Читаем без скачивания Судьбы людские. Любимый Иркутск. Книга вторая - Сергей Ленин

В ответ Толян достал свой гроссбух и начал сверять данные Миши:

– Да, я подтверждаю, что ты, Миша, вчера сдал пять рублей и семьдесят три копейки.

Миша сиял. Как ловко он смог «отшить» Толика. Миша был очень педантичным, мы его считали жадным. Часто перехватывали, занимали в столовой у него пару копеек.

Денег мало, вот и спрашиваешь у кассира в столовой: «Сколько стоит картофельное пюре»?

В ответ: «Шесть копеек порция».

– «А подлива сколько стоит»?

– «Бесплатно».

– «Тогда мне две картошки и побольше подливы».

В кармане только десять копеек и просишь у Мишки, он стоит в очереди рядом: «Миша, займи две копейки». Он всегда занимал, не отказывал. Зато назавтра обязательно напоминал: «Серёга, ты мне должен две копеечки»! За это мы его немного недолюбливали и подтрунивали над ним. Но он-то был прав, у него ещё дома забот невпроворот.

Рано радовался Миша, Толика он не «отшил», а наоборот, оконфузился сам. Толик показывает ему список студентов, у которых он вчера собирал деньги, и говорит: «Миша, деньги я вчера все пропил». (Мы узнали потом, что он в пьяном благодушии рассчитался за девчонок с соседнего стола.)

– Посмотри на мой внешний вид, неужели не видно, что мне тяжко? Но всем ребятам из списка я деньги верну, все до копеечки, а тебя, как жлоба, из списка вычеркну.

Наступила зловещая пауза, нервное напряжение нарастало.

– Не вычёркивай, пожалуйста, – взмолился Мишка.

На его испуганных глазах навернулись слёзы. Он преданно и покорно уставился на Анатолия и стал ждать его ответа.

– Ладно, не буду вычёркивать, но с тебя пять рублей до стипендии, понял? – снисходительно рявкнул Толик.

– Конечно-конечно, – залебезил испуганный не на шутку Миша.

И мы пошли похмелять Толика в пивной ларек у рощи «Звездочка». Денег хватило на десятилитровую канистру пива и бутылку водки. Водку мы отправили в канистру, так сказать, женили пиво.

– Пиво без водки – деньги на ветер, – гласит народная мудрость.

Мы восседали на травке. Какой-то парень в восьмой раз рассказывал анекдот, как у одного пьянчуги из ширинки, продрав карман, высунулась голова тараньки (вяленной рыбки). Алкаш недоуменно уставился на неё и говорит: «Ну, чего смотришь, ссы».

И парень начинает в который раз демонстрировать эту сцену. Все умирают со смеху. Приехавшие милиционеры забирают подвыпившую компанию в вытрезвитель. Я в этот раз не пил спиртного и доказывал, что нас должны выпустить, я всех развезу домой. Повезло, нас выгнали из милиции, грозно застращав. Когда мы вышли на улицу, то сразу увидели телегу, запряженную лошадью. Узда её была привязана к большому молодому тополю, стоящему у обочины. Я же обещал милиционерам, что всех развезу по домам. Случай представился. Мы сели в телегу и стали ждать извозчика-кучера. Но он всё никак не появлялся. Ждали долго, уже закончилось всё наше пиво, смеркалось. Заканчивалось и терпение, охота было домой, холодало. Вечерний свежий ветерок предвещал скорый дождь.

Я отвязал вожжи, и мы с песнями, смехом и гиканьем поехали. Лошадь была спокойная, послушная, шла не торопясь. И мы никуда не торопились тоже. Город зажег вечерние огни, они волшебным образом отражались в изумрудной воде Ангары. Её быстрые водные потоки стремились унести эти световые блики вниз по течению, но они сопротивлялись, цеплялись за волны. Отражаясь на гребешках волн, свет преломлялся и причудливым образом, как через грани бриллиантов, разбегался лучиками в разные стороны, переливаясь и играя всеми цветами радуги. От этого казалось, что мы едем в сказочном и загадочном мире, продираясь через вечерний туман. Погода начинала меняться, и клубы тумана, вынырнув из-под Ангарского моста, завихрялись под проходящим встречным транспортом. Встречные машины моргали нам фарами, бибикали в шоферском приветствии. Мы в ответ улюлюкали, махали руками, чувствуя себя равноправными участниками дорожного движения. Проезжая по мосту через Ангару, мы любовались красотой природы, красотой нашего старинного города. Лошадь периодически оборачивала голову. Вожжи были не натянутыми, её никто не подгонял, и она, видимо, не понимала, правильно ли едет. Она за свою жизнь была приучена к управляющим воздействиям от человека – своего хозяина. Она привыкла, и ей нравилось подчиняться воле кучера, выполнять его команды. А тут какие-то непонятные пассажиры орут, поют, галдят и на неё не обращают никакого внимания. Ну, хорошо, что плеткой не лупят, наверное, думала она. Так и шла потихоньку наша кобыла, тихо и смиренно.

