– Вы невеста наследника?
– Да, – неуверенно произнесла девушка.
– Тогда, леди Сольвейг, на вас возложена глобальная миссия, вы должны проявить величайшую покорность и оправдать оказанное вам высокое доверие.
Сольвейг замерла, готовясь сорваться с места и бежать куда глаза глядят. Но Аня почти незаметно подмигнула и снова превратилась в Снежную королеву. Блондинка расплылась в улыбке.
– Леди Анна, я поверила, и матушка поверит. Идемте скорее знакомиться с ней.
– Стоп, – осадила Аня собеседницу, – мы еще не все продумали. На сегодня достаточно. Я жду вас завтра. Мне нужны книги по истории, географии…
Сольвейг кивнула и щелкнула пальцами – светлячки погасли, погрузив комнату в полумрак свечей.
Оставшись одна, Аня продолжила обдумывать планы.
«Легенда нужна не столько для легковерной матушки, сколько для лорда-отца. Он наверняка фигура видная. Со связями. Захочет проверить меня. Значит, я должна прибыть из закрытой страны, которая находится в состоянии войны, либо из страны, которой объявили бойкот. Также надо понимать, что у высокопоставленного лица наверняка есть и неофициальные источники информации. Легенда должна быть продумана до мелочей».
– Я тетушка Чарли из Бразилии, где в лесах много-много диких абезьян! – сказала Аня, состроив рожицу. Придирчиво оглядев себя с ног до головы, решила, что кроме информации, ей нужна еще и одежда.
Глава 4
Непривычный полумрак, танцующие тени, отсутствие горячего душа, телевизора, Интернета, мобильной связи, ортопедического матраса, халата и тапочек – вот неполный список раздражающих факторов, которые не давали Ане уснуть. Пришлось стирать нижнее белье руками и спать в присланной леди Сольвейг длинной ночной рубашке. А что уж говорить об элементарном клозете и его наличии: Аня предпочла бы даже деревянный домик на улице, но никак не ночной горшок.
Радовало лишь то, что при всем неудобстве Средневековья комната прогревалась на славу, и холодный мартовский ветер не хозяйничал внутри дома. Долго выбирая удобное положение на пышной перине, Аня все крутилась, не могла уснуть. Но нервные потрясения уходящего дня, странствия и сытный ужин все же уговорили Анино сознание отдохнуть, и горемычная искательница приключений провалилась в дремоту.
Тяжелый, удушливо темный сон сдавливал грудь, мешая дышать. Желание проснуться и сбросить с себя оковы сна боролось с ленью и вечным «авось». Однако неприятное чувство и беспросветная дымка дремы все не уходили, и Аня заставила себя открыть глаза.
Вместе с визуальным рядом появился и звук: тихий, шуршащий и неравномерный – чужое дыхание. Аня перевела взгляд на место порождения звука, ничего не увидела и сместила фокусировку чуть левее. Теперь боковым зрением она четко видела склонившуюся над ее личными вещами фигуру – человек рылся в сумке! Возмущению не было предела. Каково же оказалось Анино удивление, когда над изголовьем кровати склонилось лицо еще одного незваного гостя.
Земная зажмурилась, да было уже поздно. Склонившийся заметил открытые глаза, молниеносно кинулся к кровати и одной рукой зажал Анин рот, второй схватил ее руку и зашептал непонятные слова. Девушку парализовало.
– Ну все, теперь ты не закричишь и будешь паинькой.
Набравшая полную грудь воздуха Аня попыталась издать звук, но вместо крика выдохнула лишь свист.
Нападающий коснулся губами кожи на ее виске, обдав Аню запахом перегара от браги, и попытался поцеловать ее губы. Второй грабитель лишь хмыкнул: в темноте ничего было не разобрать, но по характерным звукам девушка сообразила, что мужчина добрался до термоса. Если он неосторожно нажмет на клапан внутренней пробки, то обязательно получит приятные мгновения и ошпаренное тело.
Жадный до услад незваный гость успел задрать Анину ночную рубашку до горла. Самое время идти на «антимагические меры».
«Отключить все заклинания!» – отдала она мысленный приказ, а вслух заорала:
– А-а! – во всю силу тренированных пением легких. – А-а-а! – голосила Аня, вскидывая ноги и нанося удары коленками по почкам нападавшего.
– А-а-а! – заорал неудавшийся насильник.
– А-А-А! – завизжал его ошпаренный подельник.
В мгновение ока маньяк оказался на полу, Аня сверху нанесла удар по кадыку и резко бросила ночную вазу в голосящую темноту.
– Help! Help! Somebody help me-e-e![11] – вовремя спохватилась Анна Александровна: легенду бы из-за этих простофиль не разрушить!
