В борьбе с кочевниками Ярослав решил продолжить дело своего отца Владимира Красное Солнышко. Этот великий князь хорошо укрепил Левобережье Днепра, создав здесь глубокоэшелонированную систему охраны и защиты границ; Правобережье же оставалось открытым. Сюда и направил главные усилия князь Ярослав.
В 1032 году он «начал ставити города по Роси», пограничной реке, прикрывавшей Киев с юга.
Это значительно ослабило натиск печенегов на Русь. Последнее их нашествие произошло в 1037 году. Князь Ярослав находился в то время в Новгороде, куда и «пришла ему весть, что печенеги окружили Киев». Тогда он «собрал воинов много, варягов и словен» и двинулся освобождать столицу. Его войску удалось пробиться через печенежскую орду и соединиться с киевской ратью. Здесь, у самых стен Киева, произошло решающее сражение объединенных русских сил с кочевниками.
В XI веке, по словам летописца, здесь было «поле вне града». Ярослав в центр русской рати поставил варяжскую дружину, на правом крыле – киевский полк, а на левом – новгородцев.
Главный удар печенегов пришелся по центру. Всей огромной конной массой они обрушились на варягов, но те выстояли. В бой вступили главные русские силы. «Была сеча злая, и едва одолел к вечеру Ярослав, и побежали печенеги, и не ведали, куда бежали, и одни утонули в Ситолми (в реке), другие – в иных реках, и так погибли».
После этого сражения печенежская орда, как единая организованная сила, прекратила свое существование. Одна ее часть откочевала на запад, а другая отступила в глубь причерноморских степей, смешавшись здесь с новой волной азиатских кочевников – торков.
Этой победой Ярослав завершил длившуюся столетиями войну с печенегами. Русь выстояла, ликвидировав опасного врага, угрожавшего ее южным границам. В память этого события Ярослав поставил на месте сражения церковь Святой Софии. Позднее, в 1045 году, он повелел воздвигнуть такую же церковь и в Новгороде, хотя и в меньших размерах.
Война с Болеславом, а позднее и с печенегами, показала Ярославу, что стольный град Киев нуждается в строительстве надежных укреплений. Эту идею поддержали и жители города. Началось возведение огромных земляных валов с бревенчатыми стенами, которые окружали столицу мощным неприступным барьером. Вокруг города он создал кольцо из городов-крепостей: Белгорода, Вышгорода, Канева, Васильева. Столица Русской земли обрела так недостающую ей безопасность. Позднее он возвел вокруг Киева каменные стены с Золотыми Воротами, над которыми возвышалась церковь Благовещения. Город стал не только мощной крепостью, но и одним из самых богатых и красивых городов Европы, «соперником Константинополя».
Ярослав знал, что в укреплении и защите нуждаются не только южные границы. На северо-западе тоже было неспокойно. Торговлю новгородцев с иноземными странами осложняли частые нападения местных племен – чуди. Надо было обезопасить и эти границы.
В 1030 году он со своей дружиной совершил поход в этот дикий, заросший густыми лесами край. Чудь была покорена и обязалась платить дань. Гарантом русской безопасности в этом краю стал город Юрьев (ныне Тарту), названный так по христианскому имени Ярослава, нареченного Юрием в крещении.
Спустя несколько лет Ярослав совершил походы на ятвягов и Литву, привел их к покорности и заставил платить дань. Нет, не о завоеваниях и победах думал Ярослав. Ему нужны были крепкие и безопасные границы, которые уважали бы соседи. Он знал, что уважают сильного, и потому стремился, чтобы Русская земля была единой, умеющей постоять за себя.
Такую линию он продолжал и в отношениях с Польшей. После успешных походов в польские земли он закрепил за Русью Червенские города, но они еще оспаривались ею, и тогда Ярослав решил укрепить отношения с новым польским королем Казимиром, выдав за него свою сестру Марию. Казимир возвратил восемьсот русских пленных, а Ярослав помог ему подчинить себе Мазовию. Мир на западных и северо-западных границах Руси был обеспечен. Для защиты же юго-западных рубежей он основал на реке Сан город-крепость.
Великий князь хорошо понимал, что, укрепляя безопасность Русской земли, защищая ее границы и сохраняя ее единство, он создает лишь условия для жизни своих подданных. Его деятельность должна служить благу людей, не раз говаривал он своим боярам, а этого нельзя достичь только походами, сражениями и победами. Надо строить, просвещать людей, заботиться об их духовном здоровье. Человек глубоко верующий, богобоязненный, он все успехи своего служения Руси связывал с распространением христианства, укреплением веры. Во время княжения Ярослава уже выросло поколение тех детей, которых его отец Владимир отдал в книжное учение. Теперь они становились священниками и церковниками, неся людям слово Божие. Ярослав тоже отдал 300 детей в учебу и сам учил их книжной премудрости.
