посплю.
- А-а, - сказал он. – Ну, ты смотри. Дома-то все лучше спать.
- Это у тебя дома лучше, а у меня точно так же, - сказала я.
Говард хмыкнул, пожал плечами. Собрался было уже уходить, но задержался.
- Кстати, на нашего оборотня еще несколько старых дел раскопали, в пригороде. Там, может, половина и не его, действительно собаки, но сейчас не разберешь.
- И много дел?
Говард вздохнул.
- Штук пятнадцать.
Ох ты ж…
- Понятно… - сказала я. Как-то не весело все это. Неправильно.
- А еще… - сказал Говард, - ты если завтра на работе будешь, у матери парня тоже кровь возьми, надо проверить. Он же не просто так оборотень, это наследственное.
- Думаешь, она тоже?
Говард поскреб подбородок.
- Думаю, отец. У него отец записан как Йозеф Лаубе. Я запрос отправил, проверил, нигде не значится, и ничего на него нет. И главное, Лаубе, это вообще ее девичья фамилия, она не меняла. И единственный Йозеф в семье – ее дед, которому на момент рождения нашего Людвига было под семьдесят. Думаю, родила она без мужа, а деда просто записали… так удобнее. Сюда к нам приехала из Аланты сразу после рождения сына. Так-то, обычное дело, подальше от сплетен… но, может, и не только.
Я кивнула.
- Схожу к ней завтра сама. Может, и поговорить удастся в более неформальной обстановке. Ты мне только Вебера дай для солидности, а то она со мной точно разговаривать не захочет.
- А Вебер что?
- А Вебер размером со шкаф, морда кирпичом, на него глянешь, и сразу понятно, что люди по делу пришли. А то я сама, обычно, впечатления не произвожу.
Говард усмехнулся.
- Договорились, дам тебе Вебера. А так, шла бы ты спать.
Я кивнула.
Но не пошла.
И вообще не спалось как-то, хоть я и пыталась. Так-то я привыкла в подсобке спать, и днем мне ничего не мешало. А то, бывало, я полночи работаю, а днем сплю тут.
Не выходило.
Когда в участке все стихло, все разошли, остался только дежурный, я тихо встала.
Людвиг сидел на полу в своей камере, прислонившись спиной к стене, хотя на широкой лавке у него лежал неплохой матрас. Ему тоже не спалось… Это понятно.
Вздрогнул, поднял голову, когда я подошла.
Молча.
- Не спите, господин Лаубе? – тихо сказала я. Сама не понимала, что хочу сказать и зачем пришла.
Он покачал головой.
- Не спится, - сказал тихо. – А вы почему здесь? Я думал, давно ушли домой.
- У меня тут лаборатория и кровать в подсобке, - сказала я. – Часто остаюсь, когда лень домой идти. Сегодня что-то устала.
- Понятно, - сказал он. – Как вы себя чувствуете после обморока?
- Это не совсем обморок, - сказала я. – Просто магическое истощение. Ничего. Тут нужно просто поспать и все пройдет.
Только я что-то не сплю.
О чем же поговорить хотела? О его матери, о его детстве, о его отце, если он хоть что-то знает. Понять, как вышло это все, когда началось.
- А вас Вебер не сильно пришиб? – сказала вместо этого. - Вы не сердитесь на него, он не хотел плохого, просто инстинкт сработал.
Людвиг улыбнулся, как-то на удивление мягко.
- Все хорошо. Он ведь свою работу делал, вас от оборотня защищал. Я так дернулся…
- Наручники сломал… - сказала я.
- Да, - согласился Людвиг. – Наручники… Как-то они лопнули сами собой… Знаете, у меня вообще-то с физической силой никогда проблем не было. Я еще когда учились контрабасы всегда помогал таскать… Арфу даже… Мне не сложно было. Да и сейчас бывает. Но я и не думал, что это связано…
- Связано, - сказала я. – Оборотни всегда отличаются силой. А вы никогда ничего странного за собой не замечали?
- Нет, - он покачал головой, и как-то фыркнул так, немного горько. – Странного? Вообще-то странного, наверно, всегда хватало, мне все говорили, что я ненормальный и не такой, все делаю не так, слишком увлечен музыкой, больше ничего не замечаю. На вечеринки не хожу, друзей почти нет… не знаю, мне просто не интересно было. Но это ведь все не то?
- Не то, - согласилась я. – И я вот тоже на вечеринки не хожу, но оборотнем от этого не становлюсь.
Он улыбнулся. Улыбка у него такая… не знаю, но прямо сердце колоть начинает. Так неправильно. Все это, что происходит сейчас. Он не похож на чудовище. Слишком не похож.
- Знаете, - сказал он, - я ведь и провалов в памяти никогда не замечал. И вчера, когда крики услышал, я у себя к концерту готовился, играл… Как же я мог успеть вернуться и… все это?
4.2
Он смотрел на меня с надеждой.
- Не знаю, - сказала я. – А помните, та… Матильда сказала, что ее убили не вы, а кто-то очень на вас похожий?
Людвиг фыркнул.
- Человек, который выглядел как я, но не я? Со злыми глазами, от которого пахло иначе? Мне кажется, это какие-то слабые аргументы.
- Да, - сказала я. – Слабые. Не за что зацепиться. А у вас нет брата или другого родственника, или знакомого, который похож на вас? Никогда не встречали? Может просто кто-то похожий?
- Похожий? – он удивился. – Прячется в кустах рядом с моим домом, убивает девиц, с которыми я сплю? Странно это.
- Еще как странно, - согласилась я. – Но, может быть, у вас есть враги? Кто-то завидовал вам и пытался подставить?
- Тоже оборотень? Я бы, наверно, мог бы представить, кто ненавидит меня… в основном из оркестра. Но никто не смог бы сделать такое.
- Про вас бы так тоже никто не смог подумать. Расскажите.
Он покачал головой, чуть скривился.
- Нет, - сказал твердо. – Это все не то.
- Господин Лаубе…
- Нет! – чуть более резко сказал он, жестко, так, что стало понятно, тут я ничего не добьюсь.
И вдруг такая злость разобрала.
- Господин Лаубе, я ведь пытаюсь вам помочь! Найти хоть какую-то зацепку! Вы это понимаете?! Понимаете, в чем вас обвиняют? Убийство нескольких человек! Это однозначно смертная казнь! Вы жить не хотите? Все это на вас повесят! Как вы не
