– Нет! – закричала Брианна. – Иди спать, Поппи!
– Брианна, помоги мне! – взмолилась Поппи. – На меня напал одноглазый мужик!
Брианна открыла дверь, и Поппи ввалилась в комнату.
– На меня напали!
Брианна окинула взглядом коридор. Пусто. Дверь комнаты Поппи была распахнута, и оттуда неслись звуки эмо-трека «Almost Lover» группы «Fine Frenzy», который Поппи явно запилила. Брианна заглянула в комнату незваной гостьи. Никаких признаков яростной борьбы. Покрывало нетронуто.
Вернувшись в комнату, Брианна к своему неудовольствию обнаружила, что Поппи облачилась в ее любимую фланелевую ночную рубашку, забралась под одеяло и теперь всхлипывает в подушку. Брианна не знала, что делать, поэтому включила чайник и спросила:
– Мне позвонить в полицию?
– Тебе не кажется, что меня уже достаточно осквернили? – заорала Поппи. – Я просто посплю сегодня в твоей постели вместе с тобой.
Спустя полчаса Брианна притулилась на краю кровати, обещая себе с утра пораньше пойти в университетскую библиотеку и отыскать книгу о том, как перестать быть бесхребетной.
Глава 4
На второй день Ева проснулась, откинула одеяло и свесила ноги с кровати.
Затем она вспомнила, что нет нужды вставать и готовить на всех завтрак, будить детей, опустошать посудомойку, закладывать вещи в стиральную машину, гладить кучу белья, тащить наверх пылесос, перебирать содержимое шкафчиков и ящиков, чистить духовку, протирать пыль со всех поверхностей, включая горлышки бутылок кетчупа и соевого соуса, полировать деревянную мебель, мыть окна и полы, поправлять ковры и подушки, чистить ершиком загаженные туалеты, собирать испачканную одежду и складывать ее в корзину, менять лампочки и рулоны туалетной бумаги, носить оказавшиеся не на своем месте предметы с первого этажа на второй и наоборот, идти в химчистку, пропалывать газон, ехать в садовый магазин за луковицами и однолетниками, начищать обувь или нести ее в ремонт, возвращать библиотечные книги, сортировать мусор, оплачивать счета, навещать мать и волноваться, что не заглянула к свекрови, кормить рыбок и чистить аквариум, отвечать на звонки за двоих подростков и передавать им сообщения, брить ноги и выщипывать брови, делать маникюр, перестилать белье на трех кроватях (если на календаре суббота), стирать вручную шерстяные джемперы и сушить их на банном полотенце, покупать еду, которую она не станет есть сама, везти тяжелые пакеты на магазинной тележке к машине, загружать в багажник, ехать домой, убирать покупки в холодильник и в шкафчики и на цыпочках расставлять консервные банки и бакалею на полке, до которой сама толком не дотягивалась, а вот Брайан доставал без труда.
Сегодня она не будет резать овощи и поджаривать мясо для рагу. Не будет печь хлеб и торты, которые всегда пекла из-за того, что Брайан предпочитал домашние магазинным. Не будет косить траву, подрезать растения, подметать дорожки и собирать листья в саду. Не будет мазать креозотом новый забор. Не будет рубить дрова, чтобы растопить настоящий камин, рядом с которым устраивается Брайан, придя зимой домой с работы. Не будет укладывать волосы, принимать душ и в спешке краситься.
Сегодня она не будет делать ничего из перечисленного.
Не будет беспокоиться, что ее вещи разложены не по порядку, потому что не знает, когда снова начнет носить одежду. В обозримом будущем ей понадобятся только пижама и халат.
Пускай другие люди кормят ее, обихаживают и покупают для нее еду. Она не знала, кто возьмет на себя роль феи-крестной, но верила, что большинство окружающих пожелают продемонстрировать свою природную доброту.
Ева знала, что скучно не будет – ей нужно многое обдумать.
Она поспешила в ванную, умылась и вымыла подмышки, но вне постели ей было некомфортно. Пожалуй, стоя на полу, легче поддаться чувству долга и спуститься вниз. Возможно, в будущем она попросит мать привезти ей ведро. Она помнила фарфоровый горшок под проседающей бабушкиной кроватью – в обязанности Руби входило опорожнять посудину каждое утро.
Ева легла на подушки и быстро уснула, но Брайан вскоре разбудил ее, спросив:
– Куда ты подевала мои чистые рубашки?
– Отдала их проходящей прачке, – ответила Ева. – Прачка отнесет их к быстрому ручью и потопчет на камнях. Вернет в пятницу.
Брайан, по обыкновению не слушавший жену, закричал:
– В пятницу?! Так не пойдет! Мне нужна рубашка сейчас!
