вновь превращаюсь в ворона и улетаю прочь.
И тут я слышу возле себя шелест крыльев. Нет, не моих. Я сразу узнаю её. Птица, летящая со мною рядом, это Мелоу. Увидев её, я мысленно улыбаюсь и приземляюсь где-то на окраине леса, а после становлюсь вновь человеком. Она следует моему примеру.
Единственное изменение в ней, которое я замечаю, это линзы. Вместо её больших голубых на меня смотрят блестящие фиолетовые глаза. «Девушке очень идёт», – решаю я.
– Привет, – первым начинаю я.
– Привет, – как-то смущённо отвечает Мелоу, посмотрев на меня.
Повисает неловкое молчание на некоторое время.
– Давно не виделись, – улыбнувшись, произношу я.
– Я ждала тебя, Эиджи, – вздохнув, быстро говорит она с небольшой грустью.
– О, правда? Я рад, – отвечаю я, и после этого снова повисает молчание. Я не знаю, что сказать, но потом вспоминаю, зачем я здесь и продолжаю, – Мелоу, прости меня. Я очень сожалею, что ты не пошла на выпускной. Тебе не нужно было ждать меня, а пойти с кем-то другим.
– Но я не хотела с другим, только с тобой, – тут же тихо произносит девушка, опустив взгляд.
– Я знаю, что подвёл тебя, – начинаю говорить я, и девушка смотрит на меня. – Ты мне помогала во всём, была моим хорошим другом, а я же не смог исполнить единственное, о чём ты меня попросила. Прости, Мелоу, такого неблагодарного придурка, как я, – искренне и с полной серьёзностью произношу я, показав рукой на себя.
Девушка снова вздыхает, но я замечаю, что уголки её губ затрагивает едва заметная улыбка.
– Я уже давно простила тебя, Эиджи. Я очень долго жду тебя, – смотря пристально на меня, говорит она. – Я всё вспоминаю наши летания вдвоём по небу. Помнишь, как мы летали наперегонки?
– Конечно, ведь я всегда был первым, – отвечаю я и расплываюсь в улыбке.
«Да… Весёлые тогда были деньки», – мысленно произношу я.
– Неправда, – улыбается девушка.
– Тогда мир? – спрашиваю я.
Она сразу положительно кивает.
– Спасибо.
Мелоу опять согласно кивает.
– Пойдем домой, попьём чаю, – уверенно предлагает она.
– Я не против, – отвечаю я.
– Супер, пошли тогда. Дома расскажешь, что делал без меня эти два года.
– Лучше не спрашивай, – проговариваю я девушке, искусно и модно одетой в белое короткое платье, а на ногах, как обычно, чёрные лаковые каблуки.
Снэйккей
Всю ночь я не могу сомкнуть глаз. Не могу перестать думать об Эиджи. Этот очаровательный парень навсегда оставил след в моём сердце. Со вчерашнего дня он занимает все мои мысли.
Когда сегодня я перед школой иду к ворону, его там нет. Как же я пугаюсь. Но потом на моё плечо кто-то садится. Это он.
– Я иду в школу, ворон, пришла сказать тебе об этом. Мне почему-то кажется, что ты меня понимаешь. Ты – мой друг. Мой любимый друг, и я безумно рада, что ты появился в моей жизни. После тебя всё изменилось, – радостно говорю я, глажу его и направляюсь в школу.
Туда я прихожу с некоторым приятным необычным ощущением на душе. Мой друг Раббитмян замечает это.
– Ты сегодня другая, Снэйккей, – выдаёт сразу он мне, лишь взглянув мне в глаза.
– С чего же ты это решил? – всё ещё думая об Эиджи, спрашиваю я непонимающе, словно ничего и не случилось.
– У тебя глаза прямо-таки светятся. И выглядишь сама как-то рассеянно, – говорит Такеши, чем ещё больше приводит меня в замешательство.
“Я этого как-то и не заметила”, – мысленно говорю я.
– Правда? – задаю я вопрос другу.
