Читаем без скачивания Сказка для сказочника - Елена Плахотникова

Слава Богу, не забыл!

- А это мне должно нравиться?

- Кому-то нравится тифура, кому-то - сладкая вода, а кто-то пьет хамиси и смеется, - заговорил нараспев старикан.

- Пьют эту гадость?!

Меня аж передернуло. Однажды я это хамиси попробовал. Интересно мне стало, над чем это неслабые мужики так смеются, что даже на ногах удержаться не могут. А этих поальих поводырей не всякий поал с ног свалит. Мне одного глотка хватило, чтобы проблеваться. На вкус, как прокисшее пиво, разбавленное мочой недельной давности. Запах, по крайней мере, очень похожий. Вот только запах появляется не сразу, а когда пойло в рот попадет. Избавиться от этого запаха потом не так-то просто. Чем больше полощешь рот, тем больше воняет. Я сутки после дегустации жрать не мог. Если и есть клуб любителей хамиси, то я в него не вхожу.

- Понимаешь, ста… Многозрящий, я хочу посмотреть память отца. Это можно устроить?

Старикан важно кивнул.

Вот и хорошо, вот и замечательно. Имеются у меня к любимому папочке несколько вопросов. Точнее, всего два: как его угораздило сдыбаться с моей матерью и… почему это он отказался от меня. Других детей, насколько я знаю, у него нет. Женат он тогда тоже не был, не бедствовал, мог бы и устроить единственного сын как-нибудь по другому. Не скажу, что жалею о том, что оказался в детдоме - поздно жалеть. Да и кто его знает, чем бы я стал, если бы попал к любящим бабушкам-дедушкам или еще куда… Просто мне интересно. Как интересно всем, кто вырос без родителей, почему этих родителей не было рядом, когда они были нужны. Хоть ничего уже нельзя изменить, но интересно и все тут. И еще интересно, почему это я заглянул в материнскую память, ведь отцовская мне должна быть ближе.

Но старикан не подтвердил моих догадок. Оказалось, браслет работает не по половому признаку. Оказалось, что о ком думаешь перед сном, того и во сне покажут.

Не помню, чтобы я думал о любимой мамочке. Скорее уж вспомнил какого-то зануду и послал его к такой-то матери. А может, и точнее адрес указал. А то с чего бы мне такое приснилось?..

- Но перенастроить можно? - опять пристал я к Многозрящему.

И старикан опять кивнул.

- Ну, так бери, перенастраивай

И шкатулку к нему двигаю. А он ладошки к груди прижал, головой качает и… улыбается. Паразит!

- Ты сам, Многодобрый. Мне нельзя это трогать.

- Как сам?! Я тебе что, мастер-настройщик?

- Ты хозяин браслета. Как ты захочешь, так и будет. Потом будет, как захочет он.

Я не сразу понял, чего старик наболтал. Порасспрашивал его еще немного и уяснил суть вопроса. Вначале, пока браслет настраивается на нового носителя, сны получаются как бы по заказу. Вот как у меня. Ну, почти. Потом все идет само собой, по инерции. И от хозяина браслета зависит только одно - спать сегодня без снов или вытащить браслет из шкатулки.

Уже хорошо, что не надо эту красоту постоянно таскать. Мне и тиамного за глаза хватает. Пусть другие браслета вроде бы не замечают, но я-то его вижу и чувствую!

- А сам ты пользовался им? - и я похлопал по шкатулке, которую так и не открыл в гостях. - И в чью память ты заглянул?

- Мне для этого не нужен браслет, - Многозрящий покачал головой. - Я бы воспользовался браслетом Забвения, но такого у меня нет.

Шутить сразу перехотелось. Кажется, Машка тоже что-то говорила об абсолютной памяти. Чем больше я думаю, тем меньше мне кажется, что память - такая уж замечательная штука. Не удивительно, что дедок столько пьет. С его-то работой…

Прощались мы почти вечером, как два уважаемых человека, со всеми положенными словоизлияниями и поклонами. Протрезвевшие, довольные друг другом и окружающей средой.

На ужин я не остался. Работаю сегодня в вечернюю смену. И вчера работал. И завтра буду. Привык долго спать по утрам. Еще с того мира привычка. Многолетняя. А избавиться от такой привычки еще труднее, чем приспособиться к ней. Вот и работаю во вторую смену. И никто не возражает. Я сам себе хозяин и указчик. А для пациентов главное, чтобы у хирурга было хорошее настроение, и руки чтобы не дрожали.

Вот чем хороша тифура - и вставляет крепко и выветривается быстро. А главное - никакого похмелья или дури после нее. У меня, по крайней мере.

