причины с благодарностью принять их приглашение.
И должен признать, я никогда не забуду те картины, что мне пришлось нарисовать в том проклятом городе.
Если бы я знал, что нам предстоит, то возможно, я предпочел бы сразиться разом с тремя воинами.
Глава 3
Довольно любопытный момент. Из-за общей неадекватности магических зверей в этом мире, у совершенствующихся практически не существует практики езды верхом.
Как бы это не казалось странным, обычные лошади являются куда более слабыми и медленными существами, чем те же практики даже на уровне претендента. Поэтому лошадями пользовались в основном обычные люди или для доставки каких-нибудь габаритных грузов.
Конечно, иногда у совершенствующихся получалется подчинить какого-нибудь магического зверя для езды, но это не было распространённой практикой.
Именно поэтому ни у нас, ни у посланцев не было лошадей. Если кому-то из практиков требовалось куда-то быстро добраться, то они это делали бегом.
Сувон, как уже говорилось ранее, был крупным городом, расположенным на самой полноводной реке всей Империи. Сувон являлся четвертым по крупности городом, уступающим лишь Кесону, столице Империи Хаэн, Хеджу и Кенге.
Последние два города принадлежали двум представителям правящего клана Чан Ди, вокруг которых и закручивалась вся политическая интрига.
У постаревшего и провалившего прорыв императора было множество детей, с помощью которых ранее он и правил империей. Но были среди них лишь два влиятельнейших семейства, дети которых имели самые большие права на трон, или силу, чтобы его занять.
Джунг Чан Ди — являлся сыном младшей жены Императора. Его мать принадлежала к крупному клану, чей центр расположился в Хеджу, втором по размеру городе империи. Несмотря на своё более слабое происхождение Джунг уже сейчас обладал неплохой силой и грозился стать ещё сильнее. Вокруг него сплотился мощный союз из кланов и небольших сект, готовившихся после смерти императора немедленно двигаться в сторону столицы, чтобы захватить власть.
Словно его противоположность, по другую сторону «баррикад» стояла Шин Чан Ди, законная дочь и наследница умирающего императора. Несмотря на силу старшего брата, Шин была в несколько раз более талантливой и сильной. В своем молодом возрасте она добилась невероятных успехов в совершенствовании, что по праву дало ей звание гения.
Вот только хоть она и была перспективным практиком и обладала поддержкой клана её матери, из-за ошибок династии Чан Ди, число её сторонников было куда меньше, чем у менее родовитого брата.
Девушка являлась наместницей третьего по размеру города Кенге.
Используя всё ранее сказанное, становилось куда понятнее, почему нейтральный Сувон, находящийся под управлением клана Гору, одного из самых могущественнейших кланов не только в Империи Хаэн, но и среди других империй, был столь важен.
В некотором роде клан Гору скорее напоминал секту, так как он принимал в свои ряды, руководствуясь не только родственными узами, но и идеологическими.
Сам город расположился аж на двух сторонах широкой Ивадзи, от чего река буквально кишела паромами, лодками и кораблями.
Однако самым впечатляющим в городе был поистине титанический каменный мост-замок. Да-да, это был не просто мост, а целый комплекс, состоящий как из моста, так и из множества пристроек, растущих как вверх, так и вниз и в бок.
Исполинские арки моста поднимались вверх на десятки метров, исключая всякую возможность, что этот мост был построен без использования ци и артефактов.
И сверху над всем этим возвышались широкие карнизы, своей тенью накрывающие десятки метров воды вокруг самого моста.
С моста спускались тысячи крюков, кранов, лифтов и прочих приспособлений, с помощью которых с кораблей и поддонов поднимали грузы, скот или людей.
Левая сторона берега реки была самой застроенной, поэтому именно туда мы все и направились.
Чем ближе мы приближались к городу, тем лучше можно было рассмотреть его архитектуру.
Первым на что стоило обратить внимание, это стены. Несмотря на общую технологическую отсталость этого мира, стены производили серьезное впечатление.
Больше всего они напоминали фортификации восемнадцатого века, за счёт чудовищной толщины стен и наличию выступающих вперёд углов, для обстрела всего пространства под стенами.
