Велисарий не предпринимал попыток достать лук. Он не был настолько хорошим лучником, чтобы стрелять, когда конь несется во весь опор. Никто из его товарищей не был на это способен, за исключением Валентина. А тот уже достал лук. Быстрее, чем Велисарий считал возможным, катафракт выстрелил. Стрела полетела перед несущейся галопом группой римлян и ворвалась в заросли деревьев. Мгновенно последовал крик боли. Почти сразу же пятеро раджпутов выехали из рощицы и поскакали навстречу приближающимся римлянам. Велисарий видел и шестого, но тот в этот момент соскальзывал с лошади, держась за стрелу, воткнувшуюся ему в плечо.
Теперь придется работать копьями. Все римляне, за исключением Валентина, уже приготовили свои тяжелые копья. К моменту встречи с раджпутами успел и Валентин. Быстрый, как ласка, катафаркт даже успел убрать лук на место, перед тем как взяться за копье. Почти любому другому человеку пришлось бы просто бросить лук наземь.
Схватка при сложившихся обстоятельствах — открытое столкновение между равным числом римских катафрактов и копьеносцев-раджпутов — была совсем не равной. Даже если бы у них не было стремян, более тяжеловооруженные римские кавалеристы победили бы. А со стременами, с более тяжелыми и длинными копьями, которые стало возможно использовать после введения стремян, Велисарий и его люди фактически проехались прямо по своим соперникам. На мгновение мир превратился в какофонию криков. Удары копий о щиты приглушали, но не могли скрыть ужасные звуки разрываемой плоти и костей. Воинские кличи превратились в крики боли, а потом перешли в предсмертные стоны.
Трех раджпутов убили практически мгновенно, их тела проткнули огромные копья. Четвертый умрет через несколько минут, от потери крови, льющейся из наполовину оторванного бедра.
Выжил один-единственный раджпут, который получил только несколько синяков. Он противостоял Васудеве. Хотя кушан и считался опытным воином, он еще не набрался опыта езды со стременами и работы копьем. Но он был ветераном, и у него имелось достаточно ума, чтобы не пытаться соответствовать товарищам во всем. Вместо того чтобы искать незащищенные доспехами места, он просто врезал копьем по щиту врага. От удара такой силы соперник сразу же свалился с лошади.
Римляне поскакали дальше. Велисарий теперь мог лучше рассмотреть здание среди деревьев. Это была ферма, типичная для больших персидских семей. Квадратная, одноэтажная постройка, длина одной стороны которой составляла примерно тридцать футов. Стены были крепкими и надежными, построенными из камней. Велисарий не мог четко рассмотреть крышу, но знал, что она сделана из деревянных балок, покрытых землей.
Только…
В форме фермы было что-то странное. Деревья закрывали вид, но, казалось, здание перекосило на одну сторону.
От Эйда пришел ментальный импульс.
«В этой местности часты землетрясения, — пояснял кристалл. — Здание наполовину разрушено».
Велисарий кивнул. Они заезжали в небольшую рощицу, окружающую ферму, и он видел, что за фруктовыми деревьями не ухаживают. Место выглядело заброшенным.
«Вероятно, из-за землетрясения, как и сказал Эйд. Потом… началась война. Выжившие сбежали».
Велисарий в последний раз бросил взгляд через плечо. Он увидел, как отряд их преследователей растягивается. Они поняли, что упустили свой шанс поймать римлян в ловушку сразу же, и теперь намеревались окружить рощицу и поймать римлян в капкан в доме.
Велисарий отвернулся с мрачным видом. Пять человек против большей части кавалерийского подразделения раджпутов имеют мало шансов выжить. Очень мало. Но по крайней мере у них будет преимущество: они забаррикадируются, а не останутся на открытой местности.
Мгновение спустя они миновали деревья и остановились у фермы.
«М-да, если тут, конечно, можно забаррикадироваться», — подумал он уныло, оценивая строение.
— Дверь только одна, — заметил Маврикий. — Может, есть и черный ход, но сомневаюсь. Если это — типичная персидская ферма.
— Ты называешь это «дверь»? — спросил Валентин. Его выражение лица напоминало гримасу человека, который только что съел корзину лимонов.
Маврикию удалось пожать плечами, когда он спрыгивал с лошади.
— Пойдет. Пойдет. Вероятно, мы сможем ее укрепить балками. — Он посмотрел вверх на полуобвалившуюся крышу. — Думаю, их там валяется достаточно.
Валентин не стал больше ничего комментировать, хотя его постоянное кислое выражение лица делало понятным, что он думает о месте обороны с обвалившейся крышей.
Пятеро римлян спешились, открыли дверь и завели лошадей в дом. Наполовину затемненная внутренняя часть фермы на минуту или около того наполнилась шумом и пылью, поднимаемой лошадьми, которые все еще тяжело дышали и нервно гарцевали. Васудева успокоил лошадей, а затем привязал их, в то время как четверо его товарищей разделились и обследовали место.
Обследовали быстро, но тщательно.
Маврикий подвел итог.
— Могло оказаться хуже. Стены толстые. Камни хорошо подогнаны друг к другу. Крыша будет проблемой, но по крайней мере, когда она падала, то потащила за собой и соседние стены, — он показал на разруху в северной трети фермы. — Один или двое раджпутов смогут там протиснуться, но нет шанса пролезть всем сразу же.
Он положил руки на бедра и в последний раз осмотрел их форт.
— На самом деле не так плохо. После того, как забаррикадируем дверь…
Он улыбнулся, наблюдая, как этим занялся Анастасий. Гигант просто взял в руки балку и подпер ею дверь. Затем, так небрежно, словно это был прутик, взял еще одну и укрепил дверь и ею.
— …мы сможем какое-то время их удерживать, — закончил фразу Маврикий.
Выражение лица Валентина оставалось кислым.
— Великолепно, — рявкнул он. — Вы обратили внимание, что выхода отсюда нет? Вы обратили внимание, что тут нет еды?
Валентин с мрачным видом следил за Велисарием, который снимал крышку с того, что казалось колодцем в юго-восточном углу.
— По крайней мере есть вода, — проворчал Валентин. — Может быть. Если этот колодец не высох.
Тогда заговорил Велисарий, с удивительной веселостью.
— Гораздо лучше, Валентин. Гораздо лучше. Я считаю, что это — путь в кванат. — Он показал вниз в колодец. — Взгляни сам.
Валентин с Маврикием поспешили к нему.
— Давайте быстрее, — приказал Васудева. Кушан смотрел в небольшую щель в западной стене. — Раджпуты уже в рощице.
— То же самое с этой стороны, — добавил Анастасий, глядя сквозь подобную щель в противоположной стене. — Они нас окружают. — Мгновение спустя он сообщил: — Теперь они спешиваются, собираются атаковать нас на своих двоих. — Он заговорил оскорбленным тоном: — Я думал, раджпуты никогда не слезают с коней. Даже ездят на них в туалет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
