ИЗ "ЛЕСТВИЦЫ" СТЕПЕНЬ 23
УЖАСЕН корень гордости, от которого рождается неизглаголанный отросток хульных помыслов; он многим доставлял великое отчаяние и безнадежие. Сии прескверные мысли имеют обыкновение часто появляться именно во время святых собраний и хулить Господа в самый час освящения Тайн. Душа наша не повинна в них, и в этом мы убеждаемся из того, что не сама она вещает в мыслях сии хульные глаголы, но богоненавистный бес, который и с небес был свержен за то, что и там Господа хулил. Этот прелестник часто и очень многих приводил в исступление ума, именно тех, которые безрассудно внимали его хулам и поддались скорби и печалям по своему неразумию; там, где подобало смеяться над наносимым бесовским хулением, они опечаливались и доставляли бесу радость тем, что вменяли себе в грех мысли хульные, которые на самом деле не только не являются грехом, но даже служат для несоизволяющих к умножению небесной награды за терпение. Итак, пусть никто не считает себя повинным в помыслах хульных, ибо Господь - сердцеведец и знает, что хульные глаголания в уме нашем принадлежат не нам, но врагам нашим.
Когда мы становимся на молитву, эти нечистые и неизглаголанные помыслы восстают, но по окончании молитвы тотчас уходят от нас, ибо не любят они иметь дело с теми, кто не борется с ними. Безбожные мысли не только хулят все божественное, но вещают нам некоторые срамнейшие и неподобные словеса, чтобы мы или молитву оставили, или же отчаялись; однако, нет нужды их слушать.
Многих же неразумных хульные мысли отклонили от молитвы и отлучили от божественных Таинств. У некоторых тела истаяли печалью, других постом удручили эти лукавые и безплотные томители, но никто из них не получил облегчения. Так случалось не только с теми, кто в мире живет, но и с теми, которые проводят иноческую жизнь; и все они не только не получили спасения, но оказались более окаянными, чем неверные и поганые. Итак, да не слушает их никто, ибо послушавший их прельстится и станет предметом поругания для врага. Кто хочет избавиться от хульных мыслей, угнетающих его, пусть твердо знает, что не душа его повинна в этих мыслях, но бес нечистый, который некогда сказал Господу: "Сия вся Тебе дам, аще пад поклонишися ми" (Мф. 4, 9). Так и мы, уничтожая его и презирая наносимые им мысли хульные, скажем ему: "Иди за мною, сатано" (Мф. 4, 10); Господу Богу моему поклонюся и Тому единому послужу, тебе же никогда; и пусть болезнь твоя обратится на главу твою, и на тебя сойдет хула твоя в нынешний и будущий век. Аминь.
Кто думает бороться с хульными мыслями иначе, чем это изображено выше, тот подобен человеку, который хочет молнию схватить своими руками. Ибо как он может уловить их и бороться с ними, когда они мелькают в сердце, подобно ветру, и лишь только он скажет слово, они уже безследно исчезают? Все силы его стоят, напрягаются и медлят, и бесплодно пропадает время, а помыслы хульные никогда не медлят: они внезапно появляются и внезапно исчезают.
Бес обычно всячески старается нанести такие помыслы на простых и не сведущих, которые больше всех смущаются и волнуются, не понимая, что нет никакого греха в этом. Эти несведущие страдают не от гордости своей, но от зависти бесовской и своего невежества.
Не будем же осуждать ближнего и да не устрашимся помыслов хульных, ибо чрез первое мы станем повинны во втором.
Один монах, угнетаемый сим бесом, то есть хульными помыслами, до двадцати лет изнурял плоть свою постом и бдением, но потом, не ощущая никакого успеха, пошел к некоему великому среди отцов святому мужу и, описав на хартии страсти хульных помыслов, отдал ее в руки святому, а сам пал к ногам его и, лежа лицом на земле, не смел воззреть на сего мужа святого. Отец, прочтя написанное, улыбнулся и, подняв брата, сказал ему: "Возложи, чадо, руку твою на выю мою"; и когда это сделал брат, великий муж сказал: "Да будут на моей вые, брат, сии твои грехи помыслов хульных, которые ты считаешь за грехи, но которые суть ничто, и поэтому больше не смущайся о них, не скорби и не считай их за грехи, ибо они, поистине, только прелесть бесовская, которая смущает неразумных". И почувствовал тот монах, что безследно исчезли страсти хульные еще прежде, чем он вышел из келии старца.
ИЗ "ПАТЕРИКА"
БРАТ спросил некоего старца о хульных помыслах, говоря: "Опечалена, отче, душа моя лукавым бесом хульным; но сотвори милость, скажи мне, откуда появляются помыслы хульные и что мне делать?" Старец ответил: "Хульный помысл происходит от оклеветания, от укора и осуждения, от лености и своеволия, и от гордости; вот откуда появляются в мыслях хулы. Если человек не сопротивляется им смирением и уничижением самого себя, то пребудет окаянная душа его в злобе, в бесе блудном или в исступлении ума".