Безумные волны магического зверья вынуждали города серьезно подходить к вопросу обеспечения безопасности, отчего относительно тонкие средневековые стены никак бы не смогли выстоять против сокрушительных ударов звериной ци.
Город пользовался большой популярностью, поэтому каждые ворота имели длинную вереницу из телег и людей, терпеливо ждущих своей очереди.
Наш посланник, не снижая хода, двинулся к стражникам, которые даже не стали спрашивать имена и сразу пропустили внутрь стен.
Внутри Сувон создавал двоякое впечатление. С одной стороны, всюду можно было увидеть высокие пагоды, богатые дворцы, прекрасные террасы и парки. С другой же, строения, в которых жили обычные люди были невзрачными и однотипными, словно пытающиеся не привлекать к себе внимания и подчеркнуть помпезность больших строений.
«Хотя почему, будто?» — мысленно хмыкнул я: «Лучший способ прожить подольше, это как можно меньше привлекать внимание сильных мира сего».
Я напряженно посмотрел в спины посланника и охраны. Из-за их неусыпного пригляда, у нас практически не было времени, чтобы обсудить с Тошики, что же это за клан Гору такой.
Единственное, что он сумел безопасно сказать, это что чистокровные Гору очень много внимания уделяли развитию своего тела и обладали некоей секретной техникой боя, построенной на ударах руками.
И подтверждение последнего было видно на тех же посланниках, у которых не было привычного оружия. Вместо этого на их руках были закреплены тяжелые боевые перчатки, укрепленные сталью и короткими, четырёхгранными шипами на костяшках.
Несмотря на абсурдность услышанного и увиденного, я не стал удивляться. Это был мир совершенствующихся и ци, поэтому не было ничего удивительного, что каким-то невообразимым образом существовали практики, позволяющие вооруженным кулаками бойцам на равных выходить против вооруженных практиков.
Видя цвета одеяний посланцев, люди с улицы немедленно расступались и прижимались к стенам, провожая нас любопытными взглядами. Цветов одежд жителей и гостей города было так много, что они рябили в глазах.
Идти пришлось далеко и целью нашего путешествия оказался самый большой дворец из всех, что я вообще видел в этом городе. Скорее, это был даже дворцовый комплекс. С башенками, стенами и множеством домов разного размера.
Нас всех троих привели в пустой зал, после чего, прикрыв дверь, оставили одних.
Благо, имелось несколько столов со стульями, на которые мы и присели в ожидании.
Никто из нас не спешил начинать разговор, прекрасно понимая, что каждое наше слово здесь будет услышано, как бы тихо мы не пытались шептать.
Бах!
Дверь громко открылась, когда внутрь вальяжно вошло новое действующее лицо. Невольно мы все встали, чтобы его поприветствовать. Также этому способствовало и разлившееся вокруг ощущение подавляющей силы.
За всё время жизни в этом мире я чувствовал силу неофита, претендента и воина. Ныне же я смог осознать, что собой представляет настоящий возвышенный.
С интересом смотрящий на нас мужчина не пытался давить своей силой, но даже его простого присутствия уже было достаточно, чтобы оцепенеть от чувства опасности.
Даже Баал и тот растерял часть высокомерия, смотря на вошедшего с куда более серьезным выражением лица.
В отличие от Тошики, который тоже одевался очень свободно, возвышенный был и вовсе полураздет. Единственная одежда, что на нём была, это шорты и тяжелая золотая цепь на всю грудь с знаком клана в виде двойного полумесяца.
Глядя на члена клана Гору, я стал куда лучше понимать, что Тошики имел в виду, под упоминанием серьезного отношения к своему телу.
Этот человек бугрился таким количеством мышц, что, казалось, он в любую секунду может лопнуть. В то же время эти мышцы, как ни странно, были вполне себе функциональны.
Лицо мужчины было вытянутым вниз, словно он был вечно чем-то расстроен.
— Приветствую вас, дорогой гость, — возвышенный безошибочно понял, кто среди нас всех тот, кого пригласили, и обратился прямо ко мне. — Слухи о вашем мастерстве облетели всю империю. Имя Художника сейчас на языках даже в некоторых залах императорского дворца.
— Для меня огромная честь знать,
