Не знаю. Возможно, я бы отказалась от этой работы, но ближе к вечеру сеньора Балса сама перезвонила мне. Она поинтересовалась не готова ли я согласиться и, услышав от меня то, что я еще сомневаюсь, сказала, что им все же нужна еще одна горничная и они готовы предложить работу моей подруге на тех же условиях, что и мне. То есть, теперь уже она предлагала работу не только мне, но и Софи. А это уже полностью меняло дело.
Софи, услышав об этом, загорелась от радости.
– Это же отлично! Просто идеально, – воскликнула она. – Мариса, давай соглашаться. Тем более, у нас будет неделя испытательного срока. Если что-то не понравится, просто уйдем.
И все же я сомневалась. Опять-таки, не понимала почему, но чувствовала внутреннюю настороженность, которую со временем развеяла Софи. Подруга уговорила меня согласиться.
***
Сеньора Балса сказала, что утром следующего дня за мной и Софи приедет машина, чтобы отвезти нас к нужному дому.
– Вы за всеми горничными присылаете машины? – поинтересовалась у нее.
– Нет. Вам повезло. Наш водитель как раз будет в городе по делам и сможет вас забрать.
После этого разговора мы с Софи начали собирать свои вещи. Ночью практически не спали. Все время разговаривали и вот Софи задала мне вопрос:
– А ты вообще готова работать горничной? Ты же раньше вообще не занималась даже уборкой.
– Готова. Лентяйничать не собираюсь.
Ранее, всеми домашними делами занимались домработницы, которых нанимал Анжело, но я была полностью готова к работе горничной. Да и лучше мыть полы, не разгибая спины, чем опять жить в одном доме с братом.
***
Как и обещала сеньора Балса, утром следующего дня, меня и Софи ждала машина. Водитель положил наши вещи в багажник и, не проронив ни одного слова, сел за руль.
– Нам долго ехать? – решила спросить, когда машина уже выехала на дорогу.
– Около часа, – коротко ответил мужчина.
Я молча кивнула и откинулась на спинку сиденья. Почти все время смотрела в окно и слушала то, что мне рассказывала Софи. И, черт, я была уверена в том, что водитель постоянно посматривал на меня через зеркало заднего вида. Хотя в этом ничего странного не увидела. Ну, смотрел он. Ну, и что?
Ехали мы действительно долго и через какое-то время оказались за пределами Рима в одном из зажиточных районов, полностью состоящих из шикарных особняков.
Когда же машина подъехала к нужным воротам, я почувствовала, как сердце пропустило удар. Вроде, не было ничего необычного. Это место мне незнакомо, но все же оно вызывало в сознании невнятные отголоски, которые я, к сожалению, распознать не могла.
– Что случилось? – спросила Софи, заметив, что я сжала ладони в кулаки.
– Не знаю. У меня странное ощущение, – ответила совсем тихо, чтобы водитель не услышал.
– Ты просто волнуешься, – подруга похлопала меня по плечу. – Это отличное место работы. Я уверена, что все будет замечательно.
***
Все же Софи была права. Нам попалась хорошая работа.
Как только я оказалась в этом доме, постоянно ощущала нечто странное. Будто что-то не так, но, со временем, все же согласилась со своей подругой. Я просто волновалась, ведь, по сути, этот особняк был отличным местом. Да и я не заметила того, что могло вызвать хотя бы толику настороженности.
Тут не виднелось ничего вычурного и я не увидела показательной роскоши, но сразу поняла, что в этом месте точно жила очень не бедная семья. Особняк был хорошо охраняемым и тут явно имелся не малый штат прислуги.
– Можете, пожалуйста, немного больше рассказать про хозяев этого дома? – попросила я у сеньоры Балсы. Она встретила меня и Софи около ворот и сразу повела к домику для прислуги. Мы как раз шли по саду.
– У этого дома только один хозяин, – сказала женщина.
– Правда? – я удивленно приподняла бровь. Мне было дико от того, что в этом громадном особняке, в котором легко могло поместиться десять семей, жил только один человек. Он явно любил личное пространство. Хотя, ладно, дом моего брата в Монте Изола, тоже не был маленьким.
