После всего этого, в 842 году царица Феодора со своим сыном , императором Михаилом, объявила победу Православия. Первое воскресение Великого Поста определено для вечного празднования Торжества Православия в честь победы над всеми ошибочными догматическими и этическими доктринами еретиков.
Обильная 500-летняя Жатва Господня первой половины периода Византийской свободы дополнила ранние Жатвы Господни. И небесные житницы Хозяина все больше и больше полнились урожаем Его земной нивы.
Разговор третий:
Смутил вас историк философ, братья честные.
Чем же он смутил вас? Говорите, своими разговорами о том, что история человеческая движется по определнным историческим законам, и увы, с пришествием Иисуса Христа в мире ничего не изменилось, и все продолжается двигаться по пути эволюции
Человек может знать мало, но претендовать на многознание. Так и некоторые толкователи истории больше претендуют на знание истории, нежели знают ее. По сути, они ставят свой разум выше так называемых законов истории и свечкой собственного разума хотят высветить пути прошлой и будущей истории человечества. Так сделал один, за ним другой, и третий, и сотый, и конечно не находят согласия. Каждый показывает частичную картину пройденного пути, пойманную объективом своего пристрастного понимания и пытается фрагментом общей картины объяснить целое. Однако, картина частична и поверхностна, и другой быть не может.
Так же как, скажем, великий русский художник Айвазовский, рисуя море, не изобразил его целиком, во всех его проявлениях, величие и глубину, диковиных чудовищ населяющих ее, не передал все нюансы цвета, голоса моря, шелеста и рокота, вкуса и запаха морской волны, его кисть передала лишь частицу морского шторма или штиля.
ЧТо можем мы сказать об истрических законах, спрашиваете меня, сыны Божии?
Ответ будет прост и ясен: никаких исторических законов нет, есть только нравственный Закон Божий. Исполняя Закон Божий или попирая его, человечество скиталось в поту и ранах, по пути то к Богу, то в уклоняясь от Него.
Если хотите, можно то же самое сказать иными словами: существуют две определенные и одна неопределенная воля:
- святая воля Божия,
- злобная бесовская воля
- и между ними - воля человеческая.
С точки зрения нравственности, добра и зла, первые две воли определенны, а третья не определенна. Воля Божия - абсолютное добро и не может иметь в себе никакого зла. Воля сатанинская - абсолютное зло и не допускает никакого добра. Воля человеческая свободна принять волю Божию или злую бесовскую волю. Вся история человечества движется в рамках этого расстройства воль. Об этом нам свидетельствуют Откровения Божии: Ветхий и Новый Заветы, и весь опыт святых .
В этих рамках Церковь понимает и объясняет все исторические события. Только она одна понимает их, она одна умеет объяснить их разумно. Этой тройной, расс-троенной, волей объясняются судьбы людей, судьды народов и всего человечества. Столкновение этих трех воль наиболее очевидно показал Иисус Христос. Поэтому нам, христианам, дана возможность все понимать и толковать с помощью Господа Иисуса Христа.
Христос пришел - Когда Он пришел?
Пришел в мир во времена кесаря Октавиана Августа, который страдал ревматизмом, в то время как его подданные приносили жертвы его статуям, как богу. Бесовское дело!
Так поступил один, так же и другой, и третий, и сотый.
– Кто пришел?
Пришел герой, согласно древнему пророчеству: Господь выйдет, как исполин (Ис. 42, 13).
Христос пришел - как пришел?
Пришел Сам Бог, как и обещал устами пророка : вот Бог ваш… Он придет и спасет вас (Ис. 35, 4).
Христос пришел - зачем пришел?
Пришел, чтобы обличить дела дьявольские (Ин.3,8), это первое, основоплагающее. Первый поединок Его с дьяволом был на Горе искушений и в этом поединке Христос вышел победителем.
Добрая воля Божия быстро победила злую волю сатанинскую.
И Носитель доброй божественной воли обратился к неустойчивой воле человеческой. С бесконечным снисхождением к слабостям человека с любовью, превосходящею разумение (Еф. 3, 19), от которой возгорались сердца людей, Он обратился к ним, чтобы просветить их истиной, освободить от страха бесовского, очистить от злой сатанинской воли и привлечь к доброй воле Божьей, избавить их от колебаний между Богом и сатаной.
Он хотел сделать их детьми Света, а не рабами тьмы. Он хотел осветить им путь к вечной жизни и Царству Небесному.
