Я выпустил жирную клешню, еще раз осмотрел «друга», и чуть не заплакал. Черт, боже мой! То есть, вот даже как?! Нет, я не имею ничего против пухленьких малолеток. Если они, черт возьми, не долбят мою сестру!
Что там говорить-то вообще. Даже мое школьное тело смотрится более круто.
Глава 3
— Ты говорила, что он очень сильный, — выдохнул, рассматривая жирное недоразумение.
— Да, он сильнее всех в техномагии на нашем потоке! — пропищала сестра.
— Ты сказала, что он огромный!
— Конечно, у него большой кругозор и уровень эрудиции.
— О, дорогая, ты преувеличиваешь мои способности. Хотя, не спорю, я неустанно повышаю свой уровень умственной подготовки, — прошипел чертов Саня.
— Ага, а еще не прогуливаешь детсадик и умеешь завязывать шнурки, — сказал, чуть не упав в обморок.
— Марк, придурок! Ему девятнадцать лет!
— Господи, что б тебя. Лучшем б меня закопали в том сраном лесу.
С этими словами резко пошел вперед, не желая больше болтать с этим «Шаней». Сама мысль, что с моей сестрой мутит это убожество, меня убивала. Вот она — расплата за все хорошее.
— Прошу тебя, не надо. Он совсем не в себе, — слышалось у меня за спиной.
— Не бойся (звучало, как «не бойфя»), дорогая, я все улажу. Ты же знаешь, какой я отличный психолог.
«Психолог?! Да что этот карамельный толстячок может понимать в психологии?!»
Я резко ускорил шаг, чтоб не наделать глупостей. Но гад догнал меня, семеня короткими ножками, после чего, стал назойливо тараторить:
— Уважаемый Марк, ты должен понять, что ревность своей сестры является нормальным явлением в социуме (шошиуме). Важным инструментом борьбы с данной проблемой выступает открытый диалог. Ты должен выпустить пар, выговориться и объяснить свою позицию, как она есть.
Я остановился и посмотрел в маленькие глазки чертова толстяка. С одной стороны, хотелось врезать этого странного типа. С другой, он спас наши жопы. С третьей, он был жутко бесячим.
— Послушай, — с трудом сдерживая себя, сказал я. — Ты трахаешь мою сестру, так? Делай это, пожалуйста, молча. Чтоб я тебя нахрен не видел.
— Марк, как ты можешь?! У нас с ним ничего не было! — завопила сиседка.
— На самом деле, мы усиленно целовались. При этом я засунул руку в трусы твоей сестре, но до секса (шэша) у нас не дошло. Хотя, думаю, да, в перспективе все это возможно.
— О, Александр, зачем ты рассказываешь эти интимные подробности?
— Инга, мы должны создать дружелюбную атмосферу открытости, чтобы Марк не думал, будто у нас от него есть секреты.
Я не знал, смеяться тут или плакать, участвуя в тупом балагане. Единственное, что смог спросить, это:
— Как ты нахрен нас спас? Скажи… Санек хренов!
— Ооо, это весьма интересная история, — просиял толстяк. — Когда мне предложили подработку в динамично развивающейся фирме по техномагической специальности, я не сразу понял, что там убивают людей. Точнее, думал, что то костюмированное шоу, где все понарошку. Но вскоре оказалась, что это не так, и я втянут в преступную схему, из которой так просто не выйти.
— Вот оно что. Все проще, чем я ожидал, — промямлил под нос, а потом махнул рукой.
Этим жестом высвободил часть черной энергии, которая врезала толстяку по мозгам. Он ахнул и свалился на траву, как колобок. Ини стала что-то орать. А я… свалил нахрен.
Да, не придумал ничего лучше, чем слегка пробежаться. Пусть выглядит глупо, но это единственный вариант сохранить остатки нервной системы.
Когда подошел к школе, то заметил, как несколько рослых парней танцуют с садовыми ножницами вокруг кустов. Последние были желтыми, но листья крепко держались, что позволяло с точностью ровнять кроны.
При ближайшем рассмотрении оказалось, что новоявленные садовники раньше состояли в клане бойцов. То есть, были малолетними боевиками, которых боялась вся школа.
