с пульта управления и опустил на пол.
– Нет, правда! – закричала она с пола. – У тебя так хорошо получается с переменой внешности, попробуй еще, а?!
– Не все абукрабики так глупы, как те двое.
– Ты просто работаешь непрофессионально, – сообщила Светка, – земные разведчики и то лучше маскируются!
В нашем мире в таком случае детям запрещают менять цвет, а как наказывают детей в человеческом обществе за подобный тон разговора со старшими, я не знал.
– Кто видел такого большого червяка, каким ты был, да еще с такими глазами? Ты бы еще лапы приделал!
Я хотел закрыть ее в шлюзовом отсеке, но потом вспомнил, что абукрабики могли оставить там контейнер с грушмином.
Грушмин достаточно опасная штука для существ, не владеющих системой мгновенной адаптации, а испытывать на прочность Светин скафандр не хотелось.
– А у Лорки в твоем исполнении волосы почему-то зеленым цветом переливались! А у меня нос курносым получился! Разве у меня курносый нос?!
Я решил сразу предупредить абукрабиков, что, задерживая у себя Светку, они подвергают свою планету серьезной опасности.
– Лучше попробуй, а то я всем расскажу, что патрульные дробь Беты не умеют работать, если не превратишься в моего папу.
Тогда я стал десятилапом с планеты Зеакс, издающим крик голода. Видимо, от злости десятилап получился у меня очень убедительным, потому что Светка тоже изменила цвет: заметно побелела.
Когда я вернулся к своим щупальцам, она попросила тихо:
– Тайфунчик, ты так не шути больше. Попробуй, а?..
Поняв, что отвертеться не удастся, я перевоплотился в ее бородатого папу, но Светке опять не понравилось:
– У тебя борода наклеена криво.
Бороду пришлось сдвигать.
Светлана Дударь
Тайфун также надел скафандр, чтобы ходить в голубом ореоле, и выслушал, хотя с кривой усмешкой, мой вариант легенды:
– Возвращались вечером домой, увидели открытый люк, заинтересовались, вошли, оно полетело…
– Увидели скафандры, заинтересовались, надели? Какие мы с тобой любознательные. Ладно, Светка, хватит играться, возьмешь вахтенный жетон… – на моей руке оказалось нечто невидимое, но теплое на ощупь и плотно приклеилось к коже. – Здесь переводчик, система атмосферного движения и многое другое для неумех вроде тебя. Лицо сделаешь поглупее, лучше, если будешь громко выявлять печаль и тоску по дому…
Над нашими головами раздался треск, а вслед за ним шипение:
– Почему садишься без пароля?
– Папа, а что это шипит? – громко спросила я.
Тайфун кисло посмотрел на меня и ничего не ответил.
Тайфун
Конечно, я мог попытаться вправить мозги этому кораблю, но тогда у нас были все шансы вообще никуда не прилететь. Я еще никогда не ломал чужих кораблей, находясь в дальнем космосе, и, боюсь, уже никогда этим не займусь. Интересно, неужели Абукраб настолько не доверяет своим абукрабикам, что задает программу автоматического возвращения?
Спасибо еще, что Роина не обстреляла нас на подлете, хотя мы садились без подачи пароля. Все-таки Светка везучее существо.
Сразу после посадки на корабль заявились абукрабики. Светка при виде их сдвоенных клешней спряталась за мою спину и закричала оттуда:
– Папа, я боюсь!
– Это лазутчики, – прошипел один абукрабик другому.
Я чуть было не зашипел в ответ, но вовремя вспомнил, что по легенде не должен знать местного языка, и сказал на человеческом:
– Приветствую братьев по разуму!
– Что он болтает? – спросил один абукрабик другого.
– Не знаю, я не взял своего переводчика.
Тут вдруг Светка выскочила из укрытия, схватила абукрабика за клешню и закричала: «Здрасьте!»
Абукрабик клешню отдернул и враз оказался на стене.
– По-моему, их надо истребить, – прошипел он оттуда.
Второй абукрабик попятился:
– Они похожи на существ Незнакомого мира. Надо доложить Абукрабу!
После этой встречи нас под усиленным конвоем переправили к Абукрабу.
Светлана Дударь
Абукрабики мне не понравились, Тайфун со своими щупальцами выглядел гораздо симпатичнее, чем эти тараканы с клешнями. Мама, наверное, упала бы в обморок при одной мысли о возможности существования таких чудовищ: она очень боится разных насекомых.
Тайфун старался вести себя по-человечески, хотя борода все время норовила сползти набок, и он периодически ее поправлял.
Прибежали еще три абукрабика. Все в шлюзовом отсеке не поместились, поэтому один остался снаружи, а двое начали помогать выводить нас из корабля. «Выводить» – это только так говорится, а на деле они попытались засунуть нас в мешок. Тайфун разозлился, забыл, что он «мой папа», и щелкнул абукрабиков разрядом. Не понимаю, как таких невыдержанных… осьминогов принимают в патрульные.
Абукрабики сразу засуетились, бросили свой мешок и устроили совещание. Пока они шипели, мы с Тайфуном добровольно вышли из корабля, изрядно напугав караульного абукрабика.
Роина оказалась такой же невзрачной планетой, как ее обитатели: серое небо с низкими черными тучами, грязно-желтая равнина с редкими клочками каких-то изломанных кустов и перекошенно-кубическое сооружение в двух шагах от корабля.
Корабль на этом фоне казался дворцом из хрусталя и слепил глаза отблесками на своих боках.
– Потому что оболочка из ультуны, – шепотом пояснил Тайфун.
С негодующим шипом из корабля высыпали абукрабики, они размахивали клешнями и топали, как толпа перепуганных страусов. Запихивать нас в мешок больше никто не пытался, к подъезду подали карету, извините, подогнали какой-то танк, и предложили сесть.
Едва мы сели, танк рванул с места, а абукрабики, шустро перебирая лапами, пристроились сзади., Тайфун немного нервничал, все время пытался взлететь над сиденьем, потом спохватывался и опускался обратно.
Так мы довольно быстро подъехали к высоченной башне, увенчанной перевернутой тарелкой, а в целом очень напоминающей гриб-поганку. Видимо, это и была резиденция Абукраба.
Тайфун
До самого последнего момента мне не верилось, что Абукраб снизойдет до встречи с нами, уж слишком много легенд ходит о нем во вселенной.
Лифт вознес нас на самый верх башни, откуда отлично просматривались окрестности до самого космодрома, абукрабики вытолкнули нас из кабины.
Изнутри башня казалась прозрачной, что создавало ощущение зависания в атмосфере. Под ногами виднелись сложные конструкции, расположенные на нижних этажах. Я узнал энердетаксель, думи-2, остальные из-за расстояния слились, и распознать что-либо не было возможности. Подняв голову, можно было наблюдать за поведением облачного слоя Роины. Очень удобно.
Пока я разглядывал окружающее, Светка села на пол и зажмурила глаза.
– У меня голова закружилась, – сообщила она жалобно. – Я высоты боюсь.
Час от часу нелегче. Пока я раздумывал над этим обстоятельством, тоненько запел лифт, и от самой поверхности к нам понеслась черная точка.
– Абукраб едет, – сказал я.
Светка приоткрыла один глаз, глянула вниз и тут же закрыла:
– Я хочу домой, Тайфунчик.
Тогда я тоже сел на
