с двумя? А им разве не противно?
Эта картина не вызвала ничего, кроме отвращения, и я спешно закрыла шторы, рассудив, что просто не буду обращать внимания – тогда они уйдут в дом. Но в каком же шоке я была, когда утром этот товарищ всё ещё лежал в шезлонге, к тому же без одежды!
У меня было три варианта действий. Первый – позвонить маме и рассказать обо всём, но им с отчимом точно было некогда. Второй – сообщить в полицию, правда, я так и не решилась набрать их номер, сама не знаю, почему. И третьим вариантом было спуститься самой, только в итоге я не созрела ни для одного, пустив всё на самотёк.
─ Просто не обращай внимания, Миша, ─ посоветовал отчим, когда мама сама мне позвонила, и я не смогла смолчать, а она не смогла не рассказать об этом мужу. ─ Его отец – не самый порядочный человек. Постарайся просто не общаться с Царёвым.
Болтать с ним было странновато, но он явно хорошо знал своих соседей.
─ А если он станет моим одноклассником?
─ Тем более, не общайся. Он отброс, и как бы мне ни было неприятно оскорблять людей, это правда, ─ признался с тяжёлым вздохом, уже точно не раз пострадавший от этого произвола. ─ Если подобное произойдёт, не стесняйся позвать полицию, хорошо? Иногда им нужно напоминать, что не они владеют этим районом, а сейчас не девяностые.
Мне почему-то совсем не нравилась эта идея, но я пообещала, что всё сделаю правильно. С того разговора прошла пара дней. Мама пообещала, что они вернутся из своей рабочей поездки в конце недели перед моим первым днём в новой школе, а пока мне пришлось выживать.
Я одна закупала продукты, быстрыми перебежками передвигаясь до соседнего маркета и обратно, одна проверяла замки и сигнализацию, одна обустраивала комнату, одна проживала эту долгую неделю до встречи с психологом, пытаясь не пугаться каждого шороха в пустом доме. Привыкала.
Но если к одиночеству привыкнуть можно, то к постоянному шуму по соседству – в сотни раз сложнее. Вечно орущая музыка, не дающая мне почувствовать себя расслабленно, вечно навещающие блондина шумные друзья, вечные громкие споры с отцом и вечный шум уезжающего байка посреди ночи стали моим кошмаром. И это не считая всё время меняющихся девиц.
Они приходили в течение всей недели, и бесячий тип будто специально сидел с ними во дворе своего дома, попивая коктейли, а ещё смотрел в сторону моих окон. Мне хорошо было видно не только новые лица его подружек, но и то, что он с ними вытворял ближе к ночи. И я была уверена, вытворял специально для меня.
А ещё был стук мяча.
Монотонный, раздражающий, как комариное жужжание над ухом. Сосед усердно тренировался каждое утро, чаще всего один и предпочтительно без майки, заставляя меня скрежетать зубами, потому что смотреть на его потное мускулистое тело оказалось самым отвратительным во всей этой истории.
Мне хотелось нормально заниматься, но всякий раз, когда я шла в пристройку, он появлялся то якобы проходя мимо, то просто стоял и таращился на меня, пока я не видела, будто маньяк. Разглядывал. Как рентгеном просвечивал, выискивая что-то под моей кожей, и это было жутко. А ещё нервировало.
Поговорить об этом мне было не с кем, да и в ряд ли бы я в таком призналась. Это даже звучит смешно – мой сосед хочет свести меня с ума, помогите… Или всё-таки нет? Единственной отдушиной по-прежнему оставался Джокер, только и он по какой-то причине стал реже выпускать свои подкасты и выходить в прямой эфир.
Я как одержимая фанатка раз за разом заходила на его страничку, где в статусе висело привычное «Why so serious?» и фотка небезызвестного Хита Леджера в одной из его лучших ролей на аватарке. Наверное, у него тоже была личная жизнь или какие-то проблемы, но сегодня ночью мне неожиданно везёт.
Сон как обычно послал меня, пока у соседа снова гремит музыка, и я просто стараюсь не сойти с ума, заткнув уши наушниками. Зависаю в сети в поисках подходящего сериала, чтобы на нём задремать, и тут вдруг, как гром среди ясного неба приходит сообщение от моего любимого сообщества.
«Задавайте любые вопросы, если хотите поболтать, полуночники», ─ читаю в чате, где так же, как и я сидят очень многие в эту самую минуту.
Я даже не надеюсь, что мне, одной из тысяч неспящих людей ответят, но всё равно пишу своё сообщение в пространство ещё до того, как успеваю обдумать эту идею.
«Ты бы убил соседа, который мешает спать?»
Это слишком волнительно. У меня сердце стучит где-то в желудке, уходя в пятки, пока я ругаю себя последними словами. Дура… Ну и зачем ты это сделала? Это же так тупо…
И вместе с этим вдруг в приятной тревоге замираю, когда вижу ответ.
«Самые быстрые лапки на диком Западе, да?» ─ посмеивается над моей скоростью, а я беру подушку и просто издаю в неё какой-то нечленораздельный звук, потому что это… это вообще офигеть, как круто. Если учесть, что у меня на аве мем с котом в ковбойской шляпе и с револьвером, это ещё и очень в тему.
«Могу собой гордиться, ─ отвечаю так же быстро. ─ И всё же?»
«Зависит от того, в каком я настроении. И как отношусь к соседу… Если я зол, возможно, зря он устроил этот кипиш. Ну а если по соседству живёт шикарная женщина-кошка, то наш разговор может принять очень интересный оборот».
Подмигивающий смайл никогда не казался мне таким пошлым, как сейчас.
«Спасибо. Мне полегчало».
На самом деле не очень, потому что едва Джокер это пишет, ему тут же сыплются другие сообщения.
«Можно я стану твоей кошечкой, мяу?»
«Я не буду выпускать когти ради тебя».
«А вот я с радостью расцарапаю тебе спину…»
Фу, как девчонки могут так себя вести? Никогда не понимала девушек, буквально предлагающих себя парню, пусть он и знаменитость.
Едва подпрыгнувшее настроение опять где-то на уровне подвала, но оно вновь поднимается, как и мой пульс, едва Джокер опять пишет мне.
«Кис-кис, почему у тебя закрыты сообщения?»
Он ведь не серьёзно это спросил в общем чате?
«Чтобы маньяки не стучались», ─ набираю, и пальцы подрагивают.
«Хочу отправить подарок».
Эти простые слова вызывают бурю эмоций, причём, не только у меня.
«А почему именно ей? Она что, какая-то
