— Я должен предупредить вас, что мсье Горданис чрезвычайно опасный противник. Еще не поздно принести извинения и отказаться от игры. Еще не поздно отказаться от участия в игре, мадемуазель, — прибавил он.
— Вам действительно не о чем беспокоиться. — В голосе Дэниса слышались стальные нотки. — Я с нетерпением жду игру. Ее ждет и Джоанна. Да, дорогая?
Джоанна увидела, как управляющий отеля поджал губы. Пока они шли к лифту, он тихо заговорил с ней по-французски:
— У вас никогда не было мигрени, мадемуазель? Я предлагаю вам начать мучиться от нее прямо сейчас.
Когда они добрались до верхнего этажа и вышли в коридор, то увидели небольшую группу мужчин, которые смеялись и разговаривали. Когда появилась Джоанна, они замолчали. Она увидела, какими взглядами они обмениваются, и даже услышала, как один из них тихонько произнес: «Вот это да!»
«Ни на кого не обращай внимания, — приказала она себе. — Веди себя так, словно ты манекен в витрине магазина. Ты ничего не видишь, не слышишь, молчишь и не умеешь думать. И еще помолись о том, чтобы папа побыстрее выиграл».
Двойные двери в конце коридора распахнулись, когда они к ним приблизились. В комнате пахло табачным дымом и алкоголем. Полдюжины мужчин стояли вокруг игрового стола, разговаривая и ожидая возобновления игры. Официант в белом пиджаке наполнял их бокалы и менял пепельницы.
«Везде одно и то же, — подумала Джоанна. — Единственное сегодняшнее отличие от других игр в том, что кроме меня женщин в зале нет».
И вот она увидела Вассоса Горданиса, направяющегося к двери. Он улыбался и разговаривал с мужчиной в темно-синем смокинге, который уже уходил.
Когда он увидел Джоанну, улыбка сошла с его мясистого лица.
Во внезапно наступившей тишине все повернулись в ее сторону. Джоанне ужасно захотелось убежать прочь, но Дэнис крепко держал ее под руку.
— Пойдем, моя милая, — сказал он. — Давай поздороваемся с хозяином.
«Но ведь мы только что прошли мимо него…»
Мужчины расступились, и она оказалась перед игорным столом, за которым сидел черноволосый незнакомец.
Она конечно же сразу его узнала. Сейчас он был гладко выбрит, его вьющиеся волосы были зачесаны назад. Надменные черты лица, нос с горбинкой, решительный подбородок, тяжелые веки и чрезвычайно чувственные губы.
Именно этот человек улыбался ей с палубы яхты «Персефона».
Однако сейчас он не улыбался, а бесстрастно изучал ее из-под полуопущенных век. Он сидел развалившись в кресле, его галстук-бабочка был развязан, а накрахмаленная белая рубашка наполовину расстегнута, открывая ее взору железные мускулы и кожу бронзового оттенка.
В одной руке он держал сигару, а в другой — янтарные четки.
Он не встал, когда она подошла. Джоанна догадалась, что он сделал это нарочно, дабы продемонстрировать, как мало она для него значит.
«Почему бы тебе просто не запретить мне участвовать в игре? — подумала она. — Скажи моему отцу, что женщинам здесь находиться запрещено. Бог свидетель, я буду очень тебе благодарна».
— О, папа, — прошептала она едва слышно, когда Гастон Лево начал представлять их хозяину. — Сегодня ты просчитался.
И все же она понадеялась на то, что Вассос Горданис мог ее не узнать. В конце концов, она была совсем не похожа на девушку в соломенной шляпе, за которой он наблюдал.
— А теперь, — произнес мсье Лево с явным неодобрением, — позвольте представить вам мадемуазель Джоанну.
— Ах да, мне сообщили, что она присоединится к нам.
Голос Горданиса был низким и хрипловатым. Он хорошо говорил по-английски, несмотря на заметный акцент. Он оглядел Джоанну с головы до ног. Его взгляд был одновременно оценивающим и презрительным.
Его губы пренебрежительно изогнулись.
— Так это и есть талисман мсье Вернона?
Она услышала сдавленный смех за спиной и почувствовала, как ее щеки словно опалило огнем.
— Если она молчалива, то может остаться, — продолжал Вассос Горданис. — Скажите мне, мсье, это чудо-женщина знает свое место и умеет держать язык за зубами? Или ее лучше отправить обратно, пока мы не начали?
Джоанна мысленно взмолилась о том, чтобы ее отправили прочь.
Но Дэнис сумел улыбкой замаскировать свое явное унижение.
— Она действительно мой талисман, мистер Горданис. Если она уйдет, то унесет мою удачу вместе с собой. И она знает, как вести себя на таких небольших собраниях. Я вам клянусь.
— Хорошо, — тихо сказал Вассос Горданис, поднеся ко рту сигару и почти бесстрастно глядя на ее горящий конец. — Я убежден, что могу вам верить. — И вкрадчиво прибавил: — Она принесет удачу нам всем.
Положив четки в карман смокинга, он резким жестом приказал принести стул для Джоанны. Она должна была сесть как раз напротив.
Подобного развития событий Джоанна ожидала меньше всего. Натянуто улыбаясь, она осторожно присела, стараясь незаметно пригладить платье, и поняла, что Вассос Горданис наблюдает за каждым ее нервным движением. Уголок его рта приподнялся в усмешке.
«Помни о том, что говорила себе раньше, — подумала она, сделав глубокий вдох, и осторожно сложила руки на коленях. — Ты ничего не видишь, не слышишь и не умеешь думать. И еще ты не будешь на него смотреть».
— Господа? — Легким наклоном головы хозяин пригласил гостей к игорному столу. — Присоединяйтесь ко мне, пожалуйста.
Он снова подал сигнал, и один из крупье вышел вперед, чтобы собрать игральные карты, оставшиеся после недавней игры. Затем крупье снял целлофановый чехол с новой колоды карт и начал быстро и профессионально их тасовать. Он раздал шесть карт лицом вверх, чтобы определить, как рассядутся игроки. К облегчению Джоанны, рядом с ней сел Дэнис, а с другой стороны расположился высокий белокурый американец по имени Чак.
На стол поставили графины с виски и бренди. Мужчины расстегнули пиджаки и смокинги и закурили.
«Атмосфера создана, — подумала Джоанна. — Вот-вот начнется игра по-крупному».
Никогда прежде она не испытывала такой тревоги.
Глава 3
Игра началась достаточно спокойно, ставки делались умеренные. За столом царила безмятежная атмосфера.
Однако Джоанна знала — игроки просто тянут время и присматриваются друг к другу.
Она постоянно ощущала на себе взгляд Вассоса Горданиса и задавалась вопросом: заметил ли это Дэнис.
Его решение взять ее сегодня с собой было большой ошибкой. Самое лучшее, что могла сделать Джоанна, — это сохранять спокойствие и смотреть на свои руки, лежащие на коленях. Кстати, ее помощь Дэнису не требовалась. Он с легкостью выигрывал.
