Читаем без скачивания О мышах и о людях - Джон Стейнбек

Джордж сказал:

— Он мой… двоюродный брат. Я обещал его старушке–мамаше, что буду заботиться о нём. Его лягнула лошадь, когда он был ещё ребёнок, — прямо в голову. Нет, он в порядке, вы не думайте. Просто он не шибко сметлив, вот и всё. Но может делать что угодно, только скажите.

Хозяин повернулся уходить.

— Ладно, видит бог, чтобы грузить мешки с ячменём, много ума не надо. Но не пытайся меня надуть, Милтон. Я буду наблюдать за тобой. Почему вы ушли из Уида?

— Сделали всю работу, — быстро ответил Джордж.

— А что была за работа?

— Ну, мы… мы рыли сточную канаву.

— Хорошо. Но не пытайся одурачить меня, ничего у тебя не выйдет, я видал и не таких ушлых ребят. После обеда пойдёте с бригадой на зерно. Они там подбирают ячмень у молотилки. Так что пойдёте с бригадой Ловкача.

— Ловкача?

— Ага. Погонщик, длинный такой. Увидишь его за обедом.

Он резко повернулся и пошёл к двери, но прежде чем выйти, оглянулся и бросил на двух мужчин долгий взгляд.

Когда звук его шагов затих, Джордж повернулся к Ленни.

— Так–то ты выполняешь обещание, да? Ты должен был держать хлебало закрытым и не мешать мне говорить с хозяином. Чёрт, мы едва не потеряли работу.

Ленни с несчастным видом пристально рассматривал свои руки.

— Я забыл, Джордж.

— Ага, ты забыл. Ты всегда забываешь, а мне приходится отдуваться. — Джордж тяжело опустился на койку. — Теперь он с нас глаз не спустит. Теперь нам надо держаться настороже и не делать никаких промашек. Научись, в конце концов, держать хлебало закрытым, Ленни!

Он угрюмо замолк.

— Джордж.

— Чего тебе ещё?

— Никакая лошадь не лягала меня в голову, Джордж, правда же?

— А было бы чертовски здорово, если б лягнула, — зло сказал Джордж. — Это бы всех избавило от кучи хлопот.

— Ты сказал, что я твой двоюродный брат, Джордж.

— Ну, мне пришлось соврать. И я чертовски рад, что это неправда. Если бы ты был моим родственником, я бы застрелился. — Он внезапно умолк, подошёл к открытой двери и выглянул наружу. — Эй, какого чёрта ты подслушиваешь?

Старик уборщик медленно вошёл в комнату. Он всё так же держал в руке метлу. За ним по пятам, едва волоча лапы, следовала овчарка с седой мордой и тусклыми, подслеповатыми, старческими глазами. Пёс кое–как дохромал до стены, улегся там и принялся, ворча, вылизывать свою седую, изъеденную молью шкуру. Старик наблюдал за ним, пока тот устраивался.

— Я не подслушивал, — сказал он. — Я просто остановился в тени на минутку, погладить пса. Только вот закончил с уборкой в умывальной.

— Ты суёшь свой длинный нос в наши дела, — сказал Джордж. — Учти, я не люблю длинных носов.

Старик беспокойно перевёл взгляд с Джорджа на Ленни и обратно.

— Я только подошёл, — сказал он. — Я не слышал, о чём вы говорили, ребята. Да и нет мне никакого интереса, о чём вы там толковали. Парням на ранчо лучше поменьше слушать и не задавать вопросов.

— Чертовски верно, — кивнул Джордж, смягчаясь. — Особенно если парень хочет подольше оставаться при деле. — Видно, слова старика его всё–таки успокоили, потому что он сказал: — Зайди, присядь на минутку. До чего старая у тебя псина.

— Это да. Он у меня с тех пор, как был щенком. Ей богу не совру, он был хорошей овчаркой, когда был помоложе. — Старик поставил метлу у стены и костяшками пальцев потёр подбородок, покрытый седой щетиной. — Ну, и как вам хозяин?

— Нормально. С виду толковый малый.

— Да, неплохой мужик, — согласился уборщик. — Нужно только найти с ним общий язык.

В этот момент в барак вошёл молодой человек; худой, с загорелым лицом, кареглазый и кудрявый. На левой руке его была надета рабочая рукавица и, как и хозяин, он щеголял в сапогах на высоком каблуке.

— Старика моего не видали? — спросил он.

Уборщик отозвался:

— Он был здесь минуту назад, Кудряш. Пошёл на кухню, я думаю.

— Попытаюсь перехватить его, — сказал Кудряш. Его взгляд скользнул по новичкам и он задержался. Холодно взглянул на Джорджа, потом на Ленни. Его руки медленно согнулись в локтях, а ладони сжались в кулаки. Он подобрался и чуть наклонился вперёд. Его взгляд теперь был оценивающим и задиристым. Ленни съёжился под этим взглядом и нервно переступил с ноги на ногу. Кудряш с задорным видом подошёл вплотную к нему.

— Вы те самые новенькие, которых ждал старик?

— Мы только пришли, — ответил Джордж.

— Пусть говорит здоровяк.

