Азия — богиня шитья, она шьет всю сценическую одежду для группы. Как только я выберу платье, она подгонит его в соответствии с моей зимней тематикой. Ария хотела присоединиться к нам, но не смогла прийти, поэтому я пообещала ей, что Эми пришлет ей фотографии с примерки платьев.
Мой желудок переворачивается. Свадебные платья!
Я провожу утро, осматривая дом Шторма, составляя список того, что нужно упаковать, и пытаясь подсчитать, сколько коробок нам понадобится для всех наших вещей, потому что мы переезжаем через четыре недели.
Четыре недели!
Да, всего месяц. Меньше недели назад, в хижине, мы договорились купить дом. Два дня назад нашли идеальный — в миле от того места, где живет младший брат Шторма, Тэлон. Домовладелец сразу же согласился, так что теперь осталось подождать оформления документов, чтобы окончательно все утрясти.
Желудок делает двойное сальто. Все происходит так быстро.
Пока я пялюсь в свой маленький блокнот, телефон оповещает о новом сообщении:
ШТОРМ: Повеселись сегодня. НИКАКИХ переживаний. Ты прекрасна. Я люблю тебя. Не могу дождаться, когда ты станешь моей женой. Целую.
Я выдыхаю накопившуюся нервозность и печатаю ответ:
Я: Я тоже тебя люблю. Ты будешь лучшим мужем. Целую.
У Шторма есть какое-то шестое чувство, когда дело доходит до того, что я чувствую. Я даже не могу сосчитать, сколько раз он отправлял мне сообщения или звонил в нужный момент, будучи за тысячи миль отсюда.
***
Как обычно, я опаздываю на встречу с Эми на десять минут. Припарковав машину на первом попавшемся свободном месте, врываюсь в кафе и ищу ее среди маленьких столиков бистро, но нигде не вижу.
— Эви? Привет? — девушка, сидящая за столиком у окна, хватает меня за руку и уводит к передней части кафе. Я в замешательстве смотрю на нее сверху вниз.
— Эми? — сажусь в кресло напротив нее. — О, Боже, я даже не узнала тебя! Когда ты перекрасила волосы в каштановый?
Она трогает кончики своих блестящих волос.
— Они темно-рыжие, а не каштановые. И как ты могла не узнать меня? Какая же ты после этого лучшая подруга? — подразнивает она, открывая меню.
— Ты выглядишь по-другому. Красотка, — Эми натуральная блондинка, и это совершенно точно ее цвет в сочетании с ее дерзким девизом жизни «блондинки лучше», но темный цвет смягчил ее черты лица, сделав ее еще более красивой и естественной.
— Теперь, когда я снова одинока, то подумала, что перемены были бы очень кстати, — объясняет она. — Когда я была блондинкой на меня западали придурки, маменькины сынки, мошенники, засранцы и браконенавистиники. Может быть, рыжеволосая я хоть раз привлеку настоящего хорошего парня. У тебя же это получилось.
Гамбургеры с хрустящей картошкой фри в меню призывают меня заказать их. Нет! Я не могу! Я перевожу взгляд на салаты, прежде чем ответить на ее комментарий.
— Не хочется опровергать твою теорию, но разве ты забыла двенадцать лет, которые я провела с Майклом? Мой цвет волос не помешал ему быть придурком.
Она закрывает меню и откладывает его в сторону. Я буду сильно ревновать, если она закажет гамбургер, а я возьму весенний салат с клубникой и грецкими орехами.
— Он не в счёт, Эви. Он старая болячка еще со средней школы. Теперь ты стала красивой, взрослой женщиной и привлекла потрясающего мужчину.
Не думаю, что мои волосы как-то связаны с привлечением Шторма, как она выразилась, но я не собираюсь ее исправлять. Если ей хочется верить, что цвет волос поможет найти любовь, так тому и быть. Большинство из нас провели, по крайней мере, первые семь лет своей жизни, веря, что пожилой мужчина в красном костюме разъезжает на санях с летающими оленями и раздает подарки. И это никому не повредило. Вера в смену цвета волос кажется довольно безобидной.
— Что ты заказала? — спрашивает она.