Часто укорять себя пред Богом, смиряться, не осуждать - вот что сильно в отгнании хульных помыслов.
ИЗ "ПРОВЕЩАНИЙ ОТЕЧЕСКИХ"
НЕКИЙ брат, угнетаемый духом хульным, стыдился исповедаться. Всюду, где слышал о великих старцах, он шел к ним, чтобы исповедать свои хульные мысли, но когда приходил, стыд возбранял ему исповедаться. Когда он стал часто приходить к авве Пимену, то старец прозрел, что тот имеет некие помышления, и сказал ему: "Вот ты много раз приходишь ко мне с помыслами и снова со скорбью уносишь их с собою, не исповедав мне. Скажи же мне, чадо, что имеешь?" Брат же со стыдом произнес: "Хульными мыслями враг смущает меня, и я стыжусь сознаться в этом". Как только произнес это брат, он тотчас ощутил отраду, и старец сказал ему: "Не печалься, чадо, о сем; когда же придет к тебе хульный помысел, ты скажи: я не нуждаюсь в этой мысли, пусть хула твоя, диавол, отселе на тебе пребудет, ибо помысла твоего не хочет душа моя. Ведь всякие мысли, которых душа не хочет, не долго медлят, но скоро исчезают, как дым". Итак, брат, получив пользу, ушел, благодаря Бога за то, что Он чрез сего старца научил его, как избавляться от хульных помыслов.
ИЗ "ЖИТИЙ СВЯТЫХ"
К ПАПЕ Григорию в Риме пришел некий епископ исповедаться в том, что он объят тьмою помыслов хульных на Бога, скорбь о чем иссушила плоть его, и он уже впал в отчаяние. Услышав это, папа сказал ему: "Ты - епископ и не знаешь козней бесовских! Ведь тот искони враг; когда он видит кого добро творящим и не может положить ему преткновения, чтобы пал он, тогда нападает на него помыслами хульными, чтобы смутить совесть его, расстроить ум его, отторгнуть от добродетели и низринуть в бездну отчаяния. Ты же то разумей, что помыслы хульные суть ничто и они никак не могут вредить тем, которые небрегут о них и не иссушают ими сердца своего; и только тем они вредят, которые по малодушию и неведению считают их своим грехом и изнемогают от скорби суетной. И сбывается на них слово Давидово: "Тамо убояшася страха, идеже не бе страх"" (Пс. 13, 5).
ИЗ ОСОБОГО РАССУЖДЕНИЯ
СО МНОГИМИ людьми бывает то искушение от духа хульного, что, смущаемые помыслами хульными, они не знают, что им делать, и приходят в отчаяние, считая, что это их грех, и думая, что они сами виноваты в тех лютых и мерзких помыслах. Посему я хочу вспомянуть немного и о них.
Помысл хульный есть искушение для человека богобоязливого и особенно смущает его тогда, когда он молитву творит или делает что-либо доброе.
Помыслы хульные не находят на человека, валяющегося в смертных грехах, нерадивого, не богобоязливого, ленивого и небрегущего о своем спасении, но на тех нападают, кто пребывает в праведном житии, в трудах покаяния и в любви Божией.
Сим хульным искушением диавол ведет человека к тому, чтобы устрашить его; и если он от иных грехов свободен, то чтобы возмутить совесть его; если он в покаянии, то чтобы прервать его покаяние; если же от добродетели восходит к добродетели, то чтобы остановить и низринуть его; но если диавол не успеет в сем, то стремится хотя бы оскорбить и смутить его. Однако умный пусть рассуждает.
1. Пусть не думает, что те мысли принадлежат ему и от него самого происходят, но что они диаволом наносятся, который есть их начало и изобретатель. Ибо как могут исходить от нашего сердца и воли те хулы, которые мы ненавидим, и скорее желали бы себе какой болезни более, чем тех мыслей? В этом состоит истинное удостоверение, что не от нашего желания рождаются хулы, потому что мы их не любим и не желаем.
2. Всякий угнетенный хульными помыслами пусть не вменяет их себе в грех, но считает их за особое искушение, ибо чем больше кто будет вменять себе во грех помыслы хульные, тем более утешит врага своего диавола, который над тем уже будет торжествовать, что этим совесть чью-либо смутил как будто грехом каким. Если бы кто сидел связанный посреди богохульных людей, слышал их хульные речи на Бога, на Тайны Христовы, на Пречистую Богородицу и на всех святых и хотел бы убежать от них, чтобы не слышать их хульных речей, но не мог бы, потому что связан, и не мог бы даже ушей своих заткнуть от хулы их, - скажи мне, имел ли бы тот грех какой от того, что нехотя слушает их хульные речи? Воистину не только не имел бы никакого греха, но и великой похвалы сподобился бы от Бога, потому что, будучи связан и не имея возможности убежать, он с тяжестью в душе слушал их богохульные слова.