Такие семена сеял Сеятель небесный, и скоро настала жатва. Сначала за Ним последовали 12, потом 70, затем 500, вскоре пять тысяч, эти числа упомянуты в Писании, а другие, которых были сонмы не упоминаются. Делатели Божии умножались , умножалась и Жатва Господня, умножались плоды.
Христос пришел, чтобы изменить одну из трех воль, одну из исторических реальностей – волю человеческую, а не Божию и даже не сатанинскую. Ибо две последние - неизменны. Человеколюбивая воля Божия и человеконенавистническая воля дьявольская не требовали изменения. Он пришел ради триумфа человеколюбивой воли Божьей и ради поражения воли дьявола. Его воля пала на период гниющего «мира Римского» (Pax Romana” – авт.), когдавесь мир во зле лежал, и сатана считал, что владеет всеми царствами мира и может предлагать их каждому, кому захочет. И он предложил их Христу.
Вы слышали с амвона проповеди о том, что Христос совершил перелом в истории человечества. В чем он заключается? В том, братья мои, что Он явился как Законодатель и Закон истории, чтобы сместить баланс в пользу Бога и человека, в ущерб и убыток дьяволу.
От пришествия Христа и время ускорилось. Стало оно быстротечным: тысяча лет - короче дня. И пространство утратило значение. Человек освободился от оков времени и пространства. Отныне все не важно, важны только Жатвы Господни.
Ускорен ход истории, ускорено развитие событий. До Иоанна Предтечи - одно, после Иоанна Предтечи - другое. Пришествие Христа завершило прежний, медлительный ход истории, его сменил новый. Крылья заменили деревянные неуклюжие колеса истории. Закон и пророки, все, что было лучшим в древние времена, действовали только до Иоанна Крестителя, а с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него (Лк. 16, 16).
Все изменения в жизни людей, в личной и общественной, все в Его власти. Руки Его крепко удерживают колесо истории. И да не дерзнет никто встать пред колесницей Его, ибо Он Тот, о Котором пророчествовали древние прозорливцы:спешит грабеж, ускоряет добыча (Ис. 8, 1), иными словами, скор на пленение дьявола и на избавление людей из рабства бесовского.
Все у Него стремительно. Стойте на страже, ибо не знаете, в который час будет Господь ваш… Он еще не ушел, но уже говорит о Своем скором возвращении, потому что для Него все быстро, все близко, для Него, Господина дней и столетий. Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною (Откр. 22, 12). Се, стою у двери и стучу (Откр. 3, 20).
Апостолы Его тоже спешат и торопят: Последнее время (1 Ин. 2, 18);братия, время уже коротко ( 1 Кор. 7, 29); не оказался бы кто из вас опоздавшим (Евр. 4, 1); доколе есть время, будем делать добро всем (Гал. 6, 10); я бегу (1 Кор. 9, 26). Все быстро, неудержимо, стремительно. Все начеку, в ожидании Его, в приготовлении к встрече с Ним.
И жатва за жатвой переходит в небесные житницы Его. И кажется, что Он только вчера был с нами и будто завтра придет вновь.
Он меняет обстоятельства согласно своему замыслу, чтобы умножить жатву. Словно ветхие ладьи отбрасывает Он цивилизации, и заменяет их новыми. Ему нужна личность; Ему нужен человек, все остальное для Него второстепенный, дополнительный инструментарий.
Он посадил доброе древо и собирает с того древа добрые плоды, а плоды - души человеческие.
Так-то, честные братья, одна логика у истории, один закон и один законодатель.
Я назвал вам Его имя. В том имени – все.
ЖАТВА ЧЕТВЁРТАЯ
Новые книги – новые жатвы.Непостоянен человек во зле, непостоянен и в добре. Непостоянство во зле и возврат к добру - похвально. Но непостоянство в добре – к порицанию и печали. Это одна из причин, думается нам, по которой премудрый Господь сократил долгий век праотцев, чтобы злые, видя частую смерть других, убоялись своей близкой смерти и предстоящего Суда, а добродетельные ободрились, зная, что у них хватит терпения в страданяих творить добро. Только бы жатва умножилась…
В конце первого христианского тысячелетия Византия, и Рим слишком увязли в земных заботах и наслаждениях и неохотно отзывались на зов Царя на брак Сына Его, слишком фамильярны стали они с Христом. В своем вызывающем высокомерии по заслугам своих праведных Отцов перед Христом, они позволяли себе непозволительное в пристутствии Его и во имя Его, и не только в частной жизни и политике, но даже в Церкви. И не отзвывались они на приглашение Царя. Не отзывались…
