каждый отвечает по своему роду, как он был убит. И ежели случится, что пожалуется кто на охотника, что помучил зазря, тогда беда будет. А коли охотник поблагодарил зверя за шкуру, за мясо, тогда старшой отпускает своего зверя снова на землю, чтобы опять, коли надо, охотились. Такой порядок.
Мальцы запоминали этот порядок. Нельзя зверей зазря мучить. Беда будет. Какая беда? А в прошлую зиму, вспомнилось, пошёл дядька Лобатый в лес — и не вернулся. Беда случилась, всяк знает, а ещё всяк знал, что дядька Лобатый зверей обижал, видели, как зайца кнутом побил запросто так. Вот и расплата.
Внезапно один из мужчин резко вскочил на ноги и повернулся к лесу. За ним все встали. Собаки, до этого мирно дремавшие позади человеческого круга, с лаем бросились в темноту. И лишь строгих окрик хозяев заставил их вернуться.
Все ждали. Вот неясно показалась одинокая фигура. Женщина приблизилась и остановилась не входя в освещённый огнём круг, поэтому рассмотреть её не представлялось возможным. Но было видно, что она шаталась и едва стояла на ногах.
— Помогите, — она протянула свёрток. — Он погибает.
Сердобольные женщины уже бросились к незнакомке на помощь, когда услышали:
— Стойте!
Волхв. Сам! И когда только подошёл, никто не увидел. Все замерли в нерешительности. С одной стороны одинокая путница, которой незамедлительно нужно оказать поддержку. А Видборичи, Святочи, Любимичи никогда не отказывали в помощи нуждающимся, но прямое предостережение волхва никто не посмел нарушить.
Волхв подошёл к женщине, взял свёрток. Что-то спросил, та что-то ответила. Тихие слова никто не расслышал.
— Пошли, — волхв повёл женщину за собой.
У костра наступила тишина. Не часто гости тревожат ночной покой таким странным появлением. Старый Добрыня, один оставшийся сидеть, теперь тоже поднялся.
— Вот и посланец к нам. Что-то он принёс? — помолчал. — Ну, доброй ночи, — Добрыня медленно пошёл к себе. Вскоре разошлись и остальные, чтобы рассказать своим домашним о сегодняшнем происшествии. «Вот и посланец к нам. Что-то он принёс?» — каждый задумчиво повторил за Добрыней эти слова.
У костра остался лишь смотрящий. Но и он с тревогой смотрел в лес, туда, куда ушли волхв и незваная гостья.
7
Домна сидела на завалинке, держа на коленях кувшин с квасом и наблюдала за мужем. Ивар с Ланом что-то ковали у плавильни. Так увлеклись, что и не оторвать. Вчера до позднего вечера всё жгли, стучали, шипели раскалённым металлом в воде, сегодня чуть свет опять к своем печи. Домне стало любопытно, но влезать женщине в мужские дела не пристало. Вот поэтому в разгар дня она и сидела тут праздно. Ивар её уж заметил, освободится маленько и к ней подойдёт кваску попить. Заодно и расскажет.
Домна перевела взгляд на младших детей. Под яблоней Забава и Айка что-то строили из дощечек. Похоже, хоромы.
— Смотри, Айка, тут у нас будут курочки. А тут Ночка. У Ночки телёночек родился.
Айку, конечно, рановато пока оставлять с Забавой, та сама ещё мала, но пусть помаленьку привыкает. И куда это запропастилась баушка? Обычно она доглядает за малыми ребятами, а тут нет её.
Наконец, Ивар потянулся, разминая затёкшую спину:
— Отдохнём малость, сыне, — сказал он Лану.
— Батя, я на речку скупнусь, — отозвался тот, скидывая кожаный фартук.
— А не рано ли, вода холодная.
— Да ну, бать, тёпло нынче как. А я вон чёрный какой от копоти.
— Ну, иди.
Лан снял с тына свою рубаху, не стал её надевать, так и пошёл босой, в одних портках, неся рубаху в руке. Сильное мускулистое тело его было уже загорело и блестело от пота. Ивар полюбовался крепкой ладной фигурой сына, и не скажешь, что ему пятнадцати ещё нет, крикнул вдогонку:
— Гнедка напои.
— Ладно.
Ивар повернулся к жене, взял предложенный ею квас, разом опорожнил полкувшина.
— Хорошо! — крякнул он. — И погода добрая. Коли завтра ветра не будет — посеем просо.
— Вдвоём пойдёте или Малого с собой возьмёте?
— Малого возьмём. Нехай привыкает.
— А, может, мы бы помогли?
— Не, сами управимся.
— А то б пособили? — всё же стала настаивать Домна.
— Нет. Свои дела делайте. С огородом управились?
— Да, всё поделали с Яриной. И Тиша помогала. То к нам бегала, то за скотиной смотрела.
— А Василиса?
— А Василиса по дому нынче. Хлеба наказала ей испечь. Да постирать надо.
— Как она?
— Да вроде ничего. Может, отойдёт со временем маленько.
Помолчали. Тяжело вспомнились Василисы слёзы сразу после случившегося.
— Да, нехорошо вышло.
Полюбовались играющими детками. Забавины хоромы были уже построены. Игра перешла в следующую стадию:
— Пошёл барашек за водой и встретил деда с бородой. Этот колодец с водою холодной, — щекотала Забава запястье Айки, — этот колодец с водою тёплой, — Забава продвинулась вверх по руке до локтя, — здесь вода горячая, — настала очередь плеча. Айка молча смотрел на сестру. Из полуоткрытого рта его стекала чистая слюнка, — а здесь кипяток, — наступила кульминация, Забава усердно щекотала брата под мышкой. Тот заливисто хохотал, уворачиваясь от проворных пальчиков сестры..
— Пестунья уж выросла? — усмехнулся Ивар.
— Да, почитай, выросла. А вы с Ланом нынче управитесь? — кивнула Домна на непонятную работу мужа.
— Нет, придётся пока отложить. Вот засеемся, тогда посмотрим.
— А что вы опять удумали?
— Да понимаешь, в городе видел штуковину такую на окна, из слюды сделана. Дюже красиво. А тут Малой нашёл хороший кусок слюды, да ещё у меня было немного. Хочу попробовать такое же окно сделать.
Домна ничего особо не поняла, но расспрашивать подробнее не стала. Увидит ещё, коли получится, а то расспросами спугнёт удачу.
— Ну, пойду робить, — Ивар встал, — рано ещё отдыхать.
Домна тоже пошла по делам. Надо было сходить за водой. Женщина взяла вёдра, коромысло и вышла за ворота. Почти сразу же наткнулась на Лябзю.
— Здравствуй, соседушка, — фальшивым голосом запела та, кланяясь в пояс, — давненько тебя не видела. Я уж спужалась, не захворала ль ты часом.
— И тебе доброго здоровья, — чуть сдержано ответила Домна. Лябзю она недолюбливала, — нет, не хвораю. А чего я стала незаметная, о том не ведаю. Тебя я видела недавно. Даже здоровалась с тобой.
— Да ты, никак, на колодезь идёшь? И я туда.
«Уж не караулила она меня? Ай, сказать что хочет? Не случилось бы чего», — Домне стало тревожно, но ответила то, что положено:
— Пошли вместе. С хорошим попутчиком и дорога короче.
Хотя дорога на колодец была не такой уж долгой. Находился он в центре селения, и сходились протоптанные тропинки к нему, как солнечные лучики со всех сторон, от всех дворов.
