое самбо и бандо…
Иными словами, практичная, по-настоящему эффективная система самозащиты может быть только комбинированной. Именно эту истину, доказанную практиками еще в начале века, до сих пор не хотят признавать преподаватели условных стилей и спортивные тренеры. Послушать их, так чемпион по кик-боксингу или обладатель высокого дана в каратэ и есть настоящий боец. Увы! Жизнь убедительно опровергает подобные мнения. Мало того, что игровой метод в подготовке уличного бойца неприемлем сам по себе, так еще важно и то, что нет ни одного «чистого» стиля, который был бы хорош для всех случаев. Есть стили, эффективные в ближнем бою, но непригодные для поединка на дальней дистанции. Для схватки в партере не подходят приемы, удобные в стойке. Если противник лежит на земле и оттуда бьет ступнями по коленям или в пах, вряд ли удастся использовать против него технику «липких рук». И что особенно удивительно, так это то, что почти во всех «условно-боевых» школах учат сражаться только с одним противником!
Кроме того, практичная и эффективная система самозащиты должна быть индивидуализированной. Ведь техника и тактика, дающие преимущества в бою одному человеку, совсем не обязательно подходят другому. Только при том условии, что они соответствуют его характеру и темпераменту, телосложению и моторным качествам, он сможет минимальными средствами достигать максимальных результатов. Однако, как известно, слишком многие верят в необыкновенные достоинства тех стилей, которые они практикуют. По существу, они возлагают на технику данного стиля такие надежды, оправдать которые не в состоянии не только она, но и любая другая, В действительности важна не сама техника, а способы ее применения в соответствии с возможностями конкретного человека. Ее надо подобрать и подогнать под человека, а не наоборот человека подгонять под некий технический эталон.
Именно из-за игнорирования этого важного требования приверженцы «чистых стилей» становятся легкой добычей людей, значительно уступающих им по уровню подготовки, зато мыслящих категориями реального боя. (Разумеется, речь идет об уличной драке. В поединке по правилам того стиля, который практикует «стилист», уличный боец вряд ли выиграет). По той же причине заходят в тупик любители экзотики. Они всю жизнь заняты поиском или реконструкцией все более редких, все более древних школ боевых искусств. То бразильская капоэйра начинает их волновать, то бурятский синсимак, то индийский каляри-ппаятт. И невдомек им, что нет на свете и быть не может «секретных супер-систем». Ведь люди везде одинаковы по своей анатомии, физиологии и биомеханике. Именно поэтому так похожи приемы боя, созданные в разные исторические эпохи разными людьми в разных регионах планеты. Секреты эффективности любой системы не в технике. Они — в основополагающих принципах, в психологической подготовке, в методах тренинга. Для того, чтобы разобраться в этих вопросах применительно к нашему месту и времени, совсем ни к чему отправляться на край земли и втираться там в доверие к примитивным аборигенам. Это пустая трата времени, не говоря уже о личном достоинстве и деньгах.
К числу стилей ограниченного боя в группе прикладных единоборств можно отнести те из них, где учат нейтрализовать противника, не уничтожая его и даже, по возможности, не причиняя тяжких телесных повреждений. Нападающих пытаются обездвижить, ошеломить болевым шоком, взять на болевой контроль, бросить на землю. Такие нюансы наиболее значимы для сотрудников органов правопорядка и государственной безопасности, для работников частных охранных фирм, которые почти во всех случаях обязаны задерживать преступников, а не уничтожать их и не калечить.
Поэтому в стилях ограниченного боя основную роль играет не ударная, а бросково-болевая техника. Соответственно, у стражей правопорядка всех мастей наиболее популярны самбо, дзюдо, джиу-джитсу (дзю-дзюцу), хапкидо, циньна, — те искусства, где альфой и омегой является захват атакующей конечности руками. Для самообороны от вооруженного группового нападения эти стили не годятся. Пока будешь хватать и бросать одного врага, второй или третий тебя самого «нейтрализует».
