Читаем без скачивания Последнее слово за мной - Татьяна Полякова

Она хохотнула и прижала ногой мою ногу к педали газа. Машина рванулась вперед.

— Прекрати, — разозлилась я. Машину повело вправо, я с трудом ее вывернула и зло повторила:

— Прекрати.

Светлана засмеялась и, продолжая давить на газ, потянула руль на себя.

— Ты спятила! — рявкнула я и оттолкнула ее локтем. Все происходящее здорово напоминало неожиданный припадок безумия. Она вдруг убрала ногу с педали, потом обняла меня за шею и смачно поцеловала. — Чокнулась, — отстраняясь, пробормотала я. — Не можешь ты быть такой пьяной. На даче ты была в норме…

Не успела я договорить, как слева мелькнуло что-то темное, я охнула, нажала тормоз, услышала чей-то крик, а потом и сама заорала, на долю секунды увидев в лобовом стекле бледное лицо с обезумевшими от ужаса глазами. Машина продолжила движение, я пыталась ее остановить, но Светлана вновь нажала педаль газа и крикнула:

— Ты что, рехнулась? Сматываемся отсюда…

— Господи, я сбила человека, — выдохнула я, боясь, что сейчас упаду в обморок.

— К черту, это просто бродяга.

На какое-то время я словно оцепенела от ужаса, а машина продолжала нестись вперед — руль держала Светлана.

— Останови, — собравшись с силами, сказала я. — Останови машину, мы должны вернуться…

— Свихнулась? — Лицо ее побелело, как мел, и стало таким злым, что казалось уродливым. — В машине трое подвыпивших граждан, возвращающихся с шашлыков, да нам отвесят на всю катушку!

— Этот человек, возможно, нуждается в помощи. Вернемся и отвезем его в больницу…

— Может, ты такая честная, а мне своя шкура дороже. Мне не нужны заморочки с милицией! Это какой-то бомж. Кому еще придет в голову шляться ночью в лесу?

Сматываемся отсюда и забудем об этом.

Тут мне все-таки удалось остановить машину.

— За такие вещи положена тюрьма, — срывающимся от злости голосом сказала я.

— Точно. Ты в ней окажешься очень быстро, если дурака валять не перестанешь. Это ты его сбила, ты! Проведут экспертизу — сколько ты сегодня выпила? Ну-ка, вспомни! Вполне достаточно для того, чтобы влепить тебе срок на всю катушку, и мне достанется, машина-то моя… Если тебе наплевать на свою жизнь, то о моей хотя бы подумай, у меня выставка на носу, на кой черт мне эти разборки с милицией?

Она уже орала во весь голос, а я вдруг почувствовала пустоту в груди и странное спокойствие.

— Мы должны вернуться, — дождавшись, когда она перестанет кричать, сказала я. — Понимаешь, должны.

— Не понимаю, — отрезала она. — Если ты хочешь взглянуть на этого бродягу — пожалуйста. Но только не на моей машине.

— Это глупо, — стараясь говорить спокойно, покачала я головой. — Тебе все равно придется беседовать с милицией…

— Иди ты к черту! — рявкнула она и отвернулась, а я вышла из машины и торопливо зашагала назад.

Было довольно темно, я ускорила шаг и теперь почти бежала. От места происшествия мы отъехали метров на пятьсот-шестьсот. Меня бил озноб: вот сейчас увижу искалеченное тело на дороге, кровь… Вот две сосны в виде английской V, значит, совсем рядом… Я прошла еще метров триста — дорога была абсолютно пустынна. Несмотря на темноту, не заметить тело человека я не могла. Значит, ударом его отбросило далеко в сторону. Задыхаясь от волнения, я пошла по обочине. Совсем рядом довольно глубокая канава, а потом заросли молодых березок. И ничего, что указывало бы на недавнюю трагедию. На поиски я потратила не меньше сорока минут, в изнеможении привалилась к шероховатому стволу сосны и с тоской посмотрела в небо. Звезды взирали равнодушно, а мне захотелось плакать. Я различила тусклый свет единственной фары, а вскоре услышала шум мотора: Светлана все-таки решила вернуться.

— Ну что? — бросила она хмуро, затормозив рядом со мной.

— Никого нет.

— Слава богу… Значит, он очухался и смылся. Говорю, это какой-то бродяга, они живучие… Садись в машину.

Я покорно села, продолжая вглядываться в темноту, а Светлана стала разворачивать «Опель». На узкой дороге это было нелегким делом, на мгновение свет единственной фары выхватил из темноты силуэт… машина, кажется… Я так и не успела разглядеть, а потом усомнилась: какая, к черту, машина, что ей делать в стороне от дороги в такое время?

Благополучно развернувшись, Светлана направилась в сторону города. Теперь она ехала очень осторожно, стрелка спидометра застыла на отметке семьдесят.

