Я слышал, что существуют дамы, которые любят доставлять… гм, болевые ощущения, но я никогда не был фанатом подобных извращений.
— Вот тебе, вот! Получай! Неадекватный!
— А-а-а!
Послышался хохот, быстрые шаги, из холла донесся веселый голос друга.
— Рич! Ты здесь?
— Спаси! — только и смог выкрикнуть, как по голове снова прилетело, на этот раз еще сильнее, и моя бедная головушка закружилась, посылая мне отчетливое сообщение, о том, что долго я не продержусь.
— А что здесь происходит? — удивленно протянула Ева.
— Кто пригласил оборванку?! — взвизгнула Майя и прижалась к Диго, словно это ее только что оприходовали поварешкой.
Адам оттаскивал рычащую девушку и усадив ее на диван, попытался выхватить поварешку. Не тут то было! Растрепанная девчонка вцепилась в нее мертвой хваткой, словно это был какой-то драгоценный скипетр в самом деле.
— Все! Я ухожу! Хватит с меня! — рыженькая вскочила и тут же села обратно под моим испепеляющим взглядом и давлением Адама, придержавшего ее за плечи.
Ситуация принимала комедийный характер. Адам во все глаза смотрел на девушку, наши гостьи громко перешептываясь обсуждали ее грубые старомодные туфли. Диго единственный кто казался безразличным, он пританцовывая доедал тарелку сыра, полностью игнорируя происходящее, видимо он решил, что это какое-то представление.
— Ты кто такая? — потер ушибленную голову и отошел на безопасное расстояние, на всякий случай, а то кто ее знает, симпатичная, но точно бешеная.
— Оливия! Повариха! Вот, - девчонка бросила исписанную бумажку на стол и обвела нас взглядом волчонка, готового до последнего бороться, словно ее жизнь на кону не меньше.
“Требуется кухарка…” — прочитал я первую строчку и взглянул на Оливию. Слишком молода для повара, таких в центре занятости обычно не отправляют в очень богатые дома.
— Эта вакансия давно должна быть в архиве, у нас уже есть кухарка, — присел в кресло и поморщился. От малейшего телодвижения голова начинала болеть, но хоть зрение окончательно восстановилось. Дикарка!
— Как… в архиве? А вы кто вообще? Мне бы с хозяином поговорить!
— Я хозяин, — вскинул подбородок блеснув глазами от удовольствия, наблюдая как расширяются глаза девчонки, наполняясь ужасом от осознания, того, что именно сейчас произошло и черт, мне нравилось это ее выражение лица.
— Но ты не расстраивайся, — вдруг подал голос мой брат и опустился на диван рядом с ней. Улыбнулся и отвесил поклон, пошатнувшись при этом. — Мы берем тебя на работу, берем. Только младшим поваром, потому что Анисию ты заменить точно не сможешь.
— Диго! — прервал его я и кивнул на дверь и давая понять, что этот вопрос я не собираюсь обсуждать при всех и ему стоило поговорить со мной, прежде чем разбрасываться пустыми обещаниями.
Когда мы вышли я набросился на брата.
— Ты что удумал?!
Нет, правда, он перепил что ли?
— Все нормально я удумал, — заплетающимся языком ответил Диго и икнув, облокотился о стену. — Ну сам посуди, наша Анисия хорошая, не спорю, но с ней же договориться невозможно! Ты как долго еще собираешься есть перловку или овсянку? Мне она поперек горла уже стоит! Переубедить повариху в том, что полезно - далеко не значит съедобно практически невозможно, сам знаешь сколько мы пытались! Они с маменькой вдвоем воюют одним фронтом за здоровое питание и диеты, против даже вдвоем мы не выстоим, а тут такой шанс! Так мы эту Оливку, или как ее, поставим у плиты когда нам надо и все, будет у нас другое меню и отсутствие овса. После того, что она вытворила, точно будет молчать и готовить!
Надо признать, логика в словах брата была. Наша жизнь могла быть идеальной, но ее портила Анисия со своими полезными кашами. А девчонка вон какая бойкая, ее даже наша кухарка не сможет убедить что овсянка это хорошо, ну а мы с братом уж постараемся над составлением нового меню, надавим где надо, где-то польстим...
