Кажется, я снова отвлекаюсь от темы. Если следовать сюжетной линии Голубиной книги, то понятно, почему Кирилл Руданский оказался в селе Счастливое, в том доме, где мы и познакомились. Просто задолго до него сюда пришли сияющие. В частности, Исида и Гор. Подобная информация для меня удивительна. И если бы я знал о ней раньше, то наверняка более цепко осматривал бы прилегающую территорию, каждый камень… Мало ли что может обнаружиться. Впрочем, до меня это уже много раз делали другие люди, тот же Руданский. Если что-то и обнаружилось, то оно стало достоянием этих первооткрывателей.
По всему выходило, что Руданский, как собака-ищейка, шёл по пути сияющих, исследуя каждый метр пространства, где они могли быть. А в Счастливом – в особенности. Следуя Голубиной книге можно сделать вывод, что Исида и Гор здесь пробыли долго. Они буквально возродили это место, восстановив многое из того, что прежде здесь было ещё до них.
Именно: не построив своё, а восстановив старое. Можно сказать, что то место, где сейчас расположилось Счастливое для них (понятно, что такого названия тогда не существовало) было своеобразным символом возрождения.
Такое понимание значения данной местности, и в частности дома, где я познакомился с его хозяевами и Кириллом Руданским, меня вполне устроило. Ибо оно совпадало с теми сведениями, которыми располагал я, получив их независимо от желания и воли автора Голубиной книги. Единственное различие в том, что я «проглядел» пласт истории, связанный с пребыванием здесь сияющих, а Кирилл, наоборот, сделал ставку именно на них. Но, может, оно и лучше, что люди приходят к одному мнению разными дорогами, не зная друг о друге? Такие исследования кажутся более непредвзятыми и честными.
7
Но в последней дилогии Руданского, которую я только что прочитал, романы «Башня Юпитера» и «Возвращение Диониса» меня буквально задели за живое. Я понял, что писатель подошёл очень близко к открытию тайны этого места. Так близко, что я даже почувствовал, как меня обжигает жарким пламенем огонь, который был зажжён в древнем очаге самими сияющими. Всматриваясь в языки пламени прошлого, я стал различать неясные контуры тех времён. И с каждой минутой они становились всё чётче и яснее. Теперь я видел этот мир уже не глазами Руданского, а глазами этих самых сияющих – Исиды и Гора.
Конечно, мне очень захотелось встретиться с Кириллом и поговорить с ним. Тем более что вопросов для такой беседы накопилось более чем достаточно. При первом удобном случае такая встреча состоялась.
Мы говорили о его книгах, о том, как Руданский пришёл к мысли, что Голубиную книгу надо вообще писать и издавать. Может быть, то, что ему удалось узнать, не принадлежит обществу, а является информацией для избранных? Кирилл убеждал меня в обратном. Если пришло время Голубиной книги, значит ей быть! Она, образно выражаясь, как птица Феникс, воспрянет из праха и взлетит в небо. А уж кто её прочтёт…
Руданский рассказал мне, что вдохновительным началом на собственные литературные труды стала для него книга «Тень орла», которую он прочитал несколько лет назад. Там тоже говориться о тайнах прошлого, которые теснейшим образом переплетены с событиями наших дней. И если автор не побоялся их опубликовать, значит действительно пришло время им стать достоянием общественности.
Я аж подскочил. Надо же, Кирилл говорит о «Тени орла»! У меня эта книга есть. И не просто есть, длительное время я считал её настольной книгой. Много раз прибегал к её «услугам». Можно сказать, она тоже послужила для меня образцом, благодаря которому я написал свой «Замок воина», а затем «Магию чаира». Вообще – вторая моя книга напрямую вытекала из романа «Тень орла», я даже посвятил её автору, которого звали Алексеем Швецовым.
– Скажи, Кирилл, – обратился я к Руданскому, – а тебе известен автор книги «Тень орла»?
– К сожалению, нет… Знаю, он – севастополец. Но пути наши никогда не пересекались. Он погиб при странных обстоятельствах…
– Утонул, – добавил я.
– Да, я знаю… А почему ты интересуешься им?
– Просто это мой друг. Мы провели с ним много времени. Даже были в здешних местах. Поднимались на плато Бойко, в частности… Оттуда любовались открывающейся горной перспективой. И в частности – селом Счастливым, которое видно с горы Сотиры.
Руданский пожал плечами.
– Я, конечно, ничего этого не знал… А с какой целью вы поднимались на Бойко?