На улице Степана Разина, где на трамвайной остановке начинался и заканчивался наш путь в институт и обратно домой, мы слезли с телеги, попрощавшись, каждый пошел к себе домой. А лошадь осталась одна. Видимо, она не знала, что ей делать, и поплелась обратно на то место, где её оставил подвыпивший ямщик. Милиция, которая уже вовсю занималась раскрытием «угона» лошади, с недоумением обнаружила её на прежнем месте. Оперуполномоченные сотрудники внутренних дел отрапортовали о завершении мероприятий и оперативных разработок по поиску лошади и вернули это средство передвижения пьяненькому хозяину-извозчику. Одуревший от счастья, тот стегнул свою кобылу плеткой, и она галопом помчала его по ночному Иркутску.

Следующая история являет собой фантастическое продолжение данного рассказа.

6. Калейдоскоп времён. Путешествие во взаимоотношения полов

Встреча друзей в роще «Звёздочка»

Весна 2017 года, в сибирском городе Иркутске бегут ручьи. Нынче в марте намного теплее, чем было тогда в 1973 году.

Небо голубое, совсем без туч и облаков, чирикают птички. Собаки длинной вереницей промчались вдоль дороги. В их зверином сообществе собачья свадьба. С десяток кобелей бегут за прижавшей хвост сучкой. Каждый из них готов на несколько минут подарить даме любовь. В нешуточном соперничестве за обладание сучкой они злобно переглядываются меж собой. Молодые явно подавляют старых кобелей своей удалью. Но старые кобели бегут за сучкой, гонимые природным генетическим кодом. Им бы полежать на солнышке да погреться, но нельзя никак. Природой приписано: каждому кобелю, для сохранения своего вида, для продолжения своего рода, надлежит осеменить как можно больше самок. И никуда не попрёшь против этой божественной и природной программы. Даже возможные опасности не могут остановить старого и облезлого самца. Его могут, бесспорно, одолеть молодые конкуренты, но он бежит вперёд, и остановить его может только внезапная смерть или обрушившаяся на него немощь нежданная.

А у самки другая генетическая программа. Ей надлежит заботиться о качестве потомства, чтобы оно было сильным, выносливым и живучим. Она подпустит к себе для продолжения рода только самого сильного кобеля, который загрызёт или иным образом победит соперников-конкурентов. Законы природы нарушать нельзя. Ими животные руководствуются безусловно и беспрекословно, иное им просто не дано.

А старые друзья человеческого сообщества встретились за кружкой янтарного пива в злачном месте у пивного ларька, вынырнувшего из прошлого, возле трамвайной остановки «Роща „Звёздочка“», что на левом берегу реки Ангары. Правда, его, этот ларёк, уже к 2017 году давным-давно снесли. Пацаны не виделись давненько, и от этого атмосфера встречи была какой-то особенной, бархатной и доброй.

Машина времени повернула свой калейдоскоп так, что на улице был снова 1973 год. Вот и друзья были молодыми и сильными, а пиво было терпким и вкусным, как в старые былые времена.

Сергею, по прозвищу Ленин, вспомнилось, как его отец со своими друзьями в 1961 году в день празднования годовщины трёхсотлетия города Иркутска на бульваре реки Ангары, который только что получил имя первого космонавта Юрия Гагарина, проверяли качество местного пива по старинному обычаю. Они клали на вздыбившуюся в пивной кружке пену пятикопеечную монету. Пузыри вспенившегося пива были настолько упругими, что они спокойно выдерживали на себе вес пятака. Сергею запомнились эти большие пузыри, они образовывались из мелких пузырьков и по внешнему виду напоминали причудливые перепонки, замысловато переплетённые между собой в большой гранёной кружке. Мужики из шахматного клуба восхищались качеством хмельного напитка и смаковали его, разыгрывая на шахматных досках различные гамбиты. Дали глотнуть пивка и ему, семилетнему мальчишке, совсем немного. Пацан ел мороженое пломбир и сделал глоточек пенистого терпкого напитка, думал, типа лимонад.

«Фу, как горько и невкусно совсем», – подумал тогда Серёжа.

Происходило это событие на кургане напротив старинного главного здания госуниверситета. Там в просторной беседке был летний шахматный клуб Иркутска на берегу Ангары у острова Юности. Сейчас всё изменилось, там расположилась эстрада заведения под названием «Нежный бульдог», чуть левее остатки той сохранившейся возвышенности. А в те далёкие времена мы с пацанами-подростками нашли под курганом замурованный вход в подземную галерею, ведущую в «белый дом» (ныне корпус ИГУ за улицей Карла Маркса). В этом подземелье был белогвардейский схрон законсервированного оружия и боеприпасов. Этот склад и это оружие ожидали своего часа для применения в борьбе с большевиками, да так и не дождались.