Ленни в замешательстве покривился. Джордж сказал:

— А что, если он не хочет говорить?

Кудряш стремительно повернулся.

— Но он должен говорить, коли к нему обращаются. Какого чёрта ты встреваешь?

— Мы ходим вместе, — холодно сказал Джордж.

— А, вот оно что.

Джордж был напряжён и неподвижен.

— Оно самое и есть, — бросил он.

Ленни беспомощно взглянул на Джорджа, ожидая указаний.

— И ты не дашь этому амбалу сказать? — напирал Кудряш.

— Он может говорить, коли есть желание, — Джордж слегка кивнул Ленни.

— Мы только что пришли, — тихо сказал Ленни.

Кудряш твёрдо посмотрел на него.

— Ладно, в другой раз отвечай, когда с тобой разговаривают.

Он повернулся к двери и вышел, его локти при этом оставались слегка согнутыми.

Джордж проводил его взглядом и повернулся к уборщику.

— Какого чёрта он к нему привязался? Ленни ничего ему не сделал.

Старик опасливо посмотрел на дверь, чтобы убедиться, что никто его не услышит.

— Это сын хозяина, — сказал он тихонько. — Кудряш — хороший драчун. Было время, он выходил на ринг. Легковес. Хорошо дерётся.

— Ладно, пусть он хорошо дерётся, — сказал Джордж. — Но он не должен цепляться к Ленни. Ленни ничего ему не сделал. Чё он имеет против Ленни?

Уборщик немного подумал.

— Ну… я тебе скажу так. Кудряш — как все коротышки: он ненавидит здоровых парней. Он всё время задирается к здоровякам. Похоже, они его просто бесят, потому что сам–то он — недомерок. Ты наверняка видал подобных, так ведь? Всё время лезут в бутылку.

— Это да, — согласился Джордж. — Повидал я прорву такой мелкоты. Но этому Кудряшу лучше бы не ошибиться насчёт Ленни. Ленни не очень–то шустёр, но эта гнилуха Кудряш нарвётся, коли станет его доставать.

— Может оно и так, но Кудряш хороший драчун, — скептически произнёс уборщик. — Хотя, знаешь, мне вот что кажется неправильным… Вот положим, Кудряш полезет к здоровому парню и навешает ему. Каждый скажет: какой боевой малый этот Кудряш. А с другой стороны, положим, тот здоровый парень его поколотит. Тогда все скажут, что этому здоровяку поискать бы себе ровню, а не связываться с маломерком. И этому же парню устроят тёмную. Вот и получается, что Кудряш по–любому в выигрыше, а против него ни у кого нет шансов.

Джордж смотрел на дверь. Он произнёс угрожающе:

— Однако ему лучше держаться подальше от Ленни. Ленни не боец, но Ленни силён и быстр, и не знает никаких правил.

Он подошёл к квадратному столу и сел на один из ящиков. Собрал карты и перетасовал их.

Старик примостился на другом ящике.

— Не рассказывай Кудряшу, что я тебе говорил насчёт него. Он с меня шкуру спустит, если скажешь. Ему наплевать. Его же не турнут, потому как его старик тут хозяин.

Джордж подрезал колоду и принялся открывать карту за картой, глядя, какая выпадет, и бросая её в кучу. Он сказал:

— Как по мне, этот окурок, Кудряш — законченный сукин сын. Мне не нравятся такие вот злые коротышки.

— Сдаётся мне, последнее время он стал ещё хуже, — сказал уборщик. — Он женился пару недель назад. Жена живёт в хозяйском доме. Так вот, мне кажется, Кудряш петушится ещё больше с тех пор, как обзавёлся женой.

— Выпендривается, поди, перед ней, — проворчал Джордж.

Уборщик, кажется, был рад почесать язык о хорошую сплетню.

— Видал перчатку у него на руке? — усмехнулся он.

— Ага.

— Ну так эта перчатка полна вазелина.

— Вазелина? На кой чёрт?

— Ну, я тебе вот что скажу: Кудряш болтает, что держит эту руку мягкой специально для жены.

Джордж внимательно изучал карты.

— С его стороны достаточно грязно трепать про такое, — сказал он.

Старик получил что хотел: ему удалось вытянуть из Джорджа нелицеприятный отзыв о Кудряше, и теперь он чувствовал себя в безопасности, а потому заговорил уже более доверительно.

— Погоди, ты ещё увидишь его жену.

Джордж снова подрезал колоду и разложил пасьянс, медленно и сосредоточенно.

— Симпотная? — между делом спросил он.

— Ага. Красивая… но…

Джордж изучал карты.

— Но что?

— Ну, она строит глазки парням.

— Ага? Две недели замужем и уже строит глазки? Может, потому у Кудряша и свербит в одном месте?

— Я видал, как она строила глазки Ловкачу. У Ловкача характер тот ещё — ему палец в рот не клади. Славный парень. Ему без надобности сапоги на каблуке, чтобы держать бригаду в руках. Так вот, я видел, как она заигрывала с Ловкачом. А Кудряш не видел. А ещё я видал, как она с Карлсоном заигрывала.

Джордж сделал вид, что его всё это мало интересует.