Читаем без скачивания В кого влюбляются парни? - Макс Ярский

Мы остановились в каком-то переулке. Когда вышли из машины, я огляделся. Впереди были раскрытые ворота, в туманном серо-сиреневом свете я увидел очертания церковных куполов, ветви высоких деревьев.

«Это церковь, – подумал я. – Неоригинально привезти меня в такую рань в какой-то монастырь! Надеюсь, доктор не собирается заточить меня в келью мужского монастыря!»

Но это оказалось Калитниковское кладбище. Когда мы пошли по узкой дорожке между могилами, меня начал пробирать не только сырой холод, но и инстинктивный страх. Зрелище было не из приятных. Влажные блестящие ограды, разномастные кресты и надгробья, цветные пятна искусственных букетов, овалы венков – я уже старался отводить глаза и не видеть всего этого похоронного антуража. На душе становилось все более муторно, меня даже начало подташнивать, и казалось, что от земли исходит какой-то мерзкий запашок. Но Андрей Евгеньевич молча и уверенно шел вперед, мне ничего не оставалось делать, как следовать за ним. И вдруг черные тени пронеслись над нашими головами, я вскрикнул и закрыл лицо руками. И даже карканье не привело меня в чувство. Я дрожал от невыносимого страха.

– Это обычные вороны, – раздалось рядом со мной. – И мы уже пришли.

Я опустил руки и открыл глаза. И ощутил ни с чем не сравнимый ужас. Мы находились в углу кладбища среди старых запущенного вида могил. Одна из них, огороженная покосившейся решеткой, была усыпана пожухлыми ржавыми листьями и выглядела осевшим холмиком. Но рядом была вырыта свежая яма. Мало того, возле нее стоял раскрытый гроб. Несколько зажженных длинных белых свечей, воткнутых прямо в землю возле него, лишь усугубляли впечатление какой-то безысходности. Я уже трясся всем телом. Это туманное кладбище, черные ветви деревьев, исчерчивающие небо ломаными линиями, покосившиеся кресты и раскрытый «свежий» гроб вызывали из самых глубин души такой ужас, что казалось, будто я скончаюсь прямо сейчас и никто мне не поможет. Все происходящее было за гранью добра и зла, я ощутил холодное касание вечности и не мог унять дрожь.

– Ложись в гроб, – предложил Андрей Евгеньевич.

– Нет! – вскрикнул я и отступил назад.

– Почему? – спросил он.

– Нет, нет, ни за что! Отпустите меня! – бормотал я.

– Я не понимаю тебя, – продолжил он. – Ты же сам последнее время активно загоняешь себя именно в этот гроб… Так вот он, перед тобой! Почему бы не лечь? И не ощутить во всей полноте свое близкое будущее? Смелей, Макс! Зачем тебе жизнь без твоей девушки? Ты же хочешь этого – уничтожить себя? И вот тебе возможность генеральной репетиции, если можно так выразиться.

– Нет, нет! Я хочу жить! – с трудом выговаривал я, так как мои зубы стучали. – Я молод, зачем мне в этот гроб?!

– Вот и я спрашиваю: зачем? – ответил Андрей Евгеньевич. – В чем смысл твоего поведения?

– Я дурак! Какой ж я дурак! Я веду себя… я больше не буду… моя жизнь прекрасна! Я здоров, у меня есть родные, друзья… я уверен, что вот это все… – Я обвел взглядом могилы и замер, глядя на гроб. – Вот это все не для меня!

– И все-таки я бы советовал тебе полежать в гробу, – настаивал Андрей Евгеньевич. – Уверяю, это ощущение ты запомнишь навсегда, и как только возникнет малейшее желание депрессовать, сразу вытащишь его из уголков памяти. Давай!

И он взял меня за руку и чуть ли не силой подтащил к гробу. От ужаса я уже плохо соображал и как-то обессилел. Наверное, поэтому перешагнул через бортик и лег на дно. Никогда, никогда не забуду этого запредельного ощущения сводящего мозг страха. А тут еще словно ниоткуда появилась фигура в черном одеянии с надвинутым на лицо капюшоном. Я увидел, как меня начинают обкладывать белыми искусственными розами, заорал и вылетел из гроба. Я бежал как сумасшедший от этого жуткого места моего якобы погребения, странно, что я нашел выход с кладбища. Остановился только возле машины доктора. Я уперся лбом в крышу автомобиля и замер. Она была ледяной и влажной, это привело меня в чувство. Андрей Евгеньевич появился минут через двадцать. Он внимательно на меня посмотрел, но промолчал. И лишь когда высадил меня возле подъезда, сказал:

– Думаю, в ближайшее время моя помощь не понадобится.

– Спасибо вам! – ответил я и выбрался из машины.

Домой я пришел совсем другим человеком. В душе произошел переворот, приоритеты расставились правильно, реально мне вправили мозги. После краткого раздумья я даже снял портрет Вики со стены и засунул его в нижний ящик письменного стола, придавив тяжелым пакетом бумаги. Затем удалил все папки с ее фотографиями и из компьютера, и из смартфона. Сейчас я уже не хотел оглядываться назад. Я понял, насколько прекрасна жизнь сама по себе, и она не может зависеть от наших любовных неудач.