– Алексей открыл мне некоторые тайны этого места. Кстати, он знал о Портале. Что же касается Счастливого, то, кажется, Швецов догадывался об особой судьбе этого места. Хотя, насколько я понимаю, о вашем доме он не слышал.
Наш разговор плавно перешёл к Счастливому, и я сразу же спросил у Кирилла, мол, неужели сведения о башне Юпитера (так он назвал одну из своих книг) он почерпнул из древних свитков, которые обнаружил в Балаклаве?
Руданский заверил меня, что так и есть. На территории усадьбы в Счастливом, где живут Ольга и Вячеслав, действительно стояла такая башня.
– Я вышел на эту тему удивительным образом, – улыбнулся Кирилл, – подспудно чувствовал наличие здесь чего-то важного. И даже факт моего знакомства с хозяевами дома – из числа «великих случайностей». Впрочем, это, наверное, не случайность, а Промысел привёл меня в Счастливое. Как прежде – к месту, где спрятана Голубиная книга.
– Ты говоришь о древних свитках? – уточнил я.
Кирилл утвердительно кивнул головой.
– О них… Знаешь, это бездна знаний. Можно всю жизнь посвятить их изучению. И написать сотни книг. Я вообще не собирался писать о ни о каком Счастливом и башне Юпитера, ибо считал, что это второстепенная информация из всего того, что почерпнул в Голубиной книге. Но меня так развернули…
– Кто?
Руданский развёл руки в стороны.
– Жизнь… Впрочем, были и «потусторонние явления». Я не сразу понял их значение… Но теперь, задним числом, отчётливо вижу, что моё первое появление в доме Ольги и Вячеслава было кем-то заранее организовано.
Я приведу один такой пример. У ребят были проблемы с водопроводом. Старая ветка «сгнила», поэтому они решили заменить трубу. Ну а я предложил продолжить её – удлинив на несколько метров так, чтобы охватить и второй этаж. Точнее – вот этот пригорок, где у них стоит банька.
– Здравая мысль, – согласился я.
– Так вот, – продолжил Кирилл, – когда я стал копать траншею под эту дополнительную часть водовода, мне пришлось разобрать часть старых подпорных стенок. Именно там я почувствовал нечто необычное…
– Что именно?
– Так словами не передашь… Это очень непривычные ощущения. Как будто бы ты провалился в старый затхлый подвал… Хотя в реальности – я «твёрдо» стоял на земле, над головой светило солнце и дышал я чистым горным воздухом. А вот камни, которые стали мне попадаться на дне траншеи, показались более чем интересными. Они явно прежде были использованы в строительстве. Но теперь были засыпаны землёй. И, судя по твёрдости грунта, – очень давно…
В один из дней, порядком устав от землеройной работы, я решил принять баньку. Вячеслав предварительно её растопил, так что мне оставалось лишь расслабиться после трудового дня и получить удовольствие. Я быстренько разделся в предбаннике, сбросив грязную одежду на стоящий там табурет. И в тот момент, когда взялся за ручку двери, чтобы войти в парилку, вдруг явственно почувствовал прикосновение к плечу. Я даже подумал, что это паутина. Но позже, присмотревшись, никакой паутины в предбаннике не заметил… По ощущениям это была рука человека. Она скользнула вверх – к голове, а затем вниз – к животу. Как бы ощупывая меня, как это бывает при досмотрах.
Всё случилось мгновенно. Прошли какие-то доли секунды и «контакт» со мной был закончен. Я лишь понял, что прошёл нечто, напоминающее контроль-тест. И даже услышал, как будто бы мне даётся «добро». Только на что? На посещение парилки? Вряд ли. Я думаю, речь шла о чём-то более важном…
Кирилл посмотрел на меня и провёл руками по плечам.
– До сих пор чувствую это прикосновение. Сильное, упругое, живого человека. Ничего подобного в моей жизни прежде не было.
– И ты что, не испугался? – удивился я.
Руданский рассмеялся.
– Веришь? Не успел!
8
– А потом? – не сдавался я.
– Потом…
Руданский задумался.
– …потом я вспомнил, что в свитках имелись сведения об очень похожем месте в горах, которое чем-то крайне заинтересовало сияющих. Я стал сравнивать, вычислять… Словом, понял, что речь идёт об одном и том же. Тут же появилось желание покопаться в земле, попытаться что-то найти.
Я рассмеялся.
– Надо же! Совсем недавно, находясь на территории вашей усадьбы, у меня мелькнула в голове такая же мысль. Найти какое-либо подтверждение древности этого места. Но я тут же остудил себя. Если здесь побывал Руданский, после него вряд ли что-то осталось.
Кирилл хмыкнул.
