порылся в чемодане и вытащил любимое для Микаэля: распорку, кожаные манжеты,
флоггер с семью жгучими хвостами, которые оставляли яркие красные рубцы...
- Хорошо, что я упаковал это, - сказал Гриффин, вытаскивая галстук из чемодана.
- Думаю получится хороший кляп.
Микаэль закусил шелковый галстук, когда тот оказался во рту. Гриффин крепко
завязал его на затылке.
- Отпусти, если нужно будет остановиться, - сказал Гриффин, снимая свои
«Бланкпаин 1735» часы и вкладывая их в руку Микаэля. Теперь с кляпом во рту,
Микаэль не сможет произнести свое стоп-слово, если ему нужно будет. Тем не менее,
не важно сколько боли он испытает, он сомневался в том, что сможет уронить часы
Гриффина за восемьсот тысяч долларов.
Гриффин быстро надел манжеты на запястья Микаэля и закрепил их на верхней
перекладине балдахина кровати. Всплеск адреналина пронзил Микаэля, когда
Гриффин начал его раздевать. Его сердце колотилось, кровь кипела, тело напряглось в
эротическом предвкушении предстоящей порки.
Как обычно, прежде чем Гриффин нанесет свой первый удар, он стоял близко к
Микаэлю и провел ладонями по обнаженной спине Микаэля. Пуговицы на рубашке
Гриффина впились в спину Микаэля.
- Я люблю тебя, - сказал Гриффин, кончики его пальцев ласково скользили по
коже Микаэля. - Ты принадлежишь мне и всегда будешь принадлежать. Твое тело -
мое, твоя боль - моя, твое удовольствие - мое. Никто не прикоснется к тебе без моего
разрешения. Никто не причинит боли, пока я не разрешу. Кивни, если понял.
Микаэль кивнул.
- Хороший мальчик.
Первый удар приземлился в центр спины Микаэля. Он вздрогнул и поежился, но
не издал ни единого звука. При втором ударе Микаэль гортанно застонал. Боль
шипами пронзала насквозь его кожу и впивалась в легкие. После этого последовала
серия коротких резких ударов, которые заставили Микаэля стонать сквозь кляп. Порка
продолжалась по крайней мере минут десять.
Гриффин бросил флоггер у ног Микаэля и прижался грудью к его пылающей
спине.
- Понравилось? - спросил Гриффин и провел руками по эрекции Микаэля.
Все еще с кляпом во рту Микаэль не мог ответить. Ему и не нужно было. Его
тело и жидкость, сочащаяся из головки члена говорили за него. Гриффин поймал
пальцами его влажность и растер ее по головке.
10
Всё, чего они хотели.Тиффани Райз.
- Я приму это как "да", - ответил Гриффин, обхватывая яички Микаэля другой
рукой. Гриффин ласкал и гладил его, и Микаэль мягко застонал сквозь кляп.
- Шшш... - прошептал ГриффинМикаэлю на ухо. - В доме дети.
Несмотря на крайнее возбуждение Микаэль усмехнулся. Гриффин поднял руку и
развязал кляп. Он забрал часы из руки Микаэля и отвязал его от столбика кровати.
- На колени, - приказал Гриффин и Микаэль упал на пол. - Возьми его. Каждый
дюйм.
Микаэль расслабил горло, чтобы полностью взять член Гриффина. Гриффин
обхватил руками затылок Микаэля, чтобы зафиксировать его, пока медленно трахал
рот Микаэля. Спустя минуту или две, Гриффин отстранился и поднял Микаэля на
ноги.
- Мне нужно быть в тебе, - хриплым, голодным голосом сказал Гриффин и
толкнул Микаэля к кровати.
- Да, Сэр, - более чем охотно, ответил Микаэль. - Я всегда хочу вас в себе, -
сказал Микаэль и Гриффин набросился на его губы.
Поцелуй распространил волны жгучего желания по телу Микаэля. Сегодня он
нуждался в Гриффине так же сильно, как и Гриффин в нем.
- На кровать, - приказал Гриффин, - Сейчас же.
Микаэль лег на центр кровати. Гриффин схватил его за лодыжки и закрепил на
них манжеты.
- На живот, - сказал Гриффин и Микаэль послушно уткнулся лицом в роскошное
покрывало. Микаэль повернул голову на бок и наблюдал за тем как все еще полностью
одетый Гриффин достал тюбик смазки из чемодана. Однажды он сказал Гриффину,
как его заводит, когда он полностью обнажен, а Гриффин все еще одет. От этого он
еще больше ощущает себя рабом Гриффина, его собственностью. С тех пор, раз в
неделю по выходным Гриффин остается одетым во время секса. Микаэль любил
обнаженное тело Гриффина, любил ощущение того, как высокое мускулистое тело
прижимается к нему, пока они говорили в постели или целовались, или спали. Но во
время секса, ничего не заводило его больше, чем ощущение того, словно его тело
используют только ради удовольствия Гриффина.
Гриффин забрался на кровать и прицепил манжеты к двухфутовой распорке.
Затем осторожно пальцами со смазкой он начал подготавливать Микаэля. Мику
нравилась эта часть, его пассивность. Снова и снова Гриффин проникал в Мика,
медленно раскрывал его, массировал его. Мик тихо застонал, когда Гриффин нашел
маленький узелок внутри него, его точку G, и надавил на нее.
- Нравится, да? - спросил Грифин, разворачивая руку и разводя пальцы шире.
Микаэль застонал и кивнул.
- Словами, - подразнил Гриффин. - Скажи, что ты чувствуешь.
- Мне нравится ощущать ваши пальцы внутри, Сэр.
- Что еще ты любишь ощущать внутри себя?
Микаэль покраснел. Гриффин любил унижать его, заставляя говорить грязные
вещи.
- Вас, Сэр. Ваш член.
- Скажи "пожалуйста".
- Пожалуйста, Сэр. Вы мне нужны внутри.
- Что ж, - сказал Грифф, и Микаэль услышал, как он снова расстегивает молнию
на брюках. – Все-таки Рождество.
Гриффин нанес на себя смазку. Микаэль напрягся, когда Гриффин протолкнул
головку в него.
11
Всё, чего они хотели.Тиффани Райз.
- Расслабься, расслабься, - сказал Гриффин, его голос был ласковым и
успокаивающим. - Я знаю, ты нервничаешь находясь здесь. Отпусти всѐ.
Микаэль глубоко дышал, а Гриффин скользил руками по его пылающей спине,
рукам и плечам. Микаэль смаковал прикосновения рук Гриффина к его телу, такие
ласковые и собственнические.
- Хорошо? - спросил Гриффин, целуя его за ушком.
- Очень хорошо, Сэр.
Гриффин провел ладонями вверх по рукам Мика, охватил его запястья, и резко
вдавил их в матрас рядом с его головой. Осторожно Гриффин начал медленно
проникать и выходить из Микаэля.
Мика продолжал дышать и пытался думать о чем угодно, кроме Гриффина
сверху него и внутри него. Ранее Гриффин установил правило: Гриффин кончает
первым. Буквально. Если только не дает явное разрешение, Гриффин всегда кончает
