Читаем без скачивания Та, что гасит свет (сборник) - Дмитрий Рыков

Времени было достаточно, и она предложила выпить шампанского для более острого восприятия искусства. Предполагаемая смесь: виски + пиво + шампанское напугало кавалера лишь на секунду. Как говорил его шеф: «Какая разница, в бокале коктейль или в желудке?» Тем более, что «Советского шампанского» он не пил с выпускного. Лучше бы и не начинал. Ну да ладно – сейчас настроение ему ничем нельзя было испортить. Аня вся искрилась, сверкала, притягивала взгляды окружающих.

Через какое-то время они устроились в зале. Места были отличные – спасибо спекулянтам. Волшебная смесь гениальной музыки, алкоголя и влюбленности заставляла его трепетать от счастья. Николай держал ее ладошку в своей руке – то мял, то легонько поглаживал подушечки пальцев, подносил тыльную сторону ладони к своим губам и нежно целовал. В такие моменты она чуть наклонялась к нему и шептала на ухо: «Ты замечательный». В очередной раз она шепнула: «Опера прекрасна, но я хочу тебя немедленно, срочно поехали к тебе».

У Николая мелькнула мысль – а смогла бы она уйти из кинотеатра с какого-нибудь разрекламированного американского блокбастера так же легко, как из оперы? Дождавшись антракта, они поспешили к нему домой. Старушки в гардеробе смотрели на них с осуждением.

Секс опять был сумасшедшим. Так как на сей раз она заранее отпросилась, и добавила, что отец вообще не задал ни единого вопроса и, пожалуй, даже обрадовался, у них была уйма времени, чтобы изучить тела друг друга получше. Никто не остался разочарован. Потом они пили вино, болтали, кормили друг друга виноградом и курили.

Николай старался все это делать под лучшую музыку, часто менял разные СD, но скоро догадался, что музыка ее не интересует. Подумаешь, ерунда какая… Засыпала она на правом боку, свернувшись калачиком, он лег так же, свою правую руку подсунул под ее подушку, а левую положил на грудь. Он сначала убедился, что она спит, и только потом заснул сам.

Утро было субботнее, и до обеда они решили вообще никуда не выходить. Все это время провалялись в постели и после очередного секса даже успели полчасика подремать. Потом поняли, что у них от такой, с позволения сказать, физической нагрузки зверский аппетит, и нужно срочно утолять голод наиболее калорийной пищей. Парочка отправилась в «Бирштубе» в «Невский палас», где с удовольствием поглощала копченые сосиски, венгерские гуляши, тушеную квашеную капусту и картофельное пюре, естественно запивая еду литровыми кружками «пауланера».

Мужчина за соседним столиком посапывал, полулежа в углу дивана. Проходившая мимо молоденькая официантка, ища в них союзников, кивнула в сторону посетителя, брезгливо поморщившись: «Москвич…» Николаю стало неприятно. Питерский комплекс неполноценности по отношению к столице его раньше просто забавлял, теперь вдруг задел. Человек этот вполне мог быть обычным командировочным из Омска-Томска-Оренбурга-Екатеринбурга. Да даже если из Москвы – ну была у человека тяжелая ночка, бурная не по силам, попил пивка, расслабился – с кем не бывает? «Пошли куда-нибудь погуляем», – предложил он Ане. «Ага!» – быстро сказала красавица.

Они собрались и вышли на проспект. Перечислив друг другу все известные туристические места, выяснили, что он, к стыду своему, еще не был у Медного всадника, и поехали к памятнику. Там они, обнявшись, ходили по песочным дорожкам, бродили по желтой сухой листве, курили на лавочках. Анна расспрашивала его о прошлой жизни, о Москве, о девушках. Когда Николай попытался узнать о ее юношах, вместо ожидаемых шуток она довольно резко его оборвала, сказав:

– Давай считать, что ты первый. Других просто не было.

– Но это же не так. Я все понимаю, но, поверь, тут нет ничего страшного!

– Для меня – есть. Ты – единственный, и точка.

«Блин, – подумал Николай, – вот они, восемнадцать лет. Какой-то туман, загадки… Тьфу».

Настроение упало, оба молчали. Стал накрапывать дождик. Решили поехать домой. Она так и сказала: «Домой» – и было понятно, что домой к нему. В принципе к себе она собиралась вернуться именно сегодня, но сначала он поставил «Свидание вслепую», фильм этот она раньше не видела, ей понравилось, потом он предложил виски, ей понравилось, после фильма он стал ее осторожно целовать… Ей понравилось. И она никуда не поехала.

Воскресенье и всю следующую неделю, кроме вторника, когда ее мама возвратилась из командировки, каждый вечер они проводили вместе. Сначала он пытался сам отвозить ее на такси, потом стал просто сажать в машину. Он и так не высыпался, приходил на работу с синими кругами под глазами. Как-то решил отдохнуть от общения один день, но настолько вдруг неуютно себя почувствовал, что передумал.

