тот же самый, как в салоне такси.
– Ты не одна. Но мужа рядом нет. Ласкаешь себя? – спросил хрипло. – В душе? – спросил с азартом.
На лице девушки отразилось недоумение, досада и испуг.
– Да. В душе! – подтвердил свою догадку.
– Да кто ты такой, черт побери? Отпусти дверь!
– Значит, я прав, – облизнул пересохшие губы. – Впусти, я тебе помогу.
– У меня…. Мне… Мне помощь не требуется! От насильников-маньяков тем более. Завтра я на тебя заявление в полицию напишу!
– Якуб Исаев, – назвал свое полное имя. – Можешь прямо к начальнику, Сан Петровичу заглянуть, – ухмыльнулся. – Он меня хорошо знает.
– Отпусти дверь, козел озабоченный. Я с бабушкой! – попыталась снова закрыть дверь.
– Когда продолжишь в душе, подумай о том, что трахаться с живым членом намного приятнее, чем со своим пальчиками. И учти, соперников я не потерплю.
– ЧТО?!
Вот теперь она точно удивилась, приоткрыла ротик.
Ох, как соблазнительно на глубокий горловой минет напрашивалась!
– С мужем прямо сейчас на развод можешь подать! После меня на других мужиков смотреть бесполезно. Один раз настоящего самца учуяла, на других течь не станешь! – заявил уверенно.
В глубине квартиры еще раз закашлялась старушка.
– У меня бабушка больная! Иди нахер, девушек из кустов своим членом пугай! – выбранилась Мия, царапнула меня коготками в форме пик.
Неожиданно я отдернул руку, располосованный до кровавых отметин!
Мия дернула дверь на себя и захлопнула ее перед моим носом.
Ахренеть!
Что-что она сказала?! В кусты меня отправила, хуем трясти перед случайными прохожими женщинами?! Ах ты ж сучка, Пчелка.
Эксгибиционистом меня еще никто не обзывал!
Аж в пот прошибло!
Привалился спиной к стене и достал сигареты. Давно не курил, бросил, но пачку от сигарет при себе постоянно таскал, не в силах был расстаться с привычкой вертеть между пальцев сигаретную пачку!
Бросил курить решительно, но сейчас захотел покурить!
Раскрыл пачку, достал из нее антиникотиновую наклейку и шлепнул себе на пресс.
Пожалуй, одной маловато. Надо две… Нет, три… Или вообще, с ног до головы себя облепить!
В трусах адское напряжение. Я знаю, что бабы от меня текут, обламывали редко.
Можно сказать, я уже забыл, как звучит решительное «НЕТ!». Обычно бабское «нет» довольно шаткое, больше из желания набить себе цену, и очень скоро превращается в неуверенное «да», а потом в требовательное «Трахни меня! Еще! Еще…»
Сказать, что я оскорбился, значит, ничего не сказать. Про член вообще молу. Его твердые намерения таранили ширинку брендовых джинсов.
Подход нужен? Что ж… Есть над чем подумать!
Вот только каждый час промедления обойдется Пчелке в день сексуальной отработки… Время пошло!
Глава 3
Мия
О боже, что это было?! Как он меня нашел? Но самое главное, зачем он меня нашел?!
– Мия, кто пришел? Почему так холодно?! – запричитала бабушка из спальни.
Наверное, мои счастливые трусики не зря так порвались. После того, как они упали к моим ножкам, перестав быть счастливым талисманом, неприятности навалились со всех сторон.
Проблем у меня и так хватало, к ним добавилось увольнение с плохой характеристикой.
И, как вишенка на торте, вибратор к чертям сломался.
Мне пришлось обходиться лишь собственными пальчиками.
Каюсь, я мастурбировала в ванной, под душем.
Но как Маньячелло это понял?! Экстрасенс, что ли?
Я была в глубоком ступоре от того, что он меня нашел!
Между ног совершенно некстати снова прилило возбуждение. От вида нахала, который мало того, что хотел вломиться, так еще и с одного полувзгляда понял, чем я занималась в душе!
Как стыдно…
– Мия… Мия, почему ты молчишь?
Я стиснула зубы и заставила себя отлепиться от стены, пошла на причитания бабушки.
В спальне стоял тяжелый запах лекарств и старости. Такой тяжелый запах начал вытеснять все прочие ароматы дома. Как я ни старалась замаскировать запах болезни в квартире, это амбре медленно, но верно отвоевывало пространство.
Скоро я тоже начну пахнуть, как тяжелобольная, почти лежащая старушка.
Ольга Петровна копошилась на кровати и пыталась встать.
– Там пульт упал! На пол упал пульт…
– Все хорошо, Ольга Петровна, лежите. Я сейчас подниму пульт.
Подойдя к бабушке, я взбила под ней подушку и уложила повыше, чтобы старушке было поудобнее лежать. Пульт от телека лежал рядом с кроватью, я подняла его и всунула старушке в скрюченные пальцы, скованные артритом.
– Мой любимый сериал вот-вот начнется! Будешь смотреть?
– Я еще в ванной не прибрала. Но вы мне потом расскажите, что было? Вдруг Анхелика признается Мигелю, что Рогнарио шантажом заставил ее выйти за него?
– Рогнарио такой подлец! – пылко подтвердила Ольга Петровна.
– Негодяй, – согласилась я. – Пить хотите?
– Со сгущенкой чай сделай! – потребовала она.
Я вздохнула: сахар в крови и так был повышен, а Ольга Петровна, как была сластеной, так ей и осталась, капризничала и требовала “сладенького”.
– Постараюсь найти, – пообещала я.
Впрочем, в глубине души я надеялась, что Ольга Петровна о своей просьбе забудет через минуту.
У нее вот такими наплывами начала проваливаться память: краткие моменты из сегодняшнего дня она могла забыть через минуту, но помнила, какого цвета был рюкзак у соседки по школьной парте.
– А кто приходил, Мия? – поинтересовалась она.
– Дверью ошиблись. Не в тот подъезд зашли! – соврала я.
На экране телевизора начали показывать заставку мексиканского сериала. Я поспешила выйти.
– Иди, прибери в ванной. Да хорошенько там все вымой! Не то хозяйка придет и
