из зала стал громче, пока мы подходили, и я склонился и прошептал:
— Ты серьезно?
— К сожалению, да. Как представляешь, процесс вредит мозгу больше, чем просто путает воспоминания о магии. Magicae Litura вышло из использования после Международного Саммита глав гильдий в Стамбуле в 1968, но не было запрещено.
— Откуда ты все это знаешь? И почему такое вообще позволено?
Линна не успела ответить, мы прошли в зал. Кабинки обычно были заполнены болтовней агентов, кричащих во время работы над делами и заполнения документов, но сегодня вся не очень важная работа была на паузе, все доступные агенты занимались демоническим магом и «Вороной и Молотом».
Обвинением, напомнил себе я. Я все еще не верил в это.
Созэ поднял руку. Скользкому агенту даже не нужно было говорить. Один жест, и тишина расползлась по комнате, все агенты и аналитики посмотрели в его сторону. Я шагнул в сторону вдоль стены, потянул Линну за собой, чтобы мы не стояли близко. Я не хотел, чтобы кто-то думал, что мы были на его стороне.
— Как многие из вас в курсе, я — агент Созэ из внутренних дел, — сказал он, голос разносился по комнате. — Несколько недель я раскрывал недостатки, промахи и коррупцию в этом участке.
Тишина была полной, и я мог услышать, как чихнула муха. Посреди зала мой бывший напарник по кабинке, Винсент Парк, сидел прямо на стуле, глядя на Созэ. Агент рядом с ним нервно кашлянула, и Винни заговорщически ткнул ее локтем.
— Отчеты, которые я получил, нарисовали не льстящий портрет, и предварительное исследование показало, что стандарты участка низкие. Тут рассадник ошибок, так что… — Созэ слабо улыбнулся. — Я посчитал необходимым применить Visitatio Pateficiendi.
Я мысленно застонал. Почему ему так нравились мертвые языки? В зале загудел растерянный шепот. Похоже, не только я не освежал знания латыни.
Созэ посмотрел мертвыми глазами на толпу.
— Нужен сильный и последовательный лидер, чтобы вернуть порядок в участок. Visitatio Pateficiendi дает мне власть управлять полностью этим участком ради глубокой проверки.
Я раскрыл рот. Он сместил Блит?
Я не любил капитана — мы достаточно раз спорили — и я часто считал, что моя работа была бы лучше без ее давящего присутствия, но теперь я забирал эти слова. Это было намного хуже.
Блит стояла в паре шагов левее от Созэ, ее лицо было каменной маской, ничего не выдавало.
Он окинул взглядом комнату потрясенных агентов.
— Visitatio Pateficiendi будет применяться, пока я не буду убежден, что все недостатки, ошибки и коррупция были убраны. Для начала моя команда и я проведем расследование условий участка. Потом мы глубоко проверим весь персонал.
Линна повернула ко мне голову с паникой на лице. Проверка условий участка звучала как обыск здания на случай, если мы что-то скрывали.
К сожалению, мы с Линной скрывали много подозрительного, из-за чего нас могли не только бросить за решетку, но это могло и дать Созэ власть запереть с нами Блит.
* * *
Жир капал с моего подбородка.
Обычно я не позволял себе вредную радость двойного чизбургера в масле, сыре и с кучей кусочков соленого бекона. Особенно, при примерном агенте Линне Шен. Но я заедал стресс, так что не думал, как впечатлить напарницу.
Ладно, думал. Но это не было высоко в списке мыслей. После заявления Созэ в зале мы отправились на обед и нашли место для встречи команды.
— Нужен план, — заявила Линна, потягивая молочный коктейль со вкусом шоколада, банана и эспрессо.
Я откусил еще от огромного бургера, растягивая челюсть, впился в слой хрустящего лука, майонеза и салата айсберг.
Вот видите? Айсберг. Это был салат. Не судите меня.
Я пытался ответить напарнице с полным ртом, но звучало как слон, ворочающий камни, а не слова Кита.
Она приподняла бровь.
— Может, повторишь?
Я смог проглотить и повторил:
— У тебя порталы, у меня крот.
Крот. Если Созэ в чем и был прав, так это в том, что в нашем участке были тайны и коррупция. Он был прав, что Блит, Линна и я обходили правила, нарушали протокол и врали другим агентам. Но не ради преступлений.
Только мы в участке знали, что кто-то в наших рядах был кротом — предателем, продающим информацию, шпионом, угрозой. Мой лучший друг Зак, он же самый опасный плут в Ванкувере, продал нам всю информацию о кроте, но это не привело к аресту, как я ожидал. Нет, враг хорошо скрывал следы, и расследование усложнялось тем, что круг подозреваемых включал всех работников участка.
— У тебя звучит просто, — сказала Линна, мешая коктейль трубочкой. — Я не могу просто уйти с моими исследованиями порталов в руках. Я даже не смогу все поместить в руки. Придется выносить по частям.
— Куда ты все унесешь? — спросил я, решив спросить перед тем, как откусывать.
— Пока в свою квартиру, но кто знает, может ли Созэ приказать обыск наших домов? — она беспомощно покачала головой. — Что будешь делать с кротом?
— Сотру все следы нашего расследования из наших компьютеров, увеличу нашу нагрузку делами. Созэ не может подозревать, что наше главное расследование в прошлом месяце было личным проектом Блит.
Кивнув, она сделала большой глоток молочного коктейля, потом опустила его со странно зловещим стуком.
— Мало уклониться от проверки Созэ.
— О чем ты? — спросил я, вытирая руки и подбородок салфеткой, пока не пропали следы бургера.
— Он злоупотребляет властью, вредит участку и нам. Худшее, что он может сделать с Блит, — забрать ее место, и, если я заберу порталы из здания, он может только отослать меня в ЛА. Но ты…
Ее карие глаза блестели, она утихла. Выражение лица Линны порой было сложно уловить, но я разглядывал ее достаточно, чтобы понять почти все. Но тут было тяжело.
— В худшем случае я снова окажусь на свидании с Судебным советом, — закончил я.
Она сжала стакан, оставляя вмятины на пластике.
— А если он порекомендует и для тебя Magicae Litura?
Я не ожидал, что внутри все странно дернется, но дело было не в страхе. Я осознал, что незнакомый блеск в ее глазах был заботой.
Я выдавил улыбку.
— Не спеши. Мы убедимся, что никому не растопят мозг. Ни мне, ни Броди.
Она выдохнула, смотрела, как стакан коктейля сминается от силы ее хватки.
— Но как?
Я потянулся над столом, сдвинул стакан, пока она не пролила. А потом поймал двумя пальцами ее пальцы, не сжал ладонь, но был близок к этому.
— Начнем с прикрытия следов. Я смогу сразу же стереть наши
