Первой отреагировала Даша. Пока Олег подбирал не нарушающий субординацию, но соответствующий неадекватному поведению Тихомирова ответ, а Женька — упавшую от изумления челюсть, Дарья открыла заднюю дверь такси.
— Не нравится — иди пешком. А я поеду.
Димон кинулся помогать жене усаживаться в машину, одарив Олега не обещающим ничего хорошего взглядом. Олег страдальчески закатил глаза и шумно выдохнул.
— Это как понимать? — вкрадчиво поинтересовалась Женя.
«Да что же это такое?», — подумалось Олегу. Что за день сегодня, если из всех окружающих его людей самый адекватный и вменяемый — это рожающая женщина!
— Жень, поехали, а? — Олег открыл переднюю пассажирскую дверь. — Я потом все объясню. И деньгами компенсирую… моральный ущерб. А на этого… — Олег одарил ответным мрачным взглядом усаживающегося на заднее сиденье Тихомирова, — внимания не обращай. Он буйный, но не опасный.
Когда они подъехали к роддому, в котором работала Дашка, Олег был готов расцеловать Женьку и признаться ей в любви. Памятуя о поездке в аэропорт, уже сожалел о своем импульсивном решении вызвать ее и ожидал худшего. Но Женя, умница, правильно оценила ситуацию. Мало того, что ехала аккуратно, но при этом достаточно быстро, так еще и умудрялась игнорировать Димона, который всю дорогу непрерывно высказывался на тему того, что они не туда повернули, нефиг подрезать «Форд» и не надо проезжать перекресток на мигающий зеленый. Женя просто быстро и аккуратно доставила их к роддому. Молча. И это было сродни подвигу.
На крыльце санпропускника уже дежурила Клавдия Архиповна. Оттеснив Димона от Дашки (Олег только глаза округлил от изумления — вот уж не думал, что кто-то на это способен), подхватила ее под руку и аккуратно повела к дверям. Димка, забрав из машины сумку, потрусил следом. Олег, глядя им вслед, мысленно пожелал удачи.
— Кто этот клоун? — ехидные интонации плохо гармонировали с мелодичным голосом. Олег повернулся.
Женька смотрела на него, пряча улыбку. Кажется, не очень-то и злится. Ясный зимний день позволял рассмотреть ее во все красе, что Олег и сделал. Невысокая ладная фигурка была облачена в синие джинсы, красно-синюю клетчатую рубашку и ярко-красный дутый жилет на кнопках. Похоже, это у нее нечто вроде униформы. А вот кепки не было, и копна золотисто-рыжих локонов заставила Олега потерять дар речи. А ведь там еще прилагались высокие скулы, маленькие, но аппетитные и пухлые губки и лукавые серо-голубые глаза. Да уж, теперь за парня Женю мог принять только слепой.
— Евгения, извини, — Олег начал официально. — Это мой… друг. И он немного… нервничает, потому что у него, как видишь, жена рожает.
— Да? А, судя по его поведению, рожает он сам.
— Извини его, — повторил Олег. — Он просто очень волнуется, потому что… Внятных объяснений «почему» у Олега не было, но Женя его сама перебила.
— Да ладно, — махнула рукой она. — Он не первый и, увы, не последний придурок, который прокатился в моей машине. Работа такая.
Посмотрела на двери роддома, потом перевела взгляд на Олега.
— Ну, что? В моих услугах больше не нуждаются?
Действительно, ей же нужно работать. А Олег пока не мог оставить Димку одного. Нахмурился, придумывая причину, чтобы она осталась. Или предлог для следующей встречи. Идей не было. Олег полез во внутренний карман куртки за портмоне. Помощь пришла, откуда не ждали.
— Эй, ты! — раздался за спиной Олега зычный баритон Тихомирова.
— Я? — картинно распахнула глаза Женька.
— Да, ты, — игнорируя Женькино кривляние, ответил Димка. Продиктовал адрес. — Поедешь туда, привезешь двух человек.
— Слушаюсь, мой господин, — не унималась Женя. Тихомиров лишь рассеянно кивнул.
«Логан» рванул с места, пробуксовывая колесами. Видимо, Женька решила компенсировать себе аккуратную езду по дороге сюда. Двое мужчин остались во дворе роддома одни.
— Курить хочу, — тоскливо простонал Димка.
— Чего? — Олегу показалось, он ослышался.
— Хо-чу ку-рить, — по слогам повторил Дима.
— Эй, Димыч, ты что? Ты ж даже в студенчестве никогда не курил! Даже на пьянках!
— Я и отцом никогда не становился! Что теперь! У тебя есть?
— Дим, ты забыл? Я же бросил!
— Да тебя х*р поймешь! То ты куришь, то ты бросаешь!
— Я курю, когда бросаю! — в сердцах выпалил Олег.
Димка расхохотался.
— Железная логика…
А логика была в том, что когда Олег разочаровывался в очередной «принцессе» и бросал ее, он начинал курить, срывался в кратковременные, но интенсивные запои и вообще — всячески страдал.
— Так что — нет у тебя? Тогда пошли, купим.
— Пошли, — обреченно ответил Олег.
* * *
— Ну, а что там у Даши? Какие перспективы? — спросил Олег, когда они вышли из ворот роддома.
— Открытие четыре пальца. Тебе это о чем-то говорит?
— Нет, — усмехнулся Олег. — А тебе?
— Кое-что… — грустно усмехнулся в ответ Димка. — Дашка очень любит, знаешь ли, обсуждать со мной свои профессиональные дела.
— И что? Какие перспективы? — повторил вопрос Олег.
— Да какие угодно, — вздохнул Тихомиров. — Если все нормально пойдет — то часа два.
— Дим, а чего ты с ней не пошел? — глядя на мучения друга, решился спросить Олег. — Наверняка б разрешили.
— Дашка меня выгнала, — совсем уж уныло пробормотал Дима. Тряхнул головой и непоследовательно заявил: — Так, Баженов, хорош меня доставать! Купи лучше сигарет!
— Тебе вроде бы есть восемнадцать лет? — ехидно поинтересовался Олег.
— Да их тут столько! — Димка озадаченно смотрел на витрину табачного киоска. — Купи какие-нибудь легкие. Чтобы меня не стошнило.
— Димон, вот что ты со мной делаешь? — жаловался Олег, расплачиваясь за сигареты. — Я ж три месяца как бросил…
— В который раз? — в свою очередь подначил друга Димка. — И вообще, при чем тут ты? Сигареты — мне. А ты не хочешь — так не кури.
— Ага, сейчас! — Олег ловким движением отодрал с пачки целлофан. Смял и выбросил его в урну. Прикрываясь от легкого ветра, прикурил и с наслаждением затянулся. — Как же, упущу я такой повод…
— Хорошо, что меня не видит моя мама, — пробормотал с усмешкой Димон, поворачиваясь спиной к ветру и закуривая. Закашлялся с непривычки. — Ну и гадость эта ваша заливная рыба!
— Не любо — не кушай!
* * *
Дорога туда и обратно заняла у Женьки почти два часа. Ехать пришлось за город, и потом — пробки, пробки, пробки… Подъезжая к санпропускнику, увидела одиноко стоящую фигуру Олега. Ее пассажиры выскочили наружу, едва машина остановилась.