– Да, – согласно кивает он. – Что случилось в твоей жизни? Давай, рассказывай, – сложив руки на груди и выжидающе посмотрев на меня, проговаривает он.
– Ничего не случилось, – быстро произношу я, сама уже сгорая от стыда из-за вранья.
– Ты никогда ничего не скрывала от меня, – надув губы, Раббитмян делает небольшую паузу, а после продолжает, – значит, это единственное, о чём я сейчас думаю, – заканчивает говорить он, нахмурившись.
– И что же это, по-твоему? – спрашиваю я, нервно теребя свои пальцы.
– Любовь. Признайся, Кей, ты влюбилась? – прищурившись, произносит он.
Влюбилась ли я? Вот ответ: да.
Но этого я Такеши пока не сказала, свалив моё состояние на то, что не выспалась. Но он, конечно же, не поверил.
– Да, не выспалась, и поэтому так счастлива, – сухо бормочет он. – Ладно, не хочешь говорить, не надо.
– Обиделся?
– Нет… Но это пока, – слегка улыбнувшись, проговаривает он и уходит прочь.
Я знаю, что плохо поступаю с этим симпатичным высоким кареглазым блондином в очках. Он – мой лучший друг. Раббитмян хорошо меня знает, и он прав, это впервые, когда я ему что-то не рассказываю.
Я догоняю его.
– Подожди! Я тебе расскажу всё сегодня в столовой. Ты только не обижайся.
– О’кей, буду ждать, – он улыбается, и, несмотря на это, мне кажется, что Такеши не очень рад этому.
Я оказываюсь права. Он только делает вид, что обрадовался, когда я ему всё рассказываю. Раббитмян думает, я не увижу этого. Но я тоже хорошо его знаю, поэтому и заметила.
– Почему ты расстроен, Такеши кун? – тронув его за руку, спрашиваю я, глядя прямо в его глаза.
– Я… – начинает он, замявшись. – Я не расстроен, с чего ты взяла? – опустив голову, проговаривает Раббитмян уже уверенней.
– Ты не рад этому? – проигнорировав его вопрос, продолжаю выпытывать я.
– Я рад. Конечно же, я рад. Ты счастлива, а это – самое главное для меня. Просто… это так неожиданно, поэтому я и растерялся, – быстро отвечает Такеши, провожая меня домой.
Глава четвёртая, в которой я узнаю про прохождение испытаний и про папу
– Девочка моя, каждая девушка, когда ей исполняется восемнадцать лет, и мужчина, когда ему двадцать семь, должен пройти несколько испытаний. Проходить их нужно для того, чтобы доказать, что ты заслуживаешь быть и человеком, и змеёй, – говорит с волнением бабушка, а мама кивает мне, затем подходит и крепко обнимает.
– Какие испытания? И что будет, если я их не пройду? И почему в школе об этом нам не рассказали? – одновременно с огромным интересом и с беспокойством спрашиваю я, всё ещё переваривая новую информацию, и целую маму в щёку.
– Испытания никто не знает какие будут. У всех они отличаются. А что насчёт последнего твоего вопроса, так это обычай такой. Обычно рассказывает семья, – быстро отвечает бабушка.
– Ты пройдёшь испытания, милая, – пытается спокойно проговорить мама, но я улавливаю тревогу в её голосе.
– А если не пройду, – произношу я больше как утверждение, а не вопрос, и на пару секунд задумываюсь, – я буду только человеком? Потеряю способность превращаться в змею?
– Если бы было так, но нет. Ты останешься змеёй навсегда, – быстро выпаливает мама, начиная нервно теребить пальцами.
– Я… – от маминых слов я поначалу слегка растерялась. – Я останусь змеёй? – произношу я, глубоко вздохнув.
«Неожиданный поворот», – мысленно говорю я.
– Да, милая, но ты не волнуйся, всё будет хорошо, – говорит успокаивающе мама, снова обняв меня.
И внезапно я начинаю понимать.
– Мам, а папа не прошёл их,