Увидев, что они вытворяют, я невольно спросил, что к чему. Ответ меня просто убил. Оказалась, парни участвуют в конкурсе юных любителей сада, объявленном городскими властями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Блин, еще недавно они вертели на члене всю администрацию школы, а теперь стали няшными пирожками. С одной стороны, это круто. Но меня не покидало стойкое чувство, что местный мир начал превращаться в дурдом.
Чего стоила только эта подушка! На одном из уроков меня стало клонить в сон, как всегда. Но вместо едкого замечания училка предложила брать из дома подушку, чтобы было комфортнее. Ведь я пережил страшный стресс, значит, мне можно отдыхать на уроках.
Короче, было все хорошо. Но это даже хреново.
Я возвращался домой со странными чувствами. Рутина медленно выедала мозги. Капитан Раст уступал место обычному школотрону. Поделать с этим ничего я не мог.
К счастью, в квартире ждал яркий сюрприз. Не успел войти в дом, как услышал голос какой-то бабы.
— Анна, он единственный мальчик на свете, кто унаследовал способности амазонок! — вопила женщина, пытаясь что-то доказывать.
— Прости, Ири, но я не могу. Он мой сын, и к такому еще не готов, — в своем репертуаре тараторила моя мамка.
— Да, но священный ритуал надо проводить, пока парень еще молодой!
— Плевать, я тебе не позволю.
— Опомнись, это единственный шанс исполнить пророчество и вернуть величие амазонок.
— Только не с помощью моего несчастного мальчика!
— Боже, Анна, с ним ничего не случится! — кричала странная гостья.
— Ты ничего не понимаешь, будут свои дети, поймешь!
— Моя дочь погибла, сражаясь за независимость клана, если ты не забыла.
— Вот именно, Ири! Тебе легко говорить!
Я стоял и слушал этот бред, понимая, что в любой ситуации бабы остаются бабами. Еще недавно они громили бандитов на даче у злобного барыги, а теперь грызутся, как старые клячи.
Это, конечно же, ерунда. Но что за секретный ритуал, где я должен участвовать? Надо потом разобраться.
Не успел так подумать, как женщины резко замолкли.
— Уши! Мы не одни, — выпалила чертова Ири.
— Да, коридор, четыре метра к Юго-западу. Разведгруппа в количестве одного человека. Пол мужской, — отчеканила Анна.
Я не успел дернуться, как раздался лёгкий шорох. И мне навстречу выскочила высокая женщина, немного постарше Анны. Она была одета в кожаные штаны и короткий топик. Несмотря на возраст, дамочка смотрелась вполне сексуально. А высокие каблуки отлично подчеркивали ее ноги.
— Ой, ты сын Анны, понятно, — расплылась в улыбке знойная милфа. — Прости, не заметили, как ты вошел.
— Оу, ничего страшного. Отлично выглядите, как прости… простая городская красотка, — процедил я, пытаясь понять, насколько может быть аппетитна ее задница.
— Марк, это ты? Почему так рано? Тебя не выгнали там? Ты хочешь есть? Может пить? — задала кучу вопросов мать, выскочив из комнаты вслед за подругой.
После нашего похищения она стала опекать меня еще больше. Если так пойдет дальше, то придётся воевать с собственной мамкой, чтоб она не задушила заботой.
— Охо-хо, как же мило. Дела семейные, замечательно, — хищно улыбнулась подруга. — Мне пора идти. Засиделась. — Хихикнула она, направляясь к двери.
Походу, я ее возбуждал или мне показалось. Кстати, да, задница вполне ничего. Можно совместить приятное с полезным: узнать про ритуал и отритуалить эту старушку. А что, назло Милке! Точнее, нет, на нее мне плевать. Чертова стерва!
Короче, я решил применить обманный маневр и сказал, что хочу проводить тетю.
— Нет! — крикнула мать, будто читала все мои мысли. — Тебе надо учиться. Делать домашнюю работу, и вообще. Сиди дома.
— Эй, у меня нет домашки. Я же уже говорил, — ответил, но слегка опоздал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ирка хлопнула дверью и выскочила прочь из квартиры. Гнаться за ней было глупо. Придется пока подождать, надеясь, что удастся удовлетворить любопытство попозже.
— Марк, это совсем не важно. У тетеньки не все дома. Иди… я супчик тебе подогрею, — произнесла женщина с особой заботой.
