Запах горячих лепешек напомнил Блайт о том, что она голодна. Слава Богу, ей пока удается обеспечивать домочадцев едой. Блайт уже взялась за спинку стула, когда в дверях с кофейником в руках показалась миссис Дорнли. Тяжело ступая, экономка медленно приблизилась к столу, и по ее насупленным бровям, по грохоту, с которым она поставила кофейник, Блайт поняла: предстоит очередной разговор.
– Конечно, это не мое дело… – миссис Дорнли всякий раз начинала именно так. – Я бы вовсе не придавала этому значения, но, поверьте, весь город только об этом и говорит. Нужно что-то делать. Гниды всегда превращаются во вшей, если с ними не бороться, – глубокомысленно заключила экономка, сложив на животе пухлые руки.
Этим жестом миссис Дорнли символизировала свое, по ее мнению, поистине ангельское терпение.
Затем с торжественностью Моисея, вещающего с горы, она объявила:
– Нам все отказали.
– Отказали? – потрясенно переспросила Блайт.
– Отказали. Пока не расплатимся с долгами и не докажем свою платежеспособность. Больше не будет мяса от Симмонса. И он не единственный. От Рауша мы не получим хлеба, от Джекобсона – сахара и соли, а в кофе я добавила последнее молоко. Шульц также отказал нам.
– Но я думала, что деньги, полученные от продажи столового серебра, помогут нам продержа… – Блайт густо покраснела под проницательным взглядом экономки и нервно сцепила на коленях руки.
– Нужно что-то делать, – повторила миссис Дорнли, задрав вверх свой двойной подбородок, а заодно и мясистый нос.
– Я делаю все, что могу, – выдавила Блайт сквозь стиснутые зубы.
– Мне это известно, мисс. Однако такая хрупкая девушка, как вы, не может одна вести и дом, и дела, – экономка выдержала многозначительную паузу, затем с непоколебимой уверенностью изрекла: – Кто вам действительно нужен – так это мужчина, мисс Блайт.
– Спасибо, он у меня уже есть – мой отец! – выпалила Блайт, но тут же прикусила язык, чтобы не сказать лишнего.
Она прекрасно понимала, что миссис Дорнли имеет в виду совсем другого мужчину. «Если сейчас будет произнесено имя Невилла Карсона, – подумала Блайт, – я просто не выдержу и взорвусь». Блайт поспешно выскочила из-за стола, с грохотом отодвинув стул.
– Что мне нужно – так это деньги и немного поддержки! – горячо возразила она и посмотрела на пустующий стул на противоположном конце стола. – Где он? – с вызовом спросила Блайт.
– Он?..
Миссис Дорнли отступила назад и растерянно взглянула на Лиззи, вошедшую с подносом для миссис Вулрич. Лиззи остановилась, чувствуя себя неуютно под вопросительным взглядом хозяйки.
– Мой отец, – уточнила Блайт, наблюдая за обеими женщинами и подозревая, что они что-то скрывают от нее. – Где он? Дверь его комнаты была приоткрыта. Кроме того, отец всегда первым выходит к завтраку…
По спине Блайт пробежал холодок. Наверняка что-то произошло, и, судя по их лицам, им это известно.
– Хорошо, я сама его найду! – воскликнула Блайт, бросаясь к парадной лестнице.
Она уже догадывалась, где искать отца – на чердаке! Именно там он складывал свой «магнитный железняк», когда был одержим идеей превратить дом Вулричей в «магнитный центр» колоний. Здесь же, на чердаке, отец изобретал крылья «Да Винчи», доказывая с пеной у рта, что раскрыл величайший секрет и теперь знает, как научить людей летать. Оттуда он наблюдал за Полярной Звездой и сделал «открытие», в соответствии с которым потом ходил, сидел, спал и вообще жил, только повернувшись лицом к этой звезде. Не удивительно, что прохожие неизменно провожали отца недоуменными взглядами.
Да, Уолтер Вулрич был самым настоящим чудаком. Он жил в гармонии с небесной мелодией, которую, кроме него, никто в мире – или по крайней мере в Филадельфии – больше не слышал. Унаследовав огромное состояние, Уолтер, к сожалению, не сумел им распорядиться, поскольку в нем напрочь отсутствовала коммерческая жилка. Философия, медитация, исследование необычных природных явлений – вот что было по душе отцу. Со дня смерти своей любимой жены – это произошло пятнадцать лет назад – он все глубже и глубже погружался в мир фантазий и мистических изысканий. В конце концов Уолтер Вулрич практически потерял контроль над делами компании, и Блайт пришлось все взять в свои руки. Слава Богу, для этого у нее вполне хватило ответственности и благоразумия.
* * *
Блайт быстро поднималась по лестнице в сопровождении запыхавшихся миссис Дорнли и перепуганной Лиззи, которые, не умолкая, наперебой клятвенно заверяли ее, будто ничегошеньки не знают о том… ну, о том, что она может там обнаружить. По дороге к ним присоединился старый Уильям. Правда, он не мог угнаться за молодой госпожой и порядком отстал, но, если пахнет дымом, не благоразумнее ли держаться чуточку подальше? Ведь дыма без огня, как известно, не бывает.
Блайт пулей пронеслась мимо нежилого третьего этажа и прямиком направилась к узкой деревянной лестнице, ведущей на чердак. Она остановилась, чтобы перевести дыхание, затем решительно распахнула дверь. Ослепительный свет, жар и запах расплавленного воска заставили ее тут же отшатнуться, невольно заслонив ладонью глаза. Похоже, одновременно горело не менее двухсот свечей! Господи, а что это сверкало по всему чердаку? В ту же секунду это «что-то» задело плечо Блайт. Прищурившись, она с удивлением заметила хрустальную призму, свисающую с потолка на тонкой веревке. Присмотревшись внимательнее, Блайт поняла, что их здесь по крайней мере целая сотня!
В центре чердака, между двумя длинными скамьями с установленными на них свечами, стоял сам Уолтер Вулрич. Он был при параде: в алом парчовом сюртуке и жилете такого же цвета, в белых бархатных бриджах с алыми бантами по бокам, чуть ниже коленей. Его когда-то красивое, с тонкими выразительными чертами лицо сияло. Но блеск серо-голубых глаз отца не шел ни в какое сравнение с сиянием двух сотен свечей. У ног Уолтера лежал остов некогда великолепной хрустальной люстры, которая на протяжении многих десятилетий украшала центральную гостиную, радуя два с половиной поколения Вулричей. Уолтер продолжал свое варварство, привязывая оставшиеся хрустальные подвески к свисающим с потолочных балок веревкам. Он был так поглощен этим занятием, что не сразу заметил Блайт, а увидев ее, машинально спрятал руки за спину и принял виноватый вид.
– Блайт?! Как ты… меня нашла?
В этот момент позади Блайт показались миссис Дорнли и Лиззи. Округлив глаза и вытянув шеи, они старались ничего не пропустить из столь потрясающего зрелища.
– Это вы ей сказали, – с осуждением проговорил Уолтер.
– Нет, они здесь ни при чем, – возразила Блайт, – но было бы лучше если бы мне сразу же сообщили об этом.
