яркую, полную тепла улыбку.
Всё ещё напуганная девочка сильно поджала губу, не смея с этим мужчиной разговаривать.
— Держи, — снова заговорил демон. Двинул пальцами как искусный фокусник, а в его ладони появилась небольшая монетка из чёрного металла. — Пускай твоя мама купит тебе новую, ладно?
Он просто хотел расплатиться за испорченные продукты. Из вязаной сумки точно что-то вытекло. Вот только девочка перед ним всё ещё была в ступоре и не приняла эту монетку.
Впрочем, он тут же заметил, что она странно на неё глянула. Казалось, что девочка перед ним эту монетку не узнала.
— Тебе не нравится? — ещё теплее улыбнулся демон.
— А что это?.. — всё же заговорила та, переставая чувствовать опасность и поддаваясь его тёплому голосу.
— Когда-то давно она больших денег стоила, знаешь? — хохотнул тот, обрадовавшись начавшемуся общению.
— Правда?
— Ага.
— Я не могу взять её, — тут же замотала головой девочка. Для неё брать в руки что-то столь дорогое могло бы быть ещё опасней, чем остаться без денег.
— А ты очень умная, да? — продолжал улыбаться тот. — Тебе хорошо живётся?
Он невзначай спросил. Казалось что так, просто, между делом.
— Хорошо, — снова ответила та. — Нас с мамой никто не обижает.
Это была правда. Она знала своё место и пока не делала, что не следует, то жизнь её была очень неплоха.
— Это хороший город? — в очередной раз улыбнулся тот. — Тебе нравится?
— Да, — снова кивнула девочка. — Королева нас защищает! Нам всё нравится.
— Королева защищает вас? — переспросил тот.
Ну а девочка, окончательно утратив чувство тревоги, поднялась на ноги и отряхнула юбку.
— Вы недавно приехали? — спросила она.
— Да, — негромко ответил демон. — Никогда не был тут, но чувствую словно домой вернулся.
Его голос был очень негромким, но даже так девочка услышала в нём волнительную дрожь. Даже стеклянные глаза этого демона, кажется, стали слегка мокрыми.
— Мама говорит, что теперь всё хорошо будет, — проговорила девочка. — Демонический Бог вернулся. — А затем её голос совсем тихий стал. Она почти на заговорщический шёпот перешла. — А ещё говорят, что демоны и люди не враги больше. Здорово, правда?
— А? — переспросил демон, и его тёплый взгляд тут же похолодел на два порядка. — Не враги?
— Ну… — смутилась девочка. — Первый вассал королевы — человек, — неловко проговорила она, ухватившись за платьице. — Да ещё и очень сильный. Теперь все нашу Королеву слушают…
— Хах… — усмехнулся тот, опуская голову.
Его разум на пару мгновений просто опустел.
— В каком смысле? — проговорил он. — Что произошло здесь? Расскажи мне больше!!
Глава 4
— Да что за бред?
В какой мир он сейчас попал? Он точно к своим сородичам вернулся?!
Война с людьми была, но осталась только в памяти стариков, которые рассказывают о ней как о жутковатой сказке, созданной пугать детей. Все только о себе думают. Он вышел в мир и увидел демонов, которые озабочены только собственным животом, комфортом и весельем.
— Что стало с нашей расой?
Оглянувшись по сторонам, он увидел город. Всех демонов в нём, но кажется из него стремительно исчезли все сородичи.
— Это она с нами сделала?.. — не мог он не задать очевидный вопрос.
Вернувшись на площадь он замер перед вратами, ведущими в прошлое демонической расы. В тот мир, который они потеряли и о котором, кажется, на этой земле уже и не помнят вовсе.
— Точно она… — Врата были закрыты, он это знал. Он так же знал, что закрыты они были именно этой женщиной.
Она получила наследие их господина. Великий правитель погиб, спасая народ, и его наследие, так вышло, раскололось на две части.
Она были той, кто взял себе оставленную на этих землях половину. И вот как она ей распорядилась. Забыла заветы. Забыла ту ненависть. Водит шашни с людьми. Она совершила немыслимое. Отдала одну душу какому-то мерзкому созданию. Священную душу, рождённую из наследия Демонического Бога!
— Раз она смогла закрыть врата, то кольцо господина у неё, — заключил демон, коснувшись пространственных врат правой рукой и ощутив пальцами небольшую выемку.
Он был действительно зол. Он просто не мог понять, каким образом эта дрянь решилась перечеркнуть прошлое всей демонической расы.
— Если так, то и эта вещь тоже должна быть у неё, верно?..
Оторвав руку от мёртвых пространственных врат, демон бросил враждебный взгляд на дворец, где должен жить сильнейший на свете Демонический Лорд.
— Похоже придётся забрать её силой, если придётся!!
— Блин…
Работа во дворце Лорда была очень ответственной и нудной. Не смотря на то, что Лилиан всю жизнь была женой Короля Демонов, она не знала как с этим управляться. К дворцовым делам её никто не подпускал, её никто не учил всем этим заниматься.
Она подменяла свою дочь. Старалась сделать, что можно, но за прошедшее время слишком утомилась.
Вновь отложив бумаги, она закрыла глаза и помассировала веки. Нежно прижала их двумя пальцами, пытаясь снять накатившую усталость.
Давно сидя одна, в очень большом, хорошо обогретом, но таком холодном кабинете, она ни раз ловила себя на мысли, что она не против вот так работать. Работать допоздна было её решением, только так она могла гнать от себя липкое чувство одиночества.
Она часто свою дочь вспоминала, ещё чаще ругала её, даже в слух. Но не со зла, разумеется, нет.
Просто так она чувствовала, что всё ещё в этом мире не одна.
Её воссоединение с дочерью было внезапным. Болезненным, даже немного пугающим. Но кончилось всё тогда неприлично хорошо. Она долго не верила в это.
А когда смирилась, вновь ощутила, что такое быть рядом с семьёй. Вновь, на мгновение, окунулась в прошлое. Вновь ощутила себя живой и хоть кому-то нужной. И тут же снова потеряла это.
Так было нужно.
Но очередная разлука давалась ей, на самом деле, очень тяжело. Примерно так же, как тогда, в прошлом, когда она должна была разлучиться с мужем.
Смотря на уже подрагивающий от недостатка энергии осветительный камень, Лилиан всё ещё не хотела уходить. Положила руку на краешек стола. Двинула её медленно вперёд и кончиком пальца прикоснулась к деревянной рамке. Коснулась портрета, стоящего перед ней на столе.
Рисунка семьи, оставленного на коже вольным художником. Они в городе его сделали. Давно, казалось с того времени бесконечное множество зим прошло.
С портрета ей улыбалась маленькая девчонка лет семи. Корчила рожи, пока художник её зарисовывал. Взрослый мужчина, даже через года держащий на себе лик уважаемого феодала и, в то же время, смущающегося от этой ситуации отца. Ну и она сама тоже смотрела на
