Читаем без скачивания Скорая десантная помощь - Сергей Зверев

– Простите… – пытаясь хоть в какой-то, хоть в самой крохотной степени «сохранить лицо», смущенно проблеял киллер. – В вагоне-ресторане этого поезда готовят отвратительно. Да и мне самому второй день подряд что-то нездоровится. Поэтому…

– Меня не интересует качество блюд, съеденных тобой, и состояние твоего кишечника! – бесцеремонно оборвав эту тираду и присаживаясь на диван напротив него, сурово свел брови Лавров. – Мой вопрос не забыл? Черт знает что! Похоже, натовские спецслужбы совсем измельчали. Подсылают, блин, киллера, страдающего острой диареей и хроническим метеоризмом!

– Да, да, простите! – стискивая руки, зачастил тот. – Значит, в двух словах о себе. Я родом из Косова, зовут Куштим Таху, но последние лет пять постоянно проживаю в Польше. Основной род занятий – заказы на устранение… Гм-гм… Кому-то неугодных людей. Ну, сами понимаете, я всю свою молодость провел в бригаде Освободительной армии Косово Дапа Кучучи. А там чему научишься? Только стрелять и резать. Вот…

Как далее рассказал Куштим, полгода назад его арестовала польская полиция. Скорее всего, его могло ожидать пожизненное заключение. Он уже настроился на худшее, но однажды вечером в его камеру пришел какой-то человек, который назвался Энтони Брэгсом. Гость предложил киллеру работать на него в обмен на то, что его прежние «заказы» повесят на кого-то другого. Понимая, что деваться некуда, Куштим тут же дал согласие и подписал все нужные бумаги.

Через неделю он уже был в лагере спецподготовки, который находится где-то на территории Финляндии. А еще месяц спустя получил первое задание – «убрать» какого-то человека в Париже. И он «убрал», причем очень умело – все выглядело как несчастный случай. Начальству его работа понравилась. И с той поры он стал ежемесячно, а то и еженедельно, выезжать в какую-то из европейских стран, чтобы ликвидировать указанных ему людей.

– Кто эти люди, которых ты убивал? – строго уточнил Андрей.

– Точно не знаю… – Боязливо поеживаясь под его пристальным взглядом, киллер нервно дернул плечами. – Единственно, о ком смог узнать, – лидеры антиглобалистов. В Мадриде должно было состояться тайное заседание Бильдербергского клуба. Но антиглобалисты об этом как-то сумели пронюхать и начали готовиться к своим акциям. И тогда мне и еще двоим нашим людям поручили в течение месяца убрать троих предводителей бунтовщиков. Мы работу выполнили в срок – все трое погибли, каждый по-своему: один попал в автокатастрофу, другой умер от инфаркта, мой «случайно» утонул в море…

– Ясно… Дальше!

– О вас мне сказали вчера днем. Мой босс, его зовут Ральф Ликко, дал ваше фото и сказал, в каком купе вас можно будет найти. Способ того, как… гм-гм… выполнить его приказ, он оставил на мое усмотрение. Но предупредил, что вы – человек чрезвычайно опасный и, если я оплошаю, вы с меня тогда заживо снимете кожу. Сказал, что это ваш стиль воздаяния тем, кто покушается на вашу жизнь.

– Кто он такой, этот Ральф Ликко? – мысленно усмехнувшись, но с металлом в голосе поинтересовался Лавров.

Угодливо суча руками, киллер выдал, что его босс – американец, с итальянскими корнями. Происходит из гангстерской семьи Гамбино, однако является кадровым офицером ЦРУ. Наслышался он о Ликко еще в лагере подготовки, в сравнении с которым прежняя муштра в бригаде Дапа Кучучи была сущим курортом. Ральф Ликко там был частым гостем и уже в ту пору присматривал себе подручных. Одним из наиболее подающих надежды оказался он, Кушим Таху. Раза два появился там и Энтони Брэгс. Скорее всего, птица тот очень важная. Перед Брэгсом начальник их лагеря, бывший майор французского Иностранного легиона Шарль Туре, только что не сыпал бисером.

Вообще-то, откровенничать в лагере строго возбранялось. Курсанты имели особые, служебные клички, по которым и обращались друг к другу. Но люди есть люди, даже если и человеческий облик ими уже утрачен начисто. Поэтому тамошние табу молчания периодически нарушались. Среди курсантов лагеря было около десятка чеченцев, некоторые из которых воевали еще под началом Аслана Масхадова. Были также кабардинцы, дагестанцы, ингуши и представители других кавказских народов.

– А откуда Ральф Ликко мог получить информацию обо мне? – задумчиво потер лоб Андрей.

– Насколько я смог понять, его о вас известили из Москвы, – неуверенно ответил киллер, внимательно наблюдая за каждым его движением.