Они гуляли, ходили в ресторанчики, но все равно, хоть на час, заезжали к нему. На выходные в «Юбилейном» был Моби. Николай рискнул и потащил ее туда, она танцевала и визжала от восторга. Также они побывали в клубе «Метро», еще он пообещал как-нибудь сводить ее на «Петровский» посмотреть матч «Зенита». Да, он был москвичом, но любил красивый футбол, а команда в этом сезоне разыгралась.

В общем, несмотря на некоторые шероховатости, которые он отнес к периоду становления отношений и неполного знания привычек друг друга, можно было сказать, что он счастлив.

В понедельник позвонили из столицы и предупредили о плановом визите первого заместителя, о чем ему говорили заранее, а он, к стыду своему, за любовными переживаниями просто забыл. Ошибки в работе были, но небольшие, так что Николай особо не волновался – разве что вечер с Анной приходилось пропустить.

Заместителя звали Олег Станиславович. Это был такой грузный-грозный пятидесятилетний мужчина, который в основном и вел всю текущую работу компании в отличие от шефа, решавшего глобальные вопросы. Его почти все побаивались, и было за что. Лени, невнимательности, а тем более глупости он не прощал.

На следующее утро Николай вместе с Андреем Андреевичем поехали его встречать в Пулково. Первый заместитель был в хорошем расположении духа и попросил при водителе работу вообще не обсуждать. В дороге до отеля говорили только о культурных достопримечательностях города Петра, местных питейных заведениях и, скажем так, об общественно-политической ситуации в стране и мире. В «Гранд отеле Европа» он попросил его не ждать, а прислать за ним водителя через час, благо до офиса было рукой подать. В хорошем расположении духа Николай отправился на работу. Лишний раз прошелся по этажам, все осмотрел. «Что ж, системы работают нормально, к взлету готов». – И сам улыбнулся своей шутке.

Вскоре подъехал Олег Станиславович, сообщил, что у них будет важный разговор с глазу на глаз, но не в кабинете, как ожидал глава филиала, а за обедом, а пока попросил сопроводить его в беседах «с крысами кабинетными», и они пошли по всем этажам, чтобы посмотреть на работу каждого отдела. Он себя вел как главнокомандующий на учениях в каком-нибудь дальнем округе, но в отличие от многих наших главнокомандующих во всех вопросах разбирался лучше остальных «военнослужащих». Все эти беседы заняли час с лишним, после чего они сразу поехали в «1913».

Как только они уселись за столик, первый заместитель начал тот самый «важный» разговор.

– Мой юный друг! – сказал он. – Обстоятельства складываются таким образом, что тебе срочно надо собираться в Москву!

Заметив мелькнувшее на лице молодого коллеги недоумение, он с удовольствием сделал театральную паузу, после чего заговорщицким тоном, на манер соседки, сообщающей другой соседке о тайной беременности дочки третьей соседки, произнес:

– Сергей Иванович собрался уходить!

Вышеназванный господин был одним из ведущих специалистов компании, прекрасным сотрудником с огромным опытом и множеством связей. А лучших менеджеров часто кто-нибудь переманивал, в том числе и у них, и что тут сверхудивительного и почему от этого должно зависеть его возвращение в столицу, Николай не понял.

Тут подошел официант, каждый сделал свой заказ. Олег Станиславович продолжил:

– А нам, как ты понимаешь, это не нужно. Такого человека терять никому не хочется. Мы с ним поговорили по душам, Сергей Иванович объяснил, что он все-таки петербуржец, семья его здесь. Мотаться туда-сюда надоело, а хорошо нам знакомый «Уралсиб» сделал ему предложение, от которого трудно отказаться, – возглавить питерское отделение, плюс деньги, конечно, и прочее и прочее. Ну, мы подумали и решили, что парень ты молодой, у тебя все впереди, и хоть мы равную по статусу должность пока, повторяю, пока, тебе предложить не можем, но нам кажется, что тебе нужно вернуться в Москву, а Сергей Иванович займет твое место…

Николай сжал кулаки.

– То есть я не справляюсь?

– Ух, ну зачем же так! Знал бы ты, как нам все уши прожужжали, прежде чем мы тебя сюда направили, – мол, еще молод, пороху не нюхал, опыта мало… Но мы рискнули и не пожалели. Ты в курсе, как долго мы не могли расшевелить это питерское болото? Сколько мы тут людей поменяли, скольких клиентов потеряли? Да, посылая тебя сюда, мы понимали, что это большой аванс, и если бы что-то пошло не так, сразу бы вернули обратно. А тут один клиент напрямую добрым словом о тебе обмолвился, другой, третий… А самый важный так вообще оду пропел, признался, что одновременно работал с тремя компаниями, и наша была самая худшая. А когда, как он выразился, «малолетнего пацана» прислали, так он вообще решил, что мы с ума сошли, и собрался уходить. Но потом из любопытства подождал чуть-чуть и теперь не нарадуется. Все, говорит, работает, как часы, с парнем вашим все вопросы напрямую можно обсуждать, всегда в курсе всех мелочей, всегда на связи, и он теперь две другие компании вовсе оставил! Конфликтов – нет, задержек по контрактам – нет, проблем – нет. А когда тебе один фрукт откаты стал предлагать, ты его так вежливо проводил…