Читаем без скачивания Оружие Урала - Виктор Мясников

В ходе войны стало очевидно, что огневой контакт в ходе боя проходит на расстояниях до 800 метров. Винтовочный патрон с его убойной дальностью в 2-3 километра слишком избыточен, а пистолетный патрон, обеспечивающий действенный огонь из пистолета-пулемета на 200-500 метров, слишком слаб. Появилась настоятельная необходимость создания нового патрона, по баллистическим данным, массе и габаритам занимающего промежуточное положение между винтовочным и пистолетным патронами.

В 1943 году был принят на вооружение промежуточный патрон, спроектированный Н. МЕлизаровым и Б. В. Семиным. Это открыло новые перспективы в конструировании стрелкового автоматического оружия. С гильзы исчез фланец, что упрощало конструкцию механизма питания. Уменьшившийся пороховой заряд позволил снизить требования к прочностным характеристикам оружия. Оружие могло стать более компактным, уменьшался его вес и вес носимого боезапаса.

Теперь предстояло дать армии современное оружие. В первую очередь самозарядный карабин - легкий, надежный, с большой обоймой. Не забудем, что словом "автомат" в то время повсеместно именовали пистолеты-пулеметы. Например, "автомат ППШ", хотя ППШ - это "пистолет-пулемет Шпагина". На Западе эволюция самозарядной винтовки привела к созданию нового класса стрелкового оружия - штурмовой винтовки. У нас то же самое оружие сейчас классифицируется как автомат.

Практически все советские конструкторы стрелкового оружия занимались в то время созданием самозарядных карабинов. Михаил Калашников тоже принимал в этом активное участие. В 1943 году он разработал 7, 62-мм самозарядный карабин под промежуточный патрон образца 1943 года. Вот как сам написал об этом Михаил Тимофеевич:

"До сих пор помню, как протирал резинкой ватман до дырок, искал решения автоматики, крепления и отделения обоймы, размещение рукоятки перезаряжания. Тут мне "помог" американский конструктор винтовки Гаранд. Его опыт, идею подавания патронов в приемное окно карабина и автоматического выбрасывания пустой обоймы после использования последнего патрона, я, в другой только вариации, заложил в конструкцию и своей автоматики. Необычно разместил и рукоятку перезаряжания - слева. Было и ещё несколько оригинальных решений.

Работа над этим образцом оружия подарила мне радость неожиданных решений в конструировании, стала фундаментом для нового, более качественного рывка вперед. Беру на себя смелость утверждать, что не будь уже готового карабина у С. Г. Симонова, как знать, может, и судьба моего образца сложилась бы по-другому".

Чем же помог молодому русскому конструктору американец канадского происхождения Джон Кантиус Гаранд, автор известной самозарядной винтовки М1 "Гаранд" - "американской легенды", с 1936 года находившейся на вооружение армии США? Калашников взял у Гаранда принцип работы узла запирания с поворотом затвора. Впрочем, эту схему использовали и другие конструктора. Калашников привнес свое - сделал плечо поворота затвора значительно больше, что сразу повысило надежность механизма запирания. Эта схема вот уже полвека служит в калашниковском оружии, потрясая своей надежностью.

А вот чисто гарандовской была идея снаряжания магазина пачками по 10 патронов (у М1 - 8 патронов). После израсходования всех патронов металлическая пачка автоматически выбрасывается наружу из магазина. Но до израсходования всех патронов извлечь пачку и перезарядить магазин американской М1 было невозможно. И случалось, что в решительную минуту в магазине оказывалось всего 1-2 патрона. Они выстреливались, следом с резким звоном вылетала пустая пачка, и противник, прекрасно знавший, что этот звук означает, бросался вперед на фактически обезоруженного американского солдата, ещё достающего из подсумка новую пачку патронов.

В самозарядном карабине Калашникова обр. 1944 года можно было извлечь пачку, нажав на защелку на задней стенке магазина. Принцип автоматики затвора, как у "Гаранда", основан на отводе части пороховых газов через отверстие в стенке ствола при коротком ходе поршня. Но у "Гаранда" газовая камора расположена под стволом, а у карабина Калашникова - сверху. Она ввинчивается в специальный прилив ствола. Верхнее размещение газовой каморы привело к расположению мушки на высоком основании. Оно очень похожа на то, какое появится позже на знаменитом автомате Калашникова. Еще одна конструкторская находка, ставшая частью "фирменного стиля" - крышка ствольной коробки фиксируется выступом штока возвратного механизма. Но пока что она имеет коробчатую форму.

