Читаем без скачивания Люди неба (пер. О. Кутуминой) - Пол Андерсон

Теперь площадь обезлюдела, она лишь усеяна убитыми и ранеными. Локланн прохаживался, разглядывая последних. Тех, кто не был ранен слишком сильно, тащили в собор. Сейчас надо было собрать всех, кто мог сгодиться в рабы, а если что, прикончить никчемных можно было и позднее.

Издали донесся глухой звук.

— Пушки, — заметил подошедший к нему Робра. — У армейских казарм.

— Ладно, пусть артиллерия позабавится, пока наши ребята с ней не разберутся, — сардонически разрешил Локланн.

— Конечно-конечно, — поддакнул Робра, — Он выглядел обеспокоенным, — Жаль только, что от них нет известий. Нет ничего хорошего в том, чтобы просто так стоять.

— Это долго не продлится, — заверил Локланн.

И он был прав. К нему подбежал гонец со сломанной рукой.

— Штормовое облако, — выдохнул он. — То большое здание, куда ты нас послал… полно вооруженных шпагами… Они встретили нас у дверей…

— Надо же… А я-то думал, что это всего-навсего королевский дворец, — удивился Локланн. Он расхохотался, — Может, у короля бал? Ладно, пойду-ка я сам посмотрю. Робра, ты здесь за старшего.

Он взял с собой человек тридцать. Они понеслись по пустым улицам, в тишине, нарушаемой лишь их топотом да перезвоном оружия. Обыватели, должно быть, попрятались в ужасе за стенами своих домов. И хорошо, их будет проще оттуда выковыривать потом, когда бой закончится и начнется сбор трофеев.

Раздался рев голосов, Локланн и его люди в последний раз завернули за угол. Перед ними высился дворец, старинное здание под красной черепичной крышей, с мягкими стенами из известняка и множеством стеклянных окон. Команда Штомрового облака билась у парадного входа. Мертвые и раненые, оставшиеся от последней атаки, густо покрывали лестницы.

Локланн мгновенно оценил ситуацию.

— Эти остолопы не додумались послать отряд через один из боковых входов? — прорычал он, — Джонак, возьми пятнадцать наших ребят и бегом к маленькой двери, чтобы ударить по ним с тыла. Остальные помогут мне отвлечь их. — Он вскинул окровавленный топор. — Каньон! — завопил он. — Каньон! — И войско ринулось за ним на бой.

Последний атакующий отряд откатился назад в крови и без сил. Половина мейканцев стояла в широком проеме.

Это была знать, мрачные мужчины с козлиными бородками и нафабренными усами, одетые во все черное, с красными плащами, закинутыми на левую руку, заслоняющими тело, как щиты, и с длинными тонкими шпагами в правой руке. За спиной у них были другие, готовые встать на место павших.

— Каньон! — вновь прокричал Локланн, бросаясь в бой.

— Да поможет нам Господь! — воскликнул высокий седовласый Дон. Золотая цепь, служившая каким-то знаком его придворной должности, висела у него на груди. Клинок был направлен вперед.

Локланн метнул в него свой топор. Дон ловко откинул его от себя, попав в грудь одного из захватчиков. Но с помощью крепкой пращи Локланн достиг своей цели. Люди Локланна столпились вокруг Дона, тыча в него пальцами. Сам Локланн выбил у врага шпагу.

— О нет, Дон Мивел, — крикнул юноша недалеко от кальде, который застонал, выбросил руки вперед и каким-то образом выхватил у Локланна его топор с неожиданной силой. В его глазах Локланн прочитал смерть. Дон Мивел поднял топор. Локланн выхватил пистолет и уложил его наповал.

Когда Дон Мивел падал, Локланн подхватил его, сдернул золотую цепь и накинул на собственную шею. Выпрямляясь, он почувствовал сильнейший удар. Чья-то шпага пронзила его шлем. Подобрав свой топор, он крепко поставил ноги и пошел рубить напропалую.

Линия обороны смешалась.

Из-за спины Локланна раздались крики. Повернувшись, он увидел сверкание оружия над головами своих людей. С проклятьями он подумал, что во дворце оказалось больше людей, не только те, кто оборонял эти ворота. Остальные выскочили через здание двери и теперь обошли со спины его самого.

Его что-то ткнуло в бедро, и, хотя Локланн ощутил лишь укол, его захлестнула слепая ярость.

— Чтобы вам в новой жизни родиться свиньями! — прогремел он. Сам того не замечая, он покачнулся, накренился и случайно увидел бой.

Вновь прибывшие были, в основном, из дворцовой стражи, судя по их униформам веселой полосатой окраски, пикам и мачете. Но у них были союзники — около дюжины мужчин, каких Локланн никогда не видывал, и ему не приходилось ни о чем подобном слышать. У них были темная кожа и черные волосы, как у индейцев, но чертами лица они больше напоминали белых. На этих странных людях были лишь полотнища, намотанные вокруг бедер, да на головах — венки из цветов, а их тела покрывали прихотливые голубые узоры. Они размахивали кинжалами и дубинами со зловещей ловкостью.

Локланн разорвал штанину, чтобы осмотреть свою рану. Она была несерьезна. Более серьезным был бой, разворачивавшийся вокруг его людей. Он увидел, как метнулся Морк сынна Бренн, целясь шпагой в одного из темных незнакомцев, крупного мужчину, который добавил к своей юбке блузу из дорогого по виду материала. Морк точно убил дома четверых в честных боях, а уж скольких уложил в походах, не мог бы сказать и он сам. Темнокожий стоял наготове, зажав меж зубов кинжал, со свободными руками. Когда Морк ударил шпагой, темнокожего просто не оказалось на месте. Улыбаясь, с ножом в зубах, он перехватил рукоять шпаги вместе с запястьем нападающего. Чужеземец ударил его по адамову яблоку. Морк рухнул на колени, выплевывая кровь, скрючился и затих. На темнокожего бросился другой человек Неба с топором наперевес. Тот снова уклонился от удара, захватил в движения тело нападавшего за бедро и что есть сил толкнул его вперед. Человек Неба грохнулся головой о мостовую и больше не шелохнулся.

Теперь Локланн заметил, что вновь прибывшие образовали кольцо вокруг тех, кто не дрался. Женщины. Он был готов поклясться всемогущим Октаи и пожирателем людей — Улагу, что эти ублюдки выводят из дворца всех женщин. А битва с ними не клеилась, нападавшие разбрелись кто куда, зализывая свои раны.

Локланн побежал вперед.

— Каньон! Каньон! — орал он.

— Руори Ранги Лоханнасо, — вежливо сказал крупный чужеземец. Он отдал несколько распоряжений. Его отряд двинулся прочь.

— Бейте их, вы, мразь! — ругался Локланн. Арьергард пиками отогнал их назад. Локланн бросился к переднему ряду людей, образующих живое заграждение в виде квадрата.

Крупный мужчина заметил его приближение. Его серые глаза на момент задержались на золотой цепи кальде и застыли абсолютным холодом.

— Итак, ты убил Дона Мивела, — сказал Руори на спаньоль.

Локланн понял его, так как во время своих многочисленных грабительских походов перенял этот язык от своих узников и наложниц.