Только грязненькая она какая-то, простая. Ну ничего, это поправимо, не жениться ведь мне на ней в самом деле, а мыла в доме полно! Отмоем!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ладно, согласен. Только давай быстрей ее оформим, спать хочу не могу, она мне чуть голову не разбила этой фиговиной.
— Это поварешка.
— Да плевать, хоть дуршлаг! — я шагнул в гостиную и опершись о спинку дивана, взмахнул рукой. — Ты принята! Помойся, спальня на втором этаже крайняя справа. Сейчас уже поздно, все вопросы решим завтра.
Девчонка хлопала глазищами и раздражала меня этим еще больше. Оглохла что ли? Сидит, оружие свое из рук не выпускает.
— Эй? — Адам махнул рукой перед ее лицом. — Ты принята!
— Я слышала, — уже более спокойно произнесла Оливия и поднявшись, быстро отошла от нашей компании.
— Иди, Диго закроет спальню на ключ, уж извини, мы тебя видим впервые. Завтра с утра откроем и разберемся с трудоустройством.
Рыженькая кивнула, неверяще осмотрелась и упершись взглядом в входную дверь замерла на минуту. На ее лице читалось сомнение, кажется, она готова была уйти, но что-то останавливало.
— Доброй ночи.
Упорхнула наверх и брат пошел следом. Я повернулся к шокированным девушкам.
— Приносим извинения, — развел руками и принял бокал от Адама. Одним глотком осушил его и прикрыл глаза. Вот, сумасшедшая! Кто вообще в первый день работы избивает потенциального работодателя?!
— Ты почему ее не прогнал? — пискнула Ева.
— Потому что, — я пожал плечами. Сам не знаю, почему. Из-за овсянки конечно же, и потому что брат попросил, разве могут быть какие-то другие причины?
— Забавная она, — задумчиво произнес Адам.
— Ничего в ней забавного! — фыркнула Майя и повернулась ко мне за помощью, словно ожидая, что я скажу сейчас о девушке какую-то гадость.
— Простушка, но может хоть готовить умеет, — подтвердил я.
— Рич, она может и простая, но тебе бы с ней все равно ничего не светило. Девчонка явно с улицы, а ты к ней приставать поди стал сразу? - выдал Адам и многозначительно усмехнулся.
— С чего ты взял?
— Да брось, не верю что она просто так на тебя набросилась, — друг залпом допил бутылку игристого и засмеялся над чем-то известным только ему. А во мне всколыхнулась обида.
— Ой, неужели какая-то оборванка дала нашему богатенькому Ричу от ворот поворот? — удивленно промолвила Ева и уставилась на меня во все глаза, а Майя начала так противно и гаденько хихикать.
— Спорим, она через неделю сама будет молить меня о поцелуе? — прищурившись окинул девушку выразительным взглядом. А Оливия у меня еще получит свое… Никто не имеет права выставлять меня посмешищем!
— На что спорим? — тут же оживилась Майя и вскочив, заходила по комнате. — О, придумала! Ты отдашь мне то зелье, которое тебе подарили на двадцатипятилетие!
— Что? Нет конечно! — вспыхнул я. Зелье молодости отдать ей? За просто так?!
— Боишься проиграть? — подлил масла в огонь Адам и все дружно захихикали.
— Вот вы черти, — выплюнул я недовольно. — Ладно, ладно! Но если я выиграю, Адам признается в любви моей невесте и вскружит ей голову, чтобы она сама расторгла помолвку!
Через минуту гробовой тишины все снова заржали, а вот мне не было весело. На кону стояло зелье молодости, единственный бутылек в этом мире изготовленный за огромные деньги из порошка неофитового камня, который отец нашел в детстве и то совершенно случайно. Зелье хоть и принадлежит мне, но если я его отдам Майе, родители с меня шкуру спустят.
Но если я выиграю… это решит многие проблемы, осталось совсем немного - влюбить в себя нищую неопытную глупышку, что может быть проще?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 5
Оливия
Дверь за мной в комнате захлопнулась, а я вздохнув села на постель, наконец решившись выпустить поварешку из рук. Затем подумала еще раз и решила ее запихнуть под подушку, плевать что неудобно, зато точно спокойнее.