— Клубничный салат.
— О-о, — проворковала она. — Заправка из маковых семян с этим салатом просто потрясающая. А я возьму чизбургер с картофелем фри и сыром чили.
Проклятье!
— Нервничаешь? Вижу, что да, потому что тебе это свойственно. Но ты счастлива по поводу свадьбы?
— Я была счастлива с самого дня предложения, мне просто не хочется торопиться.
— Куда ещё медленнее? Если только назад во времени, — она берет булочку из плетеной корзины в центре нашего стола и откусывает кусочек. — Если бы парень сделал мне предложение, я бы, не думая, побежала к алтарю.
Подходит официантка, и в последнюю минуту у меня возникает искушение заказать бургер, но я не сдаюсь и беру салат. Я твердо решила сбросить десять килограммов к свадьбе. Ради Шторма я хочу выглядеть настолько безупречно в своем платье, насколько это возможно — и в нижнем белье в нашу первую брачную ночь.
Несмотря на то, что я давным-давно перестала гуглить Шторма, но его фотографии с идеальными стройными моделями навсегда запечатлелись в мозгу. Он уверял, что развлекался лишь с немногими из них, а с остальными только играл на камеру для привлечения внимания. Но моя неуверенность в себе от этого не уменьшилась.
— Эви? Ты меня слушаешь?
Качая головой, я снова сосредотачиваюсь на лице Эми.
— Прости, задумалась.
— Я сказала, что, по-моему, было бы мило, если бы я и другие подружки невесты надели красные платья. Красный — цвет дерзости и сексуальности, и он подойдет к твоему букету. А я неплохо выгляжу в красном.
— Согласна, — отвечаю я. — Хорошая идея.
Она просияла.
— Я не скажу об этом матери Шторма. Я твоя лучшая подруга и знаю тебя лучше, чем кто-либо другой.
Ох. Началось.
Делаю мысленную пометку спросить Шторма, готов ли он сбежать и тайно пожениться.
***
Свадебное платье — невероятная и тяжелая вещь одновременно. Оно так красиво смотрится на вешалке, но как только пытаешься втиснуться в это потрясающее облегающее платье в стиле русалки, удивляешься тому, как сильно оно не подходит по размеру; особенно, если этот размер изначально твой. А эти великолепные, струящиеся бальные платья заставят вас почувствовать себя крошечной под многочисленными слоями, которые только добавляют вашему телу, по меньшей мере, пятьдесят килограммов.
— Ты слишком маленькая, чтобы носить что-то настолько пышное, — советует Эми, потягивая шампанское и устраиваясь в бархатном кресле, стоящем в углу гардеробной свадебного магазина. — Ты похожа на кекс.
Азия пытается не рассмеяться, сидя на стуле.
— Я надену каблуки, — протестую я.
— Не советую. Ты сломаешь себе шею во время танца.
Я бросаю на Эми раздраженный взгляд.
— Спасибо за поддержку.
— Давай посмотрим правде в глаза. Мы все знаем, что ты неуклюжая.
— Я могу надеть балетки, когда будем танцевать. Многие невесты так делают.
Азия кивает, вставая на мою защиту.
— Отличная идея. Я могу сшить их в тон платью.
После того, как я примеряю пять платьев, Азия встает, оглядывает меня с ног до головы и снимает платье с одной из вешалок. Это что-то среднее между русалкой и кексом — оно словно создано для меня. Идеальное.
— Я могу добавить отделку из белого искусственного меха, сшить фату в тон, добавить немного блёсток для сияния, и ты будешь прекрасной зимней невестой, — говорит Азия, вводя все тонкости и мои параметры на свой iPad.
Кружась перед зеркалами, я все больше влюбляюсь в платье, представляя поправки Азии. С тех пор, как я была маленькой девочкой, я мечтала об этом: красивом платье, мужчине своей мечты и собственном доме.
— Ты выглядишь как принцесса, — говорит Эми, делая фотографии, чтобы отправить их Арии. — Кстати говоря, я не пошлю это Шторму. Он не увидит его до алтаря.
Хорошо. Я не хочу, чтобы что-то испортило нашу свадьбу.