– А как зовут хозяина? Чем он занимается? Сколько ему лет? – спросила Софи с интересом осматриваясь по сторонам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Я как раз хотела поговорить с вами про хозяина, – мы подошли к небольшому одноэтажному домику, в котором, как я поняла, жила прислуга и женщина пустила нас внутрь. – Он тяжелый человек. Одинок и не очень любит чужое присутствие. Поэтому, если вам что-то нужно, обращайтесь ко мне и, ни в коем случае, не подходите к нему. Еще в этом доме есть правила. В основном, они заключаются в том, что прислуге запрещается заходить в определенные части дома и, в особенности, в некоторые комнаты.
– Почему? Там находится что-то ценное? Были случаи, когда прислуга воровала? – спросила у сеньоры Балсы. Поставила на пол свой чемодан и оглянулась. Домик для прислуги был скромным, но вполне уютным.
– К счастью, в этом доме не было настолько глупых работников, которые рискнули бы воровать, – сухо ответила женщина. Про то, почему в некоторые комнаты нельзя заходить, она ничего не сказала. Вместо этого оповестила нас еще об одном правиле: – И, если вы все же пройдете испытательный срок, вместе с контрактом будете вынуждены подписать документы о неразглашении того, что происходит в этом особняке.
– Тут происходит нечто такое, о чем стоит молчать? – я насторожилась. Даже Софи, которая до этого отвлеклась на рассматривание сада из приоткрытой двери, обернулась к нам и прислушалась.
– Ничего особенного тут не происходит. Подписание подобного договора о неразглашении, обычная практика. Сейчас предупреждаю вас о нем, чтобы потом договор не стал для вас сюрпризом.
После этих слов сеньора Балса отвела нас в комнаты, которые пустовали и, в которых мы могли поселиться. Моя – самая крайняя, а Софи разместили в одну из первых спален.
Женщина до обеда дала нам время для того, чтобы мы разобрали вещи, после чего ушла.
– Наверное, хозяин этого дома очень влиятельный и известный человек, раз нам нужно будет подписать договор о неразглашении, – сказала Софи, когда мы остались наедине.
– Может быть,– я пожала плечами. Если честно, мне было плевать на работодателя и на то, кем он являлся. Главное, чтобы с работой все было хорошо. Тем более, исходя из слов сеньоры Балсы, мы с ним часто видеться не будем.
***
Оказалось, что хозяина этого особняка пока что не было в Риме. Об этом нам рассказала сеньора Балса, так же обмолвившись, что он вернется лишь через неделю. То есть, увидеть работодателя я смогу лишь после того, как уже подпишу контракт, конечно, если работа не оттолкнет и мы с Софи не откажемся от нее. Хотя пока что меня все более чем устраивало.
Немного не нравилось то, что остальные горничные были неразговорчивыми. Я у них что-то спрашивала, а они отвечали однословно. Хотя, при этом, мне казалось, что за моей спиной они перешептывались. Да. Знаю и понимаю. Паранойя.
"Мариса, успокойся. Никому ты тут не нужна. Если кто-то и перешептывается, то точно не о тебе" – мысленно сказала я себе.
В курс работы нас ввела сеньора Балса. Сказала, в первую очередь, вымыть кухню. Ну мы и принялись за работу. Было немного неудобно, ведь как раз пришли помощники главного повара, два молодых парня, чтобы приготовить обед для прислуги.
Я стояла на коленях и вымывала нижние ящики, а Софи занималась холодильником. Пока нам не выдали форму, мы с Софи оделись просто в удобную одежду. Поскольку было жарко, я расхаживала в шортах и майке. Правда, не долго. Внезапно в кухню буквально влетела сеньора Балса и сказала мне переодеться.
– Ваш внешний вид слишком вызывающий. У нас подобное не приемлемо, – сказала она. И мне показалось, что в голосе женщины присутствовала нервозность.
Я пошла переодеваться, но, если честно, немного не понимала синьору Балсу. Она сразу видела во что я оделась, но мне ничего не сказала, а тут прямо прибежала и заставила пойти сменить одежду.