«Значит, там и в самом деле работают «кроты»… Причем работают очень интенсивно, – подумал Лавров. – Надо будет сообщить Федину, что давать обо мне информацию в вышестоящие инстанции не стоит. Ну, что, разговор пора заканчивать?»

Словно прочитав его мысли, киллер испуганно сжался в комок, и в его глазах заплескался почти животный ужас. Судя по всему, настрополивший его босс явно перестарался по части страшилок о «кровожадных русских».

– Вы обещали меня не убивать! – дрожащим голосом напомнил Кушим Таху.

– Вообще-то, я тебе ничего не обещал… – чуть поморщился Андрей. – Но, так уж и быть, в живых оставлю. Хотя такую тварь, как ты, уместно было бы или четвертовать, или сжечь заживо на медленном огне. Ладно, живи. Но вырубить тебя придется, – добавил он, сопроводив последние слова молниеносным движением руки.

Без единого вскрика киллер опрокинулся вниз лицом, и, если бы Лавров его не подхватил, он бы кувыркнулся на пол купе. Положив его на диван и укрыв простыней, Андрей некоторое время стоял в раздумье. Отсюда нужно было уходить как можно скорее, поскольку не исключалась вероятность того, что киллера подстраховывали «коллеги» из его же церэушной банды. Причем сам Кушим Таху мог быть об этом в полном неведении.

Исходя из этого, покидать вагон обычным, общепринятым путем на первом встречном полустанке было, скорее всего, слишком рискованно. В подобной ситуации лучший вариант – уход через окно в момент, когда поезд хотя бы немного замедлит ход где-нибудь на повороте.

Хорошо зная географию Польши – выезжая из Москвы, он тщательно проштудировал карту и справочники, – Лавров мысленно прикинул свой дальнейший маршрут. Не так давно позади остался Бала-Подляску – старинный польский город, расположившийся на берегах Кшны. Сейчас поезд приближался к Лукуву, обосновавшемуся на той же Кшне. А дальше будет Отвоцк, за которым конечная цель этого этапа его путешествия – Варшава.

«Как там было в марше красных кавалеристов? – глядя в окно, где дневные краски пейзажей начали меняться на вечерние, вспоминал Лавров. – «…Даешь Варшаву, дай Берлин, уж врезались мы в Крым!..» Вот-вот, Варшаву – даешь! Но пока что ее взятие придется временно отложить, в силу ряда непредвиденных обстоятельств… Черт бы их подрал!»

Прикинув, что во время пути на перегоне между Лукувом и Отвоцком, учитывая время года, уже должны начаться настоящие сумерки, он решил незаметно покинуть вагон где-нибудь вблизи шоссе Люблин – Варшава. А дальше… Вот оттуда-то автостопом он и доедет до Варшавы, где надо будет встретиться с агентом-нелегалом, проживающим в Польше еще со времен СССР.

Об этом человеке, уже в момент отбытия с Белорусского вокзала, Андрею по телефону сообщил генерал Федин. По словам генерала, «законсервированный» агент на связь не выходит. Но он еще жив – это показала недавняя контрольная проверка советской агентурной сети в бывших странах соцлагеря, проведенная сотрудниками ГРУ.

«Вот так она устроена, эта жизнь, – мысленно констатировал Андрей, глядя на красные черепичные крыши аккуратных домиков в окружении уже желтеющих садов промелькнувшего мимо него очередного полустанка. – КГБ шпионил за своим же военным и политическим союзником. Хотя что в этом может быть странного? Если «Моссад» шпионит за своим главным стратегическим союзником – США, то почему Союз не мог проделывать то же самое в отношении Польши, которая всегда была союзником отчасти условным? Все закономерно…»

Самое важное тут было то, что старик знал Польшу как свои пять пальцев, имел обширные связи и мог оказать существенную помощь в поиске секретных тюрем НАТО, где, скорее всего, в данный момент и находился похищенный спецслужбами Александр Борисов.

…Когда за окнами замелькали пригороды Лукува, окутанные осенними сумерками, Лавров начал готовиться к «десантированию» через окно вагона. Опасался он только одного – коллеги киллера, недвижимо лежащего сейчас в его купе, могут всполошиться и заподозрить, что тот раскрыт и выведен из строя. А это чревато. Хорошо подготовленные «отморозки», наверняка работающие под прикрытием местной полиции и спецслужб, примут все меры к тому, чтобы уничтожить его любой ценой, даже в присутствии свидетелей. Что им стесняться? Как говорится, своя рука – владыка. А закон, он и в Польше может оказаться в роли пресловутого дышла. Недаром же есть расхожая пошловатая острота: все как в Польше – тот и пан, у кого кое-что больше. Даже если посторонние что-то и увидят, местным лохам потом запросто могут объявить, что в результате следственно-разыскных мероприятий был выявлен и уничтожен опасный террорист, заброшенный в Польшу из России с целью проведения диверсий и терактов. И все этому поверят…