Ева отвернулась к окну. С клена, кружась, падали золотые листья. Она сказала:
– Ты вполне обойдешься без рубашки. У вас же нет дресс-кода. Профессор Брэди одевается так, словно играет в «Роллинг Стоунз».
– И это чертовски конфузит, – проворчал Брайан. – На прошлой неделе к нам приезжала делегация из НАСА. Все прибывшие были в блейзерах, рубашках и галстуках, а экскурсию им проводил Брэди в скрипучих кожаных штанах, футболке с Йодой и ковбойских казаках! И это при его-то зарплате! Все космологи одинаковы. А когда они собираются в одной комнате, это похоже на встречу наркоманов в реабилитационном центре! Говорю тебе, Ева, если бы не мы, астрономы, эти пустозвоны уже давно оказались бы на мели.
Ева повернулась к мужу и сказала:
– Надень синее поло, брюки и коричневые броги. – Она хотела, чтобы он покинул комнату. Пожалуй, имеет смысл попросить свою необразованную мать показать ученейшему Брайану Боберу, бакалавру естественных наук, магистру естественных наук, доктору философии с дипломом Оксфорда, как запускать простейшие программы на стиральной машине.
Прежде чем муж ушел, Ева спросила:
– Как думаешь, существует ли Бог, Брайан?
Он сидел на кровати и завязывал шнурки.
– Ох, только не говори, что ты внезапно ударилась в религию, Ева. Это всегда заканчивается слезами. Судя по последней книге Стивена Хокинга, Бог не соответствует целевому назначению. Он – сказочный персонаж.
– Тогда почему в него верят миллионы людей?
– Слушай, Ева, статистика говорит обратное. Что-то действительно может появиться из ничего. Принцип неопределенности Гейзенберга допускает, что пространственно-временной пузырь надувается из ничего… – Он помолчал. – Но, признаю, с точки зрения частиц все несколько сложнее. Сторонникам теории струн и суперсимметрии действительно необходимо открыть бозон Хиггса. И коллапс волновой функции — та еще проблема.
Ева кивнула и сказала:
– Ясно, спасибо.
Брайан расчесал бороду Евиной расческой и поинтересовался:
– Итак, как долго ты собираешься лежать в постели?
– Где кончается вселенная? – парировала Ева.
Брайан трепал бороду, теребя кончик между пальцами.
– Можешь мне объяснить, почему решила податься в затворницы, Ева?
– Я не знаю, как жить в этом мире, – вздохнула она. – Я даже с пультом не умею обращаться. Мне больше нравилось, когда было три канала и нужно было нажимать переключатели – щелк, щелк, щелк.
Она пощелкала воображаемыми кнопками на воображаемом телевизоре.
– Значит, ты собираешься валяться в постели, потому что не научилась обращаться с пультом?
Ева пробормотала:
– Я не умею обращаться и с новыми духовкой, грилем и микроволновкой. И не могу разобраться, сколько в квартал мы платим энергетической компании «E.ON» по счету за электричество. Мы должны им денег, Брайан, или все-таки они задолжали нам?
– Не знаю, – признался муж. Взял ее за руку и сказал: – Увидимся вечером. Кстати, а секса в меню тоже не осталось?
Глава 5
– Мы со Стивом больше не спим вместе, – пожаловалась Джули. – Он замкнулся в каморке с приставкой и сборником хитов «Guns and Roses».
– Ты по нему скучаешь? Физически? – поинтересовалась Ева.
– Нет, сексом-то мы занимаемся! Внизу, когда дети уже спят. Раньше нам приходилось втискивать перепих в рекламные паузы – ты же знаешь, как я люблю свои сериалы, – но теперь серии можно посмотреть в записи. Следовало прибегнуть к новым технологиям после того, как я пропустила сцену, когда Фил Митчелл впервые попробовал героин. Итак, почему ты все еще валяешься в постели?
– Мне здесь нравится, – ответила Ева. Ей была симпатична Джули, но уже хотелось, чтобы соседка ушла.
– У меня волосы выпадают, – призналась соседка.
– Это ведь не рак?
– Стресс на работе, – засмеялась Джули. – У нас новый руководитель, миссис Дэмсон. Бог знает, откуда она взялась. Из тех начальников, которые ожидают, что сотрудники будут вкалывать все восемь часов. Когда нами руководил Бернард, мы не слишком напрягались. Приходили в восемь, я ставила чайник, а потом мы с девочками садились в комнате отдыха и болтали, пока клиенты не начинали барабанить в дверь, чтобы их впустили. Иногда, смеха ради, мы притворялись, что не слышим, и не открывали дверь до половины девятого. Да, на Бернарда было очень приятно работать. Жаль, что его уволили. Он же не виноват, что наш филиал не приносил прибыли. Просто клиенты перестали приходить.