Все-таки не зря я к старикану наведался, совсем даже не зря! И проблему решил, и отдохнул душой с приятным человеком. После такого отдыха и поработать немножко можно. Вечерком, когда прохладнее станет. Не напрягаясь, без трудового героизьма. Герои у меня потом грыжу лечат. Или геморрой. "Надо так работать сегодня, чтобы было чем заняться завтра". Помню, Санек любил такое говорить, помогая очередной мамочке забеременеть. Да-а, прикольные были времена, не скажу, что очень спокойные, но вспомнить есть что. А перед сном можно прогулку под Санутом устроить. Он сегодня в небе часа три торчать будет. Пройтись по пустым улицам, пока жители по своим каморкам сидят. Молчун давно выпрашивает совместную прогулку. Вот и погуляем. Как в том анекдоте, на все шестьсот баксов. Главное, перед сном на нужную волну настроиться. Или ну его, этот браслет, до подходящего настроения?..

Вот вернусь с прогулки, тогда и решу.

4.

- Ох, Ксюха, и язык же у тебя! Хорошо б от него три метра отрезать и выбросить, а на оставшийся метр гирю пудовую подвесить. Цены б тогда тебе не было! Красивая и молчаливая - все мужики у твоих ног.

Ну, насчет "красивая" Мамирьяна, как всегда преувеличивает. Не каждый парень заговорит с девушкой, если в ней метр восемьдесят шесть. И если у нее фигура, как у той некрасовской женщины, что

Избу за угол подниметКорову за спину закинет…Днем посадит огородА ночью мужа… удовлетворит.

Такую вот частушку спел мне один юморист. Роста мы почти одинакового, но он худющий, как глиста после голодовки. Считает себя первым красавцем и остроу-умным… аж жуть! "Это с тебя, - говорит, - девушку с веслом ваяли?" И я такой комплимент смолчать должна? Может, еще краснеть и стесняться, пока надо мной смеются?.. Или сомлеть от счастья, что этот задохлик на меня внимание обратил?.. Как же, сейчас разбегусь и с заднего сальто в шпагат сяду! Я и ответила. "С меня, - улыбаюсь, - ваяли. И ту, что с веслом, и ту, что с ядром. Представляешь, как я хорошо сохранилась, внучок. Получше твоей мамы, небось…" Ну, он и отвял, и целую неделю потом дулся. Не любят почему-то парни, чтобы их обсмеивали. А втирать парню, что он самый лучший, самый умный, самый красивый, а в постели, ну просто супер - этим пусть Мамирьяна занимается. Ей это нравится и у нее это получается. И не глупые вроде парни, а ведутся на ее треп, как последние недоумки. В золотых карасиков превращаются: чего пожелаешь, любовь моя, только скажи!.. И не пацаны сопливые, кому "хочу секса!" в голову шибает, а мужики на десять-пятнадцать лет старше возле нее крутятся. Со стороны посмотреть, так грустно и смешно делается.

- Вот ты ляпнула и забыла, а я запомнила и повторила, - продолжает возмущаться Мамирьяна, пока я молчу. С ней и разговаривать не обязательно. Кивнешь, она и говорит себе дальше. - Знаешь, как мне неудобно было за твое "убиться с веника"! Я потом пять минут перед Сереженькой оправдывалась и краснела. Думаешь, это легко?

- Краснеть? - пошутила я.

- Вот именно, - зарычала Мамирьяна. - Краснеть! Попробуй как-нибудь, когда это надо, а не хочется!

- И пробовать не буду. У меня такое все равно не получится. Это ты у нас великая актриса…

- А ты у нас кто? Непризнанная гимнастка? Или пловчиха, что выплеснула половину бассейна!..

Мамирьяна в плохом настроении много гадостей наговорить может. Память у нее хорошая, воображение - тоже, чего не было - придумает, что было - приукрасит. Потом все так перемешает, что не сразу разберешь, где правда, а где народное творчество. Длинный язык - это у нас наследственное. Как и стервозность. Только, когда я стервозничаю, парни от меня шарахаются, как от повестки в военкомат, а когда Мамирьяна - то в дрессированных собачек превращаются. У меня как-то хватило ума спросить: почему такая несправедливость? Мамирьяна тогда напустила на себя вид опытной женщины и изрекла: "Запомни, Ксюха, врожденный талант, это еще не все. Его надо тренировать и использовать. Вот доживешь до моих лет…" А ей тогда было пятнадцать, всего на год старше меня.

- И дался тебе тот бассейн… - Ну, поскользнулась я перед соревнованием, но все равно второй пришла! А первое место от меня никто и не ждал. - Ты лучше про "карасика" своего расскажи. Это тот, из телефонной?

- А вот и нет, - сестричка сразу переключилась на своих ухажеров. - Вечно ты все путаешь. Из телефонной - это Стас, а Сереженька - директор банка. Его бывшая выражалась точно так же, как ты. А он о ней не очень хорошо отзывается. Кстати, может, ты и есть его бывшая?..

- Марина, ты в своем уме?

Было дело, назвала я как-то ее Мамирьяной, обида была такая, что до драки дошло. Мне-то что, отряхнулась и все в порядке, а она неделю с синяком под глазом ходила. Вернее, не ходила, а дома сидела, изображала больную и безвинно обиженную. А уж чего ее мамаша моей наговорила, так и вспоминать не хочется. Вот уж чьим языком площадь подметать можно.