Его темные волосы сияли и были слегка взъерошены, будто он не расчесывал их, а просто потряс головой после душа. Он был одет в белую шелковую рубашку, расстегнутую на груди. Темные брюки облегали узкие бедра. Несмотря на простоту одежды, Джанкарло выглядел богатым, влиятельным и таким пугающе мужественным, что Касси почувствовала, как ее нервы сплелись в клубок.
— А вот и ты, — произнес он мягко.
— Вот и я. — Касси протянула ему коробку. — Посмотри, я принесла твои свечи.
Джанкарло улыбнулся, забирая коробку. Свечи были последней вещью, о которой он мог думать сейчас.
— Спасибо. Заходи и дай мне взглянуть на тебя.
В его горле пересохло, когда Касси прошла мимо него на своих убийственных каблуках, тряхнув шелковистыми волосами.
Джанкарло не сводил с нее глаз. Даже когда она стояла за прилавком, одетая в накрахмаленную униформу, со стянутыми в хвост волосами, в ней все равно чувствовался шик, который заинтриговал его.
А сейчас, в коротком платье, с каскадом светлых волос, спускавшихся ниже плеч, девушка выглядела просто сногсшибательно. Свежая, молоденькая и упругая. Внезапно он пожалел, что они почти не знакомы, иначе наплевал бы на дурацкий ужин и затащил бы красотку прямиком в свою постель. Или хотя бы поцеловал.
— Ты выглядишь потрясающе, — сказал Джанкарло, кладя коробку на столик.
— Правда?
— Ты сомневаешься?
Касси неловко пожала плечами. Как и большинство женщин, она сомневалась по поводу своего внешнего вида. Приехав в Лондон и обнаружив, что все ее наряды, купленные в Корнуолле, не соответствуют стилю большого города, Касси приложила массу усилий, создавая образ. Иногда казалось, что она изменилась внутренне, чтобы соответствовать новой одежде. Можно сказать, глянцевый налет скрывал ее истинное лицо.
Касси не носила столь короткие платья и не ходила на таких высоких каблуках в родном городе. Но она никогда раньше не встречалась с таким мужчиной, не так ли?
Заметив блеск восхищения в черных глазах Джанкарло, Касси смутилась, отвела взгляд и осмотрела огромный холл с высокими потолками и светлыми стенами, увешанными серией картин, изображающих прекрасных японок. Свет, проникавший сквозь витражное стекло над входной дверью, бросал красные и синие блики на черно-белую плитку пола. На столике из палисандрового дерева стояла стеклянная ваза, наполненная розами и фрезиями, источавшими нежный аромат. От ощущения огромного пространства захватывало дух. Это было похоже на иллюстрацию из журнала с роскошными интерьерами, и Касси не могла представить, что кто-то может жить в таком просторном доме.
Она выжидающе посмотрела на Джанкарло, недоумевая, почему он не идет за пиджаком.
— Куда мы идем ужинать? — спросила девушка.
— Ну, вообще-то мы никуда не идем, — сказал он тихо. — Мы будем ужинать здесь.
— Здесь?
Ее сердце стремительно забилось. Она-то мечтала об ужине на крыше небоскреба с потрясающим видом на ночной город. Об официантках с цветами в волосах и о тихо звучащей музыке. Воображала, как они будут мило беседовать друг с другом, наблюдая за трапезой богачей.
— Ты возражаешь против такой идеи? — Глаза Джанкарло сверкнули. — Ты думаешь, что еда в моем доме не дотянет до того уровня, к которому ты привыкла?
Ее щеки порозовели от насмешки, прозвучавшей в его голосе.
— Ну, я…
— Ну что, Кассандра? — поддразнил он.
Никто никогда не называл ее Кассандрой. И никто не предупреждал, что итальянский акцент может заставить каждое слово звучать соблазнительно. Конечно же Касси считала неприличным ужинать тет-а-тет в доме мужчины на первом свидании. Но если она скажет об этом, не прозвучит ли это слишком наивно? Джанкарло решит, что она — какая-то деревенщина. Возможно, для Лондона это нормально. Не собирается же он наброситься на нее после ужина?
Касси откашлялась:
— Я знаю, что в округе полно милых ресторанчиков.
— Так и есть, но большинство из них заполнены туристами или проводят корпоративные вечеринки. — Он протянул ей руку. — Пойдем со мной, и мы посмотрим, удастся ли мне заставить тебя передумать.
Касси позволила ему взять ее за руку и повести по длинному коридору, увешанному еще большим количеством картин. Коридор вел в огромную комнату с паркетным полом, украшенную несколькими скульптурами. Огромные французские окна вели в прекрасный зимний сад, где был уже сервирован ужин.
Сквозь прозрачный потолок можно было любоваться сверкающими звездами, цветы жасмина наполняли воздух тонким ароматом, а в ведерке со льдом ожидало шампанское. Обеспокоенная тем, что Джанкарло до сих пор сжимает ее пальцы, — а она сочла это чересчур интимным, — Касси высвободила руку и вошла в сад.
Ночь была прохладной и темной, однако снаружи зимний сад окружали фонари, подсвечивающие деревья и кусты таким образом, что пейзаж напоминал декорацию к сказочному фильму.
— О боже, — выдохнула Касси. — Сад прямо посреди Лондона. Повезло тебе!
Повезло?! Джанкарло подошел к ней, любуясь ее упругими формами и светлыми волосами, спускающимися почти до талии. Людям почему-то всегда казалось, что он легко всего достиг. А Джанкарло считал, что ему помогли капризная судьба и отчаянное желание добиться успеха вопреки всему. В прошлом остались тяжелый шок от двойного предательства и долгий путь наверх с самого дна. В конце концов он доказал своему брату и самому себе, что ему не требуется наследство, чтобы стать богатым.
Джанкарло удалось все. Будучи человеком упрямым, он сфокусировался на одной цели и достиг того положения, о котором мечтал. Вот почему теперь он может привести эту прекрасную женщину к себе в дом и накормить ужином, который способен соперничать с трапезой в самом престижном ресторане.
— Так ты передумала насчет похода в ресторан? Можешь представить себе более красивое место для ужина? — поинтересовался он, глядя на водопад светлых волос Касси.
— Пожалуй, не могу. Но кто же все приготовил?
— Ну, уж точно не я. — Обойдя стол, Джанкарло достал шампанское из ведерка и вынул пробку. — Выпьем?
— Хорошо, — охотно согласилась Касси, принимая из его рук бокал с искрящимся напитком. Она сделала глоток и поморщилась.
— Пузырьки попали в нос? — ласково спросил он.
— У меня так каждый раз, — ответила она, будто пила шампанское чуть ли не каждый день. — Так кто же для тебя готовит?
— У меня есть обслуживающий персонал, — сообщил он. — Повар. Домработница. Садовник.
— Ох, какой снисходительный тон.
Джанкарло покосился на нее. Богатство творит с людьми странные вещи. Оно открывает для них целый мир и в то же время закрывает какие-то его части безвозвратно. Богатство ведет к одиночеству, запирает человека среди роскоши и редких вещей. А окружающие порой смотрят на него с завистью и даже с алчностью. Но это цена, которую нужно платить. Что может знать о его жизни эта маленькая продавщица?
