фильмах. Причем вся одежда — подлинная. Тогда и догадались, что с приборами-то полный порядок, и принялись фиксировать эти самые разрывы. Потом наделали регистраторов, а всех темпорологов мобилизовали следить и предсказывать места, где произойдет убыль массы. Да только толку мало вышло из этого. Единственное, что удавалось выяснить, — что не такой уж разброс случайный. Ну и что выбиваемая т-полем масса вещества растет. И сильнее всего в определенных местах.
— Дальше я помню, — перебил Виктора практикант. — Рассчитали координаты, стали отслеживать. Сперва никто не понимал, что за место, ну а потом обнаружили связь между Гостем и затуханием бури в т-поле. И так далее. Я зачет сдавал по поиску.
— Успешно? — с улыбкой поинтересовался Виктор.
— Ну, как сказать… — замялся Сергей. — В общем-то, да.
— А дальше что было — расскажешь?
— Да, конечно! — закивал практикант. — Обнаружилась связь и зависимость. Провели наблюдения и на их основе сделали вывод о связи между Гостем и воронкой т-поля. Я на экзамене вычерчивал линии и…
— А теперь я тебе поведаю, как все было на самом деле, — прервал рассказ парня Виктор. — К месту будущего полигона первой прибыла группа быстрого реагирования ОЗ. Знаешь такую организацию?
— Угу.
— Ребята провели обследование местечка, обнаружили воронку, которая напрочь отказывалась принимать зонды. Точнее, она их как бы выплевывала обратно. Тогда в управлении решили… — Виктор с трудом проглотил комок, — …решили отдать Времени то, что ему принадлежит. То есть, тех людей, которых выдернуло из разных эпох и мест. Собрали Гостей, их тогда уже было одиннадцать человек…
— Сволочи… — с ненавистью в голосе проговорил Сергей.
— Не стоит их осуждать, — тяжело вздохнул Виктор. — Они искали способ спасти Землю.
— Все равно — так нельзя!
— Так вот, — проигнорировав последнюю реплику, продолжил Виктор. — Каждого Гостя подводили к воронке. А когда одного из них она забрала — т-поле угомонилось. В результате измерений появились кое-какие данные, обнаружились зависимости. В общем, когда начался новый всплеск, то бээровцы уже везли к воронке следующую кандидатуру на отправку. Вот так… гм… конвейер и наладили.
— Какие же гады эти вояки из ОЗ! — угрюмо проговорил Сергей.
— Дружище, как бы я хотел, чтобы тебе никогда не пришлось решать, кому жить, а кому нет, — тихо сказал Виктор. — Это по-настоящему страшно, я помню…
— Н-да, спасатели… А зачем скрывали все так долго тогда? Ведь многих катастроф удалось бы избежать, знай люди об опасности.
— Сергей, ты должен понимать, что некоторые вещи большинству людей очень трудно объяснить. Если человек не видит опасности, он может и не поверить в ее существование. И своим скепсисом помешать работать тем, кто занимается предотвращением возможной катастрофы. Но может и поверить, что опасность существует. При этом он будет абсолютно уверен, что машины и знания человечества в состоянии его защитить. И это тоже опасно. Если вдруг окажется, что на самом деле все не так, — произойдет беда. Люди могут превратиться в толпу, а толпа — страшный зверь.
— Но цивилизация… — начал было Сергей.
— Цивилизация — фиговый листок, темпоролог, — жестко прервал его Виктор. — Я знаю об этом не понаслышке. Когда рухнет привычный мир, люди достаточно быстро вернутся к своим базовым инстинктам. Цивилизованность будет облетать, как шелуха. Так было и так будет.
— Мы — другие!
— Я тоже так думаю, коллега, но история утверждает обратное. Уж поверь, мне необходимо было ее знать по роду деятельности. Сейчас — да, каждый по отдельности готов даже умереть, вызволяя тебя из опасности. Но едва общество в целом столкнется с глобальной проблемой, и ты уже не сможешь узнать многих своих друзей. И вовсе не потому, что они стали плохими. Они подчиняются все той же воле большинства. Толпа тебя растопчет, если ты перед ней встанешь. Толпа, состоящая из твоих же друзей. Просто прими это к сведению, и когда все бегут, то не стой на пути — отойди в сторону.
— А что у тебя был за род деятельности, если не секрет?
— Я был инспектором ОЗ, — сухо признался Виктор.
— Во-о-от, значит, как… Что ж, тогда понятно, — с нотками презрения в голосе сказал парень. — Значит, ты из тех, кто умеет убивать.
— Умею, — не стал отпираться Виктор. — Так сошлись звезды, что моей задачей как работника ОЗ было спасение людей. Спасение любым способом, включая и убийства. Все остальное — лирика. Так понятней?
— Да, — вздохнул молодой темпоролог. — Но это как-то…
— У всех своя дорога, — отрезал Виктор.
— Но ведь наука — она для людей. Как же все это… — парень помотал головой. — Не понимаю.
— Поймешь, думаю. Ты парень головастый. А пока учись предвидеть последствия своих открытий.
— То есть, если разряды начнут расползаться, то… — неуверенно начал Сергей.
— …ты будешь улыбаться друзьям, смеяться вместе с ними и рассказывать анекдоты, — закончил за него Виктор. — Так ты дашь работникам ОЗ время, необходимое для поиска Гостя. Они будут защищать его даже ценой жизни, пока не доставят на полигон. В общем, тебе придется побыть немного в моей шкуре.
Сергей вздохнул и взглянул на экран. Полосочка была почти точно на границе. Еще немного, и она переползет в красный сектор.
— Получается, что катаклизм, который рассчитали теоретики, который рассчитывал я, — обман? Все построено на лжи?
— Никоим образом! Просто не все темпорологи становятся служащими ОЗ. Поэтому вам дали чуть искаженные, но вполне верные данные, а остальное аккуратно обошли. И правильно сделали. Просочись это все, и ОЗ пришлось бы здорово побегать!
Ожил экран, появилось изображение всклокоченного Клима.
— Один из Охотников — Евгений Милютин…
Клим заметил Сергея и умолк.
— Продолжай, — кивнул Виктор. — Сергей — стажер ОЗ.
Практикант обалдело воззрился на старшего товарища, но промолчал.
— Евгений Милютин убит, — продолжил докладывать Клим. — Ему… Ему перерезали горло. Кэй Симмонс и Гость отбыли без оповещения. Люди точно были на глиссере — там пятна крови. Синицкого и Костюшко на пристани нет. Пост обстрелян и сожжен. Отряд БР идет по меткам Натана.
— Ч-ч-черт!
Виктор отключил связь, раскрыл файл с идентификационными данными и пробежал глазами строчки текста, вычленяя главное: Захар прибыл из первой половины девятнадцатого века, обучение на Острове прошел вполне успешно. Спокоен, но асоциален. На записи прибытия — человек с бородой, в серой косоворотке и кривым ножом за поясом. Гость явно не относился к аристократии своего мира. Отчаянный, похоже.
— Сереж, будь другом, налей кофейку еще, а?
Все еще не пришедший в себя практикант кивнул и ушел к аппарату.
Виктор послал запрос диспетчеру бээровцев, тот отозвался почти моментально, словно ожидал вызова.
— Привет, Виктор! Чем могу?
— Привет! Что там у вас? С Натаном связались?
— Да. Он идет по следу