Под стволом карабина крепится откидной игольчатый штык. Подпружиненной втулкой он мог фиксироваться в боевом и походном положениях. Рычаг предохранителя оригинально расположен в вертикальной прорези передней части спусковой скобы. Стрелок может, двинув вперед указательным пальцем прямо со спускового крючка, снять карабин с предохранителя. Такая схема довольно широко распространена в современном охотничьем оружии. Из карабина можно было вести только одиночный огонь.

7, 62-мм самозарядный карабин. Опытный образец 1944 года.

Патрон 7, 62х41 обр. 1943 г.

Длина ствола 558 мм

Длина с откинутым штыком 1430 мм

Длина со сложенным штыком 1130 мм

Емкость магазина 10 патронов

Прицельная дальность 900 м

Масса без патронов 3900 г

В конце 1944 года на полигон, где служил М. Т. Калашников поступил самозарядный карабин Симонова (СКС). Испытав его и изучив, М. Т. Калашников учел все сильные и слабые стороны этой системы и попытался сделать лучше. Поэтому 7, 62-мм самозарядный карабин Калашникова образца 1945 года так внешне похож на СКС и так сильно отличается от опытного образца 1944 года.

Здесь уже нет "гарандовского" заряжания пачкой. Магазин наполняется сверху из обоймы при постановке затворной рамы на задержку. Газовая камора напрессована прямо на ствол и раскрывается, если снять ствольную накладку. Поршень с возвратной пружиной при этом остается на месте. Накладка фиксируется замыкателем, поворачиваемым флажком с правой стороны основания прицельной планки. Этот флажок мы увидим потом на автомате Калашникова. Высокое основание мушки приобретает законченную форму - в таком виде оно будет переходить с модели на модель вплоть до АК74М. А вот и "фирменная" крышка ствольной коробки. Она имеет уже не коробчатые, а закругленные очертания и в таком виде тоже перейдет на другие образцы калашниковского оружия. Механизм в целом очень похож на предыдущий образец карабина, но освобожден от выбрасывателя пустой пачки.

7, 62-мм самозарядный карабин. Опытный образец 1945 года - СК №3.

Патрон 7, 62х41 обр. 1943 г.

Длина ствола 518 мм

Длина с откинутым штыком 1320 мм

Длина со сложенным штыком 1020 мм

Емкость магазина 10 патронов

Прицельная дальность 800 м

Масса со штыком без патронов 3724 г

К концу войны стало понятно, что будущее не за самозарядными винтовками, а за автоматом, спроектированным под патрон обр. 1943 года. В 1945 году прошел испытания и был принят на вооружение самозарядный карабин Симонова СКС-45. Дальнейшие разработки в этом направлении не имели смысла. В 1945 году был объявлен конкурс на разработку автомата для вооружения Советской Армии. М. Т. Калашников, так же как и многие другие советские конструктора, занялся проектированием автомата.

Из воспоминаний М. Т. Калашникова: "Начал я подготовку к участию в конкурсе с составления эскизного проекта. Сотни зарисовок отдельных деталей ложились на чертежную доску и на бумагу. Безжалостно рвал на клочки то, что вчера казалось отличным. Сегодня оно уже не удовлетворяло. Прошло несколько недель напряженной работы над эскизами. На чертежной доске обозначились контуры будущего автомата. Уже подробно выписаны и его основные детали.

Главный, самый оригинальный узел - узел запирания канала ствола - я взял с некоторыми изменениями из моего несостоявшегося карабина. Он тогда, на испытаниях, показал очень хороший результат. Большой интерес к моей работе проявили некоторые офицеры-испытатели и инженеры, служившие на полигоне. Их привлекла, полагаю, неожиданность ряда моих решений при проектировании. Мне очень не хватало специальной подготовки, особенно, когда речь шла о расчетах. И здесь неоценимую помощь мне оказал подполковник Борис Леопольдович Канель. Он аккуратно, тщательно проверил каждую мою выкладку, внес необходимые поправки, дал обоснования".

Воспоминания могут быть дополнены ещё одним рассказом Калашникова: "Даже незначительное изменение формы или размеров одной детали вызывало необходимость в изменении всех уже сделанных чертежей. Но вот эскизный проект автомата готов. "Что скажут о нем специалисты?" - думал я, с нетерпением ожидая ответа из Москвы. Вскоре пришло письмо. В нем сообщалось, что проект одобрен и решено изготовить опытный образец автомата. Снова закипела работа. С составлением рабочих чертежей отдельных узлов и деталей одному человеку было уже не справиться. Постепенно начал складываться небольшой конструкторский коллектив. В напряженном труде шли дни. С волнением осматривали мы каждую новую деталь, тщательно прилаживали их друг к другу. Наконец, пришло время, и мы уже могли держать в руках поблескивающий лаком и смазкой автомат...".