Выдержки из файла Цитатник. docx

«Разлука для любви – что ветер для огня: слабую она гасит, а большую раздувает».

Роже де Бюсси-Рабютен

«Страдает тот, кто больше любит, а тот, кто скучает, как правило, решается на разрыв. Но все равно… лучше тому, кто любит».

Бернард Вербер

«Почему мы не влюбляемся каждый месяц в кого-то нового? Потому что при расставании нам пришлось бы лишаться частицы собственного сердца».

Зигмунд Фрейд

«Разрыв не всегда означает конец, а часто бывает ступенькой для восхождения».

Эрих Мария Ремарк

После поездки на кладбище я проспал три часа, как убитый. И когда проснулся и вышел на кухню, то увидел Даню. Он сидел с моей мамой за столом, они мирно о чем-то беседовали и пили чай.

– Привет! – растерянно сказал я и уселся рядом с ним. – А ты чего тут?

– Жду, когда ты проснешься! – рассмеялся он. – Звонил тебе час назад, да ты «вне зоны». Вот решил зайти. Марина Глебовна вкусным чаем угостила.

– Ладно, ребята, у меня кое-какие дела, так что оставлю вас, – сказала мама и улыбнулась.

– Надеюсь, ты ничего не сообщил моим предкам? – поинтересовался я и налил себе чаю.

– Что я, по-твоему, совсем уже? – с обидой спросил Даня. – Мы же договорились никому не докладывать о твоем визите к психотерапевту. Даже мои предки не в курсе. А уж Андрей Евгеньевич точно не скажет, все-таки врачебная тайна! Ну?!

– Что «ну»? – рассмеялся я.

– Давай, колись, как все прошло! Куда вы ездили-то? Я же знаю сумму, которую ты заплатил доктору, ты сам мне сообщил накануне по телефону. Только вот я не сказал тебе, что это дорого для обычного сеанса. Но, хочу заметить, дружище, выглядишь ты уже намного лучше, – довольным тоном продолжил он. – Глаза как-то посветлели. Надеюсь, деньги ты потратил не зря! А то страшно на тебя и смотреть-то было в последнее время. Ходил весь какой-то тухлый! И кто бы мог подумать, что ты будешь так страдать из-за этой Вики! Обычная ведь девчонка! И что б я когда вот так влюбился?! Не дождутся они! Ну?

Я глянул на его оживленное лицо, вспомнил весь тот ужас, который испытал сегодня утром, и странно, все сейчас казалось мне уже даже забавным. Словно вместе с утренним туманом ушла моя тоска. Я ощущал прилив сил, какая-то неясная, но животворная радость заполняла душу. И я понял, что выздоравливаю.

– Ну и методы у твоего доктора! – с чувством проговорил я. – Дань, ты бы все это видел!

И я в подробностях рассказал об утренней процедуре. Даня слушал с широко раскрытыми глазами.

– Черт побери! – в сердцах произнес он, когда я закончил. – И почему, почему никто не пригласил меня? Представляю, какой бы вышел фильм! Так и вижу, как ты лежишь в гробу, а вокруг туман и зловещие могильные кресты…

– Дурак! – расхохотался я. – Нет, чтобы посочувствовать. А ты только о видео думаешь! Да я такого страха натерпелся! Это было что-то!

– Зато как эффективно! Я слышал, что сейчас в ходу театрализованные методы лечения, но такого и представить не мог!

Даня замолчал и о чем-то глубоко задумался. Я смотрел на него и улыбался. Жизнь прекрасна! На что мне жаловаться? У меня есть все: родители, лучший друг, я здоров и учусь в универе, причем люблю выбранную специальность. И это вечные ценности. Надо было, пожалуй, забраться в гроб, чтобы до конца понять такие простые истины!

– Я вот что думаю, – задумчиво сказал Даня, – может, и мне впасть в жесточайшую депрессуху?

– Зачем? – рассмеялся я.

– Чтобы испытать такие же сильные эмоции! А то Андрей Евгеньевич ко мне подобные методы не применяет!

Но и Дане в этот день выпал шанс испытать острые ощущения. Мы решили оторваться по полной и вечером отправились в клуб. Даня хотел познакомиться с девушками, его цель была такова. Я же мечтал просто расслабиться, потанцевать, выпустить, что называется, пар. Мы пошли в один из наших любимых клубов FM. Данька, по своему обыкновению, моментально зацепил двух подружек-хохотушек, купил им коктейли, рассказывал анекдоты, в общем, веселил всячески. Но ни одна из девушек мне не понравилась, я даже имена их не запомнил. Мы слушали выступления диджеев, болтали ни о чем, танцевали. Девушки охотно кокетничали, но я видел, что и Даня не в особом восторге от новых знакомых. К тому же, как быстро выяснилось, они обе учились в полиграфическом колледже, а такой уровень моего друга обычно не интересовал. И хоть он постоянно твердил, что в наше время необходимо быть толерантным со всеми, но продолжал знакомство обычно лишь со студентками вузов. Поэтому я не удивился, когда Даня, вместо того, чтобы проводить новых подружек «до подъезда», посадил их в такси прямо возле клуба и пообещал, что непременно позвонит. Я видел растерянные лица девушек в окне такси, они что-то говорили, Даня усиленно махал им рукой.