оставшуюся после вчерашнего (водку выпили всю, а иначе несчитово), задерживал дыхание, но икота не проходила. А Потапыч как ни в чём не бывало уже бдил: курсировал по пляжу и следил за порядком, он был свеж, как зелёный огурчик, только кто такой засолит? Да никто!
И всё-таки кое-что в медведе спасателе изменилось. Нет, он не стал менее добр к детям и родителям. Он по-прежнему снисходительно относился к отдыхающим подшофе (ну, если только они не дебоширили, таких он быстро успокаивал), ко всяким шурам-мурам он тоже был толерантен, хотя вряд ли знал это слово. А вот с преступностью стал бороться жёстко. Сначала наехал на шулеров, которые промышляли на пляже и с помощью карт облегчали кошельки загорающих. Не потому, что они были шибко важными персонами в этом его «походе на Берлин», просто они были ближе всего. Он был убедительнее Марлона Брандо, когда подошёл к кружку по интересам и сделал предложение, от которого шулера не смогли отказаться:
– Загорать и купаться здесь можете, а про азартные игры – забудьте! И не только здесь, а по всему побережью.
И посмотрел так, что всем всё стало ясно. Потом на базарчик наведался во время сбора дани с торговцев. Ребят короткостриженных он согнал в кучу на автостоянке, перевернул чёрный BMW и утрамбовал автомобиль в монумент борьбы с организованной преступностью. Забравшись на постамент, как в своё время Ленин на броневик, Потапыч толкнул короткую речь:
– С этого дня никаких поборов с бизнесменов больших и маленьких. Ни здесь, ни в городе. Понятно?
Широкоплечие помялись на своих двоих, поиграли желваками и прочими мышцами. Понятно было не всем и тогда лапа Потапыча взяла особо крутого перца за жопу. Шило в заднице представляете? А тут сразу четыре шила, да ещё каких! В общем индивид некоторое время сидеть не мог и на вопросы старших товарищей отвечал стоя. А вопросы возникли, если шулеры – частный случай и ради них с авторитетным в округе медведем разбираться бы не стали. То рэкет – дело другое, и деньги крутятся другие. Это как с маски шоу свечной заводик отобрать! И Потапыча решили убрать. По тихому. Нет медведя – нет проблемы.
Однажды ночью какие-то неустановленные тёмные личности подъехали к лодочной станции. В Потапыча разрядили по две обоймы из трёх калашей, потом труп медведя облили бензином АИ-95 и подожгли. Приехавшие пожарные так и не смогли потушить деревянное здание, пока оно само не выгорело и красный петух не перестал клевать деревянные зёрнышки. В груде пепла нашли останки медведя и много свинцовых желудей. Но не долго радовались бандиты по своим точкам сбора. Бурый смерч пронесся по побережью. Внедорожники вместе с крутыми ребятками переворачивались и сплющивались – Потапыч прыгал на них до тех пор, пока людям не становилось больно и одновременно с этим повреждения не носили ещё летального исхода. Братки отправлялись пачками в больницу, тем, кому не повезло больше – в реанимацию, а вот на кладбище не переехал никто. Потапыч действовал филигранно, как Терминатор из второй серии и заповедь «Не убий» блюл строго. Коттеджи брались штурмом – стены кирпичные взламывались совершенно тупо – медведь просто проходил сквозь них, а от отлетающих кирпичей уворачивались сторожевые псы, которые поджимали хвосты при виде свирепого непрошенного гостя и делали лапы куда подальше… выстрелы в себя из разнокалиберного оружия Потапыч принимал, но за такое дело ломал руки, причем сразу обе, ну и ноги тоже, чтобы уж для симметрии. Несладко жить с переломанными конечностями. Особо упёртым главарям банд медведь отрывал уши и рвал ноздри (это шло в комплект с переломанными ногами и руками). Арсеналы медведь ликвидировал, многие дома и хозяйственные постройки сжигал. Эти окаянные для бандитов дни полыхало по нашим весям мощно. Особенно свирепо под раздачу попали наркопритоны. За распространение зелья Потапыч не только ломал конечности, но и делал иглоукалывание, прошедшие эту неприятную процедуру, не распространялись куда именно колол медведь. Но лица имели настолько бледные до синевы, что быть похожими на зомби никто не хотел. Цыгане с побережья сдристнули быстро. Трудно торговать наркотиками, когда сквозь понастроенные за счет продажи пагубного дела каменные хоромы проламывается медведь. У нас нет этнической преступности. Поэтому цыгане съехали. Не сразу все, многие сначала отлежали в больницах. С койками в лечебных заведениях случилась напряжёнка. Кто побогаче, сразу переезжал в клиники Москвы.
Доброе слово Потапыча и невозможность его убить, действовали лучше, чем просто доброе слово Потапыча. Организованная преступность потянулась в иммиграцию вслед за цыганами. Опять же повторимся – закрепление помогает при склерозе – не сразу все, сначала бандиты лежали в гипсе и многие пили бульон из соломинки, потому что челюсти уркаганов медведь тоже сломал, как руки и ноги. Странно, но грабителей и разбойников с больших и малых скользких дорожек было никому не жалко. Вот как-то быстро развеялся флёр бандитского романтизма. Не оказалось сочувствующих. Без преступников простому народу жить лучше. Поэтому по отчалившим бандюганам никто не вздыхал. Ну, кроме их краль, которые также иммигрировали в иные земли.
Очень быстро некоторые функции преступных элементов взяли на себя нечистые на руку полицейские. Потапыч такую диалектику не воспринял и стал бороться с оборотнями в погонах. Картина маслом: ворота участка с грохотом распахиваются, бушующий медведь загоняет весь личный состав на берёзы и заборы, а далее Потапыч проводит политинформацию.
– Людей охранять и защищать можете, деньги вымогать не можете! Всё ясно? – и сверлит, сверлит своим взглядом и жжёт внутренним огнём нечисть.
Кто-то кивнул (особенно трогательно это выглядело у тех, кто сохранил на макушках фирменные головные уборы), кто-то протянул «Так точно». Начальник полиции, чья нога была зажата в лапе Потапыча, а сам начальник болтался, как… как жирный пингвин, которого белый медведь поднял за лапку (да автор в курсе, что белые медведи живут на севере, а пингвины – на юге), бормотал что-то в стиле подпоручика Дуба из похождений о доблестном солдате Швейка: «Ты ещё меня не знаешь, но ты меня ещё узнаешь». Вот это вряд ли. Начальник переехал в госпиталь, а потом запросил перевода. Вызванный на помощь полиции ОМОН не приехал. Нет, не то чтобы омоновцы зассали. Но по чесноку зассали! Ну убьёшь ты медведя. Вон бандюганы сколько раз убивали. А дальше? Дальше Потапыч возрождается, ломает тебе всё что можно, да ещё и задницу может распороть на британский флаг. Оно кому-то надо? Вот ОМОН и не приехал. Надо ли говорить, что по уровню преступности наше побережье прочно закрепилось на