— Господи, ну надо же… — пробормотала она, когда мы выехали на шоссе, посмотрела на меня и виновато добавила:

— Извини, я кажется, себя вела не лучшим образом… я здорово испугалась…

— Я тоже, — вздохнула я. — Не могу понять, куда он делся?

— Значит, задело его несильно, иначе он не смог бы так быстро очухаться и сбежать.

— Куда он сбежал, по-твоему?

— Откуда мне знать? Наверное, в эту деревушку на холме. Какая разница, где он живет… вот черт, до сих пор руки дрожат. Слава богу, что все так закончилось. — Светлана повернулась и зло посмотрела на спящего Игоря. — А этот спит, как младенец… хотя, может, и к лучшему. Лишние свидетели нам не нужны.

Я вздохнула и стала смотреть в окно. В отличие от Светланы никакого облегчения я не ощутила, скорее наоборот: тревога нарастала, мне вдруг захотелось вернуться и все еще раз как следует осмотреть. Глупо, конечно, в темноте я не найду никаких следов происшествия, я даже место точно определить не смогу… Мы уже въехали в город, Игорь сонно завозился сзади, а Светлана спросила:

— Может, сегодня у меня переночуешь?

— Нет, спасибо, — ответила я, мечтая скорее оказаться в одиночестве.

Странная, странная, до жути нелепая история.

Светлана остановила машину возле гостиницы, я поспешно простилась и поднялась к себе. Может, имеет смысл позвонить в милицию? Вдруг этот человек все еще там? Я отправилась в ванную, включила воду и долго стояла под горячим душем, пытаясь понять причину нараставшего во мне гнетущего беспокойства.

— Что-то тут не так, — громко заявила я и даже головой покачала. — Что-то не так.

Всю ночь меня мучили кошмары: бледное лицо, прижавшееся к лобовому стеклу, лес и церковь на пригорке. Проснулась я часов в семь и торопливо покинула номер. Долго бродила по улицам, пытаясь успокоиться и убедить саму себя в том, что вчера все обошлось без трагических последствий, человек жив, а я должна поскорее забыть эту чертову лесную дорогу и заняться своими делами…

— Только бы он был жив, — бормотала я, чувствуя, что ни о каких делах думать не в состоянии.

К обеду я вернулась в гостиницу. Голова раскалывалась от боли, очень хотелось спать долго-долго и без сновидений. Я прилегла, не раздеваясь, на кровать и уставилась в потолок. Не прошло и десяти минут, как в дверь очень осторожно постучали. «Не дай бог, Светлана», — испугалась я. После вчерашнего встречаться с ней совершенно не хотелось, но все-таки я пошла открывать. На пороге стоял Кирилл Сергеевич — его я меньше всего ожидала увидеть.

— Здравствуйте, — растерялась я. Он не ответил, прошел в номер и сел в кресло. В некотором недоумении я прошла за ним. — Как вы меня нашли? — спросила, чтобы только что-то спросить, и тут же отметила про себя, как изменилось его лицо. От вчерашней любезности и следа не осталось, он смотрел холодно, даже отчужденно, потом слегка усмехнулся и сказал:

— Вы плохо выглядите, Наталья. Переживаете из-за случившегося?

— Вам Светлана рассказала?

— Нет, — он покачал головой, потом достал из кармана куртки несколько фотографий и протянул мне.

Я взяла их, взглянула на первую и нахмурилась, сердце заныло, а в животе что-то свернулось тугим тошнотворным клубком. В высокой траве лежал, странно скорчившись, мужчина. Открытые глаза, кровь на виске… Не надо особой догадливости, чтобы понять: это труп. Еще на двух фотографиях — тот же мужчина в других ракурсах.

— Кто это? — тупо спросила я, заранее зная ответ.

— Человек, которого вы вчера убили.

— Я никого не убивала, — возвысила я голое, понимая всю глупость подобного заявления.

— Возможно, — спокойно согласился Кирилл Сергеевич. — Это ваша точка зрения. Но у правоохранительных органов есть своя. Вы сбили человека и уехали, бросив его умирать.

— Я вернулась.

— В самом деле? Вызвали «Скорую», сообщили в милицию?

— Я его не нашла. Там никого не было…

— Вы его не нашли и спокойно отправились спать.

— Хорошо. Я его убила, — разозлилась я. — Что дальше?

— Вам должно быть известно: суд, затем тюремное заключение. Лично я не нахожу в вашем деле смягчающих вину обстоятельств, вряд ли их найдет и суд.

— Этого человека не было на дороге, я возвращалась и не обнаружила его.

— Не удивительно. Было темно, машина шла на большой скорости, ударом его отбросило довольно далеко. Кстати, есть свидетели этого происшествия.

— Светлана?

— И она, конечно, тоже. Но в тот момент неподалеку находилась еще одна машина с тремя пассажирами. Именно они подобрали тело…