— У парней дела в гору пошли. Когда ты их с того света притащил, их наниматели сильно удивились, и теперь их кидать даже не пытаются, с ними дела честно ведутся и заказы на них посыпались. Наши обезьяны ума набрались, теперь по пеклу с песнями не бродят и просто так из дробовика не стреляют, обросли глушителями, ходят как индейцы.
Немного отойдя от таких новостей, я перешёл к делу:
— Трах, надо в Город Развлечений съездить. Мне срочно нужна сестра, которая в пятиэтажках живёт. Ты даже не представляешь, как срочно!
— Резак, ты с дуба рухнул? Там через двенадцать часов перегрузка, а нам на машине по шоссе ехать часов восемь-десять, ещё и гнать и только на броневике.
Я повернулся к Гиббонам:
— Эй, парни, подбросить надо через весь Стикс с включёнными фарами, с рёвом мотора, проехаться так, чтобы каждая собака знала. Ну, как вы это обычно делаете.
Главный гиббон как-то замялся:
— Вообще-то, мы о работе почти договорились, под это дело снарягу купили, потратили почти всё что у нас есть.
Доберман, всё это время просто слушавший разговор и лыбившийся, спросил:
— Вы о городе животных и складе для сторонних специалистов слышали? Пропуск на склад для сторонних специалистов на один день, плюс я покупаю вашу снарягу и нанимаю всю банду.
Часть парней осталось безучастно, но Орангутанг, Горилл и ещё пара камуфляжных показали своё согласие вытянутыми от удивления рожами и открытыми ртами.
Трах по-клоунски запрыгал и противным голосом завопил:
— Заправляй обезьяно-мобили! Включай фары и музыку по громче! Резак мне рассказывал, как вы ходили вдоль пекла и в каждого бегуна из гранатомёта стреляли. И мне теперь можно посмотреть!
Ехали мы и вправду в стиле моих прежних гиббонов. Два бронированных «Урала» неслись по дороге, прыгая по неровностям и срезая по пересечённой местности, форсируя небольшие лужи и ручейки, разбрызгивая фонтаны воды. Слово — «звукомаскировка» мужики полностью игнорировали, чем приводили в неописуемый восторг толпы заражённых, которые радостно бежали за нами, пока не выбивались из сил. Только некоторым счастливчикам, бросившимся наперерез, удавалось стукнуть головой об бампер или прокатить кишки, лихо намотав их на колёса грузовиков.
Прибыли мы за час до перегрузки. На стоянке дельцов, около Города Развлечений, парни заказали скоростную мойку и заправку техники. Тут предоставляли и такую услугу. Большинство направилось к навесу с кофемашинами и едой. Мужики устали и хотели немного перевести дух. Два броневика на которых мы прибыли, смотрелись мастодонтами среди великов, мотоциклов и кабриолетов жаждущей развлечений публики, а камуфляж гоббонов выглядел одеждой фриков, среди полуголых девиц и их ухажёров, тоже одевших всё самое нарядное и сразу. Над чёрными руинами Города Развлечений сгустился грязно-серый туман, который одним рывком стал белоснежным и начал развеиваться. С холма был виден огромный город, залитый огнями уличных фонарей.
Вся стоянка погрузилась в гробовую тишину. Глава дельцов ударил в огромный гонг и заорал: «Город Развлечений открыт!». Толпа радостно завопила и бросилась к дерчикам, мотоциклам и дорогим тачкам.
Наши парни тоже двинули к машинам, и мы неспешно поехали. Маршрут был немного в стороне, по глухому шоссе выводящему прямо на квартал пятиэтажек, где обиталась младшая сестра, как мы её называли.
Броневики шли один за другим. На этом шоссе не должно быть ментов, но они были. ДПСник замахал палкой, и машина остановилась. Главный гиббон что-то ему сказал, после чего представитель жезлообразных вытянуться в струнку и отдал честь. Как только мы начали движение, тут же выхватил блокнот и начал писать. Горилл приоткрыл окно, а Макак выстрелил из глубины салона, сделав три скупых выстрела из Вала. Гильзы звякнули по полу кузова нашего броневика, а гаишники повалились около машины. Парни растут и это очень правильно. В такой ситуации нельзя оставлять позади сомневающихся ДПСников, которые начнут будоражить начальство и поднимать тревогу, но росли Гиббоны медленно. Можно было просто слегка притормозить, а Макак, судя по снаряжению, у них отличный снайпер и прекрасно мог выстрелить и на ходу, не думаю, чтобы промахнулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дальше добрались без приключений. Сразу видно — парни военные. Я бы попытался тихо пробраться в квартиру девки и умыкнуть её не привлекая внимания, но это не их стиль. Они установили несколько баллонов, вручили мне и Траху противогазы и открыли вентили. Весь квартал заволокло маревом. Кошки недоумённо выползали из подвалов, сводили глаза в кучу и плюхались последи дороги, летучие мыши, потеряв ориентацию бились в столбы и брали на таран кроны деревьев. Старушка из окна первого этажа, и ночью не прекращавшая нести бдительную вахту, возмущалась всего несколько секунд, а затем уткнулась носом в богато обставленный алое подоконник.
Я, Трах, Горилл и Шимпанзин поднялись на верхний этаж и выломали дверь в квартиру. Сестра была на месте. В серванте стоял ужасающий кубок победителя филологического соревнования в форме драной книги и старушечьей руки, прибитой гвоздями. Глянул на табличку с надписью: «Победителю … филологический … будет за …». Всё остальное по-прежнему не читалось. Да, ладно! Надпись не стёрлась, она сразу была такая! Надо будет Доберману показать, который в машине остался. Пусть поржёт. На его морду противогаза не нашлось, и принимать участие в газовой атаке он не стал.
Трах показал парням на вынос тела. Горилл схватил девку в охапку и поволок к машине. По приносу тела Доберман вколол девчонке снотворное и укрепил даму в специальных носилках. Вся операция заняла меньше сорока минут, но вместо направления к стоянке, мы поехали в сторону центра.
— Нам надо за старшей сестрой заехать.
— Трах, нафига?
Подработка. Резак, не переживай. Заказ самой Хозяйки, а тут ты мне подвернулся. Почему бы и не сделать? Я давно обещал старшую изловить, хотел тебя звать, младшая сестра слишком слабенькая, а тут такая возможность. Сам великий обнаружитель и поисковик тёлок — собственной персоной. Давай порадуем нашу большую руководительницу.
Я внимательно посмотрел.
— Резак, всё под белым флагом и с великого дозволения. Не переживай, никто голову ломать не будет. Моя задача привезти, недельку проверить, чтобы у неё никаких других умений не было, а то как долбанёт нового мужа, будет потом мужик собственных гениталий пугаться. Никогда не знаешь, что у старшей сестрички припасено, а потом передам с рук в руки Хозяйке, а она уже там пристроит девушку. У нас закон и порядок.
Я пожал плечами. Мне плевать. Проехать по окраине или заехать в центр города разница в двадцать минут, и она ничего не решает.
Наши броневики подъехали к площади Ленина с обратной стороны и стали недалеко от Эльдарада. Старшую сестру я больше почувствовал, чем разглядел её лицо, ритмично двигающееся и прижатое изнутри к тонированному стеклу чёрного внедорожника, припаркованного посреди аккуратного газона. Показал Траху на автомобиль. Товарищ только восхищённо качнул головой, и направился к чёрной машине.
Подойдя к транспортному средству Трах беззастенчиво открыл дверь. На передних сидениях сидела пара парней, а на заднем была девка с ещё одним другом. На лице моего товарища не двинулась ни одна мышца и он сохранил абсолютное холоднокровие, застав даму весьма выразительной позе. Вежливо представился:
— Медицинская служба корпуса. Гражданочка, пожалуйста предъявите вашу санитарную книжку.
Дружки, было открывшие рот на такую наглость, сразу сдулись, увидев меня стоящего рядом, вооружённого Валом, у которой был привычно сложен приклад. Сзади стояли Макак, баюкающий снайперскую винтовку на руках словно ребёнка и Горилл, который держал на ремне ПКМ. Пожалуй, впервые за всё время их квадратные спецназовские рожи выглядели уместно. Парни смотрелись серьёзно. Массивные бронежилеты, тактические перчатки и прямой презрительный взгляд не давал поводов для ссоры.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы совсем небыли похожи на обычных патрульных, подошедших срубить бабло с непристойно себя ведущей пьяной компании.