В коридоре раздался шум, в двери ввалились заспанные и вооруженные чем попало хозяева, слуги и постояльцы. Сразу стало светлее и веселее. Аня от пережитого пребывала в шоковом состоянии, а значит, на адекватную реакцию и объективное восприятие ситуации рассчитывать не стоило.
Бородатый и пузатый хозяин в длинной ночной рубахе с огромным трехпалым подсвечником и метлой, неизвестный доселе дядька-гном в белоснежных панталончиках, одном чулке и с поленом в руке, перекошенные лица, тела, завернутые в простыни и полотенца, руки, торчащие не из рукавов – вот балаган, который довел Аню до истерического смеха.
– Чего у вас тут случилось? – строго и басовито спросил хозяин.
– Грабители! – неимоверно тоненьким голоском произнес гном.
– Насильники! – в узкий проем попытался протиснуться постоялец в простыне, накрыл ею с головой низкорослого гнома, запутался в полотнище и рухнул в комнату.
За неудачником в тоге грохнулся орущий фальцетом гном, в коридоре на тон ниже гнома заголосила женщина. Хозяин заведения, получив от гномьей лапы удар под коленку, охнул и немного осел, но устоял и выпрямился, потом снова получил удар, и снова с оханьем присел. И так повторялось до тех пор, пока бородач окончательно не ухнулся на пол, уронив и метлу, и подсвечник.
Аня, не сдерживаясь, хохотала, перегнувшись через подлокотник кресла. Кто-то наконец догадался зажечь магический светильник, и в комнате стало совсем светло. Обнаружились два тела в темном: один грабитель лежал в обмороке у кровати, второй, подвывая и корчась, сидел на полу у стола, рядом валялись черепки разбитой ночной вазы.
В коридоре раздались звуки тяжелой поступи. Всех зрителей как ветром снесло. Хозяин постоялого двора кинулся кабанчиком к Ане и набросил на плечи появившийся из ниоткуда клетчатый плед, в руки сунул глиняный стаканчик – Аня на автомате отхлебнула и закашлялась. В дверях появились новые персонажи: очень высокий мужчина – ему даже наклониться пришлось, чтобы не задеть головой дверной косяк, – и двое спутников ему под стать. Все хмурые, глядят исподлобья, молчуны.
«Милиция!» – догадалась Аня. Подобрала босые ноги, устраиваясь в кресле поудобней, оперлась локтем на подлокотник, невзначай уронила плед с голого плеча. В комнате на мгновение все перестали дышать, Аня же поспешила исправить ситуацию – трупы в личных покоях в ее положении не предусматривались.
Старший рыкнул на подчиненных, те ловко скрутили неудачников-грабителей и вышли вон. В комнате остались трое: оперуполномоченный, трактирщик и Аня.
Главный милиционер выставил на стол хрустальный шар, сел во второе кресло и уставился на трактирщика. Тот в свою очередь затараторил, скорее всего, выдавал привычную и заученную информацию об имени достопочтенного хозяина, об адресе заведения, далее перешел к повествованию о случившимся и был остановлен, так как увлекся подробностями.
Главный следователь перевел взгляд на Аню: гостья, облаченная в клетчатый доспех, попивала из стаканчика и с интересом рассматривала нашивки на груди стражника. О том, что Аню в данный момент интересовали не нашивки на груди, а непосредственно сама широкая и однозначно рельефная часть тела законослужителя, никто не догадался. Стресс и выпивка сделали свое дело: организм требовал срочного отвлечения от главной темы сегодняшнего вечера. Но только блюститель закона имел другое мнение.
– Леди Анна, что вы можете рассказать? – Мужской голос вернул девушку на землю.
– Они иноземка, они по-нашему не разговаривают, – поспешил оправдаться трактирщик.
Аня улыбнулась: немножко виновато, немножко загадочно, немножко томно глянула из-под ресниц. Страж сглотнул и взмахом руки выпроводил бородача.
Дверь аккуратно закрылась, а пауза с заглядыванием в глаза затянулась. Аня допила последний глоток и, оголив руку, поставила стаканчик на стол. Игривое настроение требовало, чтобы она сделала пакость и отключила яркий свет, но принцип «не гадить на рабочем месте» отправил бесшабашное настроение в нокаут одним точным ударом.
– На каком языке вы разговариваете? – устало спросил страж. Но, увидев непонимание гостьи, жестом попросил сказать что-нибудь. Игривое настроение снова подняло голову – Аня свела бровки домиком, показывая, что не понимает. Страж снова вздохнул.
– Я Кастор Керберос, – указал на себя, – а вы? – последовал приглашающий жест в сторону Ани.