Он и сам очень много читал. Все знали его как образованнейшего человека своего времени, и многие следовали его примеру: читали, переписывали книги, создавали собственные библиотеки. Характеризуя это похвальное увлечение книжным чтением, летописец говорит: «Подобно тому, как если б кто распахал землю, а другой посеял, а иные стали бы пожинать пищу обильную, так и князь Владимир распахал и умягчил сердца людей, просветивши их крещением; сын его, Ярослав, насеял их книжными словами, а их теперь пожинают, принимая книжное учение. Велика бывает польза от него; из книг учимся путем покаяния, в словах книжных обретаем мудрость и воздержание; это реки, наполняющие вселенную; в книгах несчетная глубина, ими утешаемся в печали, они узда воздержания».
И совсем не случайно первый на Руси писаный свод законов под названием «Русская Правда» появился в его княжение.
А еще Ярослав любил строить. Киевляне часто видели его на стенах возводимых храмов, церквей, домов, палат, за что и прозвали его «хоромцем», то есть охотником строить.
При нем Русская земля расцветала, наливалась силой, крепло ее могущество. Все знаменитые короли и владетельные князья того времени считали большой для себя честью породниться с русским княжеским родом. Сам Ярослав был женат на Ингигерде, дочери шведского короля Олафа; сына своего Всеволода он женил на дочери византийского императора Константина Мономаха. Одна дочь Ярослава была замужем за норвежским королем Гаральдом, а вторая стала женой французского короля Генриха I и матерью короля Филиппа, за малолетством которого она долго правила Францией. Третья дочь Ярослава была женой венгерского короля Андрея I, а остальные его дети – трое сыновей – женились на польских и немецких принцессах.
Так высоко поставил Русь Ярослав во время своего великого княжения.
В 1054 году Ярослав тяжело заболел. Сыновьям, собравшимся у изголовья его кровати, он сказал свое напутственное слово, которое, хотя и минуло с тех пор без малого тысяча лет, звучит так современно: «Любите друг друга… Если будете жить в любви между собой, то Бог будет с вами. Он покорит вам всех врагов, и будете жить в мире; если же станете ненавидеть друг друга, ссориться, то сами погибнете, и погубите Землю отцов и дедов, которую они приобрели трудом своим великим».
…Княжение Ярослава нельзя назвать простым и легким. Долгие междоусобные войны с братьями, изнурительные походы с дружиной против многочисленных врагов потребовали от него много сил и здоровья, при этом военное счастье далеко не всегда было на его стороне. Он познал и радость побед, и горечь поражений, но неудачи не сломили его духа, а победы не вскружили ему голову. Многие годы он неустанно трудился во имя великой и могучей Руси, оберегая и укрепляя ее границы. Благодарный народ назвал его Мудрым.
«Брань славна лучше есть мира стыдна»
Александр Невский и охрана западных границ
Сильный, отважный, решительный, талантливый… Этими и многими другими подобными эпитетами наделяют историки и литераторы Александра Невского. Но вот фрагмент картины художника Г.И. Семирадского «Александр Невский в Орде». Удивленное, словно застывшее в изумлении лицо, потемневшие от нанесенной обиды глаза, выпяченная вперед и как будто дрожащая от гнева нижняя губа и непроизвольно прижатая к груди рука выдают состояние человека, охваченного страхом и сомнениями. «Боже! Что требует этот хан? Неужто такая неимоверная тяжесть обрушится на истерзанную Русь? Ведь это же погибель для нее!» – говорят, нет, скорее кричат его изумленные глаза. А где-то в их глубине, в могучем облике одетого в боевые доспехи воина, как горячий жар под черно-пепельной золой остывающего костра, неистребимой силой дышит вера в неизбежную победу Руси. Надо только выиграть время, не дать монголо-татарам окончательно разорить и обескровить ее.
Александр Невский
Да, и это тяжкое унижение пришлось испытать прославленному князю: неоднократно ездил он в Орду за ханским ярлыком, подтверждающим его право на княжение и дающим возможность улаживать всякие недоразумения, чтобы предотвратить набеги. Делал он это не ради того, чтобы сохранить за собой престол, а ради попавшего в тяжелую неволю народа, которому грозило вечное рабство. И надо было глубоко любить Святую Русь, чтобы, не колеблясь, принести ей в жертву свою княжескую гордость и демонстрировать хану смирение и покорность. Так мог поступить лишь человек государственного масштаба, политик расчетливый и тонкий, видевший намного дальше своих